Чтение онлайн

– Ты шлюха, которая видела Отера и знаешь, что у него нет шрама в паху, а я под видом своего прокрался в анриакский лагерь, услышал твои россказни у костра, понял что Отер самозванец и силой увел тебя. А?

– Стратег, – поощряющее похлопала своего коня по груди Алвириан, потому что они вышли к журчащей струйке воды, что терялась среди опавших веточек, листьев и нарождающейся зелени. – Давай наполним фляги. Нам пока везет – ещё два дня такой гонки и мы окажемся у границы. И да, раз уж мы прекратили играть в молчанку, скажи мне, почему ты не попытался убить Снио? Ты же понял, что он важная птица.

– Ты не хотела его убивать.

– А ты не хотел ссориться со мной, – задумчиво сказала дева. – Ладно, немного подросший юноша, я перестану думать о тебе как о беспомощном пажике.

По подсчётам Алвириан они делали до семнадцати лиг в сутки. Породистые кони пока позволяли им ехать наравне с гонцами императорской почтовой службы, но, конечно, птиц им не обогнать.

Когда местность стала меняться на более лесистую и мрачную, с редкими и неухоженными перекрестками, дева поняла, что Бенорт близко.

Тахиос тоже это понял и не очень удивился, когда Дахата предложила дать небольшой роздых коням, пока она подумает, в каком округе они оказались и чего стоит ожидать. Отдав сироте повод своего жеребца, Алвириан спрыгнула на землю и сошла с тропы, которой они ехали с самого утра. Хоть любопытство было велико, но Тахиос не стал следовать за ней, зная, что скрытное хождение по лесу, да ещё с двумя лошадьми не входит в круг его умений. Вместо этого он привязал жеребцов к дереву и, расседлав, стал обтирать их сухой тряпкой и чистить щеткой, нашедшейся в сумке Алвириан. Сумки он проверил ещё в ту ночь, когда дева остригла себе волосы и не нашел ничего интересного: маленькая статуэтка тролля, пузырек с розоватой резко пахнущей мазью, немножко каких-то благовоний, зеркальце, сменная одежда, моток веревки, точильный камень и другая полезная мелочь.

Алвириан меж тем шла, прикрыв глаза, вдыхая аромат цветущих деревьев и, поддавшись наитию, не останавливалась, пока не наткнулась на старый тис. Это был хороший знак. Шпионка поклонилась дереву и села у его корней.

Достав кости, зажала их в правой ладони, а пальцами левой растерла почку со свисающей прямо у лица ветки. Потом сосредоточилась на вопросах.

– Стоит ли мне продолжать путь с этим мальчишкой?

– Север, дорога, судьба.

– Найду ли я Отера?

– Смерть, удача, испытание.

Дева почувствовала легкий озноб, и не стала больше ничего спрашивать.

Вернувшись обратно она поняла, что отсутствовала довольно долгое время – жеребцы были вычищены, а Тахиос, сведя их с тропы, прикорнул, опершись о седло. Алвириан специально наступила на громко треснувший сучок и махнула рукой мгновенно вскочившему напружинившемуся сироте.

– Это я. Молодец, что позаботился о лошадях. В путь, граница близко.

К вечеру они доехали до пригорка, с которого была видна река с обрывистым высоким левым берегом и пологий правый берег, на котором высились укрепления имперцев. Река текла с Кантабрийских гор и служила естественной границей между Анриаком и Бенортом. Чуть далее к востоку она сливалась с ещё одной речушкой, поворачивала во владения герцога, и, минуя их, текла через весь Туэркин, собирая окрестные ручьи и, разливаясь, впадала во Фрийтос, неся в своём нижнем течении верткие корабли торговцев. Здесь же было узко и неглубоко, но армии переправлялись десятью лигами восточнее – там холмы чуть отступали, и меж ними издавна вился южный тракт.

Алвириан долго всматривалась в темнеющий вал с дозорными башнями и голый берег, на котором дисциплинированными солдатами выкашивалась даже трава, не то, что камыши. Тахиос наоборот, прислушивался к тому, чтобы их не застали врасплох в том месте, где они остановились.

– Они перешли реку, – наконец заключила дева, удовлетворившись осмотром. Сейчас на нашем берегу гарнизон уменьшился втрое, если не вчетверо. Многие там, – кивнула она, имея ввиду обрывистый правый берег, на котором так удобно было держать оборону против прямого удара, но фланговой атаки бенорты вероятно не выдержали и отошли, оставив свои укрепления.

– Нет, – спокойно возразил Тахиос. – Они знают, что если их выбьют оттуда, то реки достигнут только мертвецы, а держать усиленную оборону на таком рубеже, когда ваши войска наступают, не имеет смысла. Потому там сидит с десяток дозорных, которые если что успеют спуститься и переплыть на этот берег под защиту вала, а остальные крупными отрядами очищают окрестные деревни.

Алвириан искоса посмотрела на него.

– Сколько тебе лет?

– Будет семнадцать этим летом.

– Ты участвовал в набегах этих…?

– Ходил ли я в походы? Нет. Танкред предпочитал сидеть дома и властвовать над сверстниками. Вернее, унижать и издеваться.

– Значит, тактике вас обучали в замке.

Тахиос молча кивнул, хотя мог добавить, что Барах тоже давл им книги о разных знаменитых полководцах, хотя читали их от силы три человека, в том числе и он.

– Посмотри-ка на меня ещё раз, – велела дева и юноша вновь повернул голову. – Хм… вести о нас наверняка уже дошли до границы, но кто будет искать, – она проворно отстегнула свою кваддару, – кто заподозрит шлюху и сынка аристократа, что отправились прогуляться при полной луне?

– Это я-то – сынок? – фыркнул Тахиос. – У меня акцент, хоть я и понимаю «сородичей», – он сдержался, чтоб не сплюнуть и это далось ему легче, чем он думал.

– Старые фамилии говорят с таким «акцентом», – дева ловко скинула с себя плащ и куртку и, вытащив рубаху из штанов, завязала концы узлом, открыв пупок. Куртку она перебросила юноше – та была вычурней, чем у него, а плащ небрежно набросила на плечи. – Одевай. Считается, что это говорит о древности рода. Поэтому тебе даже не обязательно иметь форму – в свободное время. Ты будешь Мадис Раулад, конь у тебя под стать имени, так что просто держись наглей.

– А он уже имеет право носить кваддару? – спросил Тахиос, намекая на старинный обычай, по которому офицеры-ветераны с пренебрежением относились к щитам и мечам, поражая врагов в битве только кваддарой, чтобы доказать своё мастерство.

– Не знаю, – сказала Алвириан. – Но вряд ли. Свой меч подвесь сзади к седлу, так, чтобы удобно было взяться за рукоять. Говори всем, кого встретим, что ты прибыл в эту дыру на службу и тебе нужно на тот берег. Грози разжалованием и прутьями, но палку не перегибай. Если почуешь что – молчи, я сыграю роль твоего языка.

– Милый, – сказал Тахиос.

– Что?

– Ты забыла добавить – милый.

– Да пошёл ты. Давай сюда иглы и трубку, тебе будет не до того.

Они натолкнулись на патруль на опушке.

– Стой! Кто вы и куда направляетесь? – раскатисто спросил молоденький офицер, стараясь выглядеть бывалым воякой. Он наверняка стыдился того, что остался в тылу – даже не на вражеском берегу! – и оттого был суров.

– Я Мадис Раулад, – покачнувшись, с ехидцей сказал Тахиос, словно давая понять, что он видит служаку насквозь. – Еду на службу в третий приграничный округ. Мне нужно на тот берег.