Чтение онлайн

Завтрашний день должен показать, насколько молодой герцог управляет своими чувствами, потому что император намерен был выманить их с холмов и постараться отрезать от реки.

«Но ни в коем случае не ночью. Нельзя так рисковать».

Возариус вновь повернулся к Асбогаслану и мельком увидел лагерь, таящийся в ночи, приникший, – по навесам, под которыми горели костры, и палаткам сеял непрекращающийся тяжёлый дождь.

– Посылайте разъезды регулярно и пусть в них будет вдвое больше людей чем обычно. Они не должны застать нас врасплох, если всё же решатся напасть.

Асбогаслан четко, по-военному кивнул и сбежал вниз, как простой посыльный. Возариус помнил его пятнадцатилетним мальчишкой. Тогда был тяжёлый поход к Кантабрийским горам, после чего они вышли к озеру Оверд, осадили и разграбили Тсальк и Ниппилар начал переговоры о мире, заодно прекратив подначивать горских князьков к нападениям.

Тогда он сам был всего лишь одним из стратигов, и рядом был Гнакон, чьё лицо ещё не украшали шрамы степняцких сабель…

Император невидящим взором смотрел вдаль, несмотря на то, что порывы ветра бросали ему в лицо горсти холодной воды. Стряхнув картины тридцатилетней давности, Возариус широким шагом прошелся по дозорной площадке – два шага до брусьев, поворот, ещё два шага, – бросил мимолётный взгляд на укреплённые ворота, потом во внешнюю клубящуюся тьму и начал спускаться, сопровождаемый дождём. Внизу телохранители окружили его, и повели к императорскому шатру, утопая по щиколотку в грязи.

«Даже если завтра взойдёт солнце, оно не успеет просушить землю, и ноги будут скользить на склоне. Никакого беспрерывного штурма не получится и уж тем более никакой конной атаки снизу вверх и быстрых манёвров. Значит, нам надо вынудить их спуститься».

Утро было хмурым, но гроза прекратилась. Солнце сквозь тучи бросало косые лучи на продрогший лагерь анриакцев.

Асбогаслан поднял солдат, и они заканчивали с завтраком, тревожно косясь на дозорных, что с вышек обозревали окрестности.

Возариус вышел из своей палатки и сел на коня. Красный плащ ниспадал с его плеч, броня тускло сияла, на шлеме была видна золотая насечка в виде императорского венца. Пришпорив норовистого жеребца он галопом проскакал к воротам и выехал в поле.

Начальник разведки был уже там. Он вместе с десятком своих людей приветствовал императора положенным возгласом.

– Что с варварами, Дамераст?

– Там тишина, ваше величество. Такое чувство, что они ещё спят.

Возариус хмуро кивнул.

– Будете присматривать за флангами, когда я выведу легионы. Чтобы я обо всем знал заранее, а не когда местное ополчение появится на горизонте.

– Да, повелитель.

У ворот стояли командиры трех легионов, Накимос и Асбогаслан.

– Солдаты накормлены? – спросил их император.

– Да.

– Накимос, ты остаёшься в резерве. Следи за лагерем, никто, даже по случайности, не должен туда прорваться – ни эти, – Возариус махнул рукой в сторону холмов, – ни те, – он показал на лагерь Отера.

– А как они пойдут? – спросил Асбогаслан, которому было даровано право не прибегать к титулу при обращении к императору, имея в виду бенортов на стороне анриакцев.

– Мы выставим их на левый фланг. Чтобы если они вздумают побежать, увязли в реке или, миновав её, оказались на чужой территории.

Стратиги кивнули, соглашаясь с замыслом Возариуса. В своё время с ним осмеливался спорить только Гнакон, но он был полководец от бога…

Рваные серые тучи бежали по небу.

– Где герцог?

– Его разбудили, и он уже уехал с нашими гонцами к своему отряду произносить речь. Вскоре он присоединится к вам, ваше величество.

– Тогда выводите легионы и да поможет нам Единообразный.

По сигналу Асбогаслана у ворот пропела труба и её призыв подхватили другие трубы во всех четырех концах лагеря.

Отер подъехал к Возариусу, когда третий легион уже поднимался по склонам двух холмов, стараясь держать строй, а сдвоенные когорты, нацелив дротики, штурмовали укреплённую перемычку между ними.

Император проигнорировал его приближение, так как был слишком поглощен ходом начинающегося сражения. С двух сторон грохотали барабаны, ревели трубы и гудели боевые рога, когда щитоносцы подошли на расстояние броска, они с криком ринулись вперед, встреченные ответным рычанием варваров.

Первая атака захлебнулась. Возариус видел, как бородатые дикари врубались в ряды его воинов, орудуя двуручниками и длинными тяжёлыми секирами. Шум стоял такой, будто штормовое море в ярости бросалось на скалы во время урагана.

– Что ж, – процедил император, когда легионеры откатились к подножию холма, осыпаемые градом стрел и камней, – передайте сторонникам герцога, что они должны вступить в бой!

Посыльный сорвался с места и умчался, нахлёстывая коня.

Отер, услышавший приказ, подался вперед.

– Разрешите мне, ваше величество…

Возариус покачал головой.

– Вы нужны здесь.

Герцог неприятно ухмыльнулся, и вновь выпрямился в седле, с презрением рассматривая готовые к атаке колонны Золотого легиона.

– Пусть двигаются с правого фланга и зайдут со стороны реки! – велел Возариус, досадуя, что не имеет крыльев и не может взглянуть, что может встретиться анриакцам на пути. Разведчики утверждали, что всё чисто, но разве много разглядишь в темноте в проливной дождь?

Оставалось только томительно ждать и наблюдать, как одни бенорты сражаются с другими. Император не мог не признать, что это достаточно приятное зрелище – ведь за три его войны с северным соседом он так и не смог добиться такого результата. Только его не покидало чувство, что в любой миг эти варвары объединятся и набросятся на его легионы как хищные звери. Довольно долгое время было непонятно, чья возъмёт – варвары бились упорно и Отер дважды просил послать подкрепление, но Возариус молчал, рассматривая фигурку, облачённую в черно-красный плащ и такие же доспехи, какие были сейчас на Отере, находящемся подле императора. Рыцарь бесстрашно бился, хотя под ним убили уже двух коней и наверняка не раз достали клинками. Иногда было видно, как расступаются ряды для одиночного поединка, но каждый раз человек императора повергал своего противника, что придавало сил сторонникам Отера и они усиливали натиск.

«Что он делает, безумный глупец! – с бессильной злобой подумал Возариус. – Ты должен отступить, отступить, раб! Я четвертую тебя за непослушание, даже если ты принесёшь мне победу».

Но вот вокруг «герцога» завертелась очередная схватка и внезапно фигура в черно-красном плаще исчезла, а потом была вздёрнута сразу несколькими копьями и руки бессильно качались в воздухе. Рев бенортов достиг небывалой силы.

– Наорк и Гвеллах!

У императора побелели губы и он с силой вцепился в луку седла. «Когда эти дикари поймут, что Отер на самом деле не участвовал в сражении, то что они сделают…»