Чтение онлайн

Запись велась откуда-то из-под шатающейся, наспех сколоченной сцены, на которой одна из лидеров питерской оппозиции, Ольга Курносова, с треском проваливалась в тот день в роли ведущей. Женщина Юленьке нравилась хотя бы за то, что она единственная занималась организацией протеста в культурной столице, остальным, очевидно, было лень даже заморачиваться с этим вопросом. Но просмотрев запись, девушка не только отринула все симпатии к Курносовой, но и от всей души пожелала ей впредь заниматься чем-то другим, а от организации митингов держаться подальше.

На шатающемся помосте, вырывая друг у друга, а так же и у самой Курносовой, микрофоны, выступали люди, которых ни один нормальный организатор даже на общее мероприятие бы не пригласил, не говоря уже о том, чтобы дать им слово по очереди, друг после друга. Звездами питерского митинга стали представители националистов, за которыми на сцену вышел спикер от партии геев и лесбиянок «ЛГБТ». Никто не удивился, что после его пламенной речи о том, как все люди почему-то ненавидят гомосексуалистов, националисты снова захотели высказаться, на этот раз в адрес разглагольствовавшего гея, а так же всех «голубых» членов общества, вместе взятых.

То, что должно было быть акцией в поддержку московской протестной инициативы, на которую явилось без малого более 100 000 человек, превратилось в банальную, старую, как мир, перебранку на почве толерантности каждой конкретной организации. Националисты заявили, что им неприятно стоять на сцене «после всяких пидоров», а затем геи обвинили весь свет в ненависти, что националисты тут же поспешили подтвердить…

Стоявшие на морозе люди, которые пришли, насколько им помнилось, митинговать против нечестных выборов, никак не ожидали, что акция выльется в личные разборки. Госпожа Курносова была не в состоянии урегулировать конфликт, бушевавший прямо на импровизированной сцене, а в какой-то момент и вовсе начала тупо повторять «уйдите со сцены». Призыв был, естественно, проигнорирован выступающими, которые продолжили на глазах у толпы оскорблять друг друга.

После просмотра ролика, который, очевидно, не отобразил и малой доли того идиотизма, который творился на Конюшенной площади 4-го февраля, у Юли остался только один вопрос ко всей этой веселой компании, чьи перекошенные лица застыли на экране: «О ЧЕМ ВЫ ДУМАЛИ?!». В политической жизни страны шел переходный период. Отгремело несколько очень успешных митингов, по результатам которых уходящий президент Медведев поспешил начать диалог с оппозицией и обещал некие уступки по их требованиям. С выборов в Думу прошло более 2-х месяцев, до избрания президента оставалось около 2-х недель. Именно тогда, когда требовалось сплотить силы для прорыва информационной блокады, подготовки наблюдателей на избирательные участки, а так же сделать все для того, чтобы массового повлиять на общественное мнение политически незаинтересованных граждан, именно тогда эти идиоты устроили из митинга цирк!

Что мог подумать человек, впервые заинтересовавшийся политической обстановкой в стране, посмотрев этот ролик? Что оппозиционеры — нетерпимые, агрессивные хамы? Каким образом личные проблемы геев и лесбиянок относились к лозунгу «Мы хотим четные выборы?». Почему на митинге против фальсификации вообще заговорили о геях или национализме? Кто стравил представителей этих непримиримых движений вместе, на одной сцене и, главное, зачем?

Все эти мысли она высказала в сети, на стене специально отведенной для этого группы, где выкладывали много интересной информации по протестам. Выпустив пар, Юля собиралась уже спать, но с ужасом поняла, что поддерживать ее разумное возмущение никто не спешит. Все, оказывается, души не чаяли в госпоже Курносовой, а то, что геи повылезали, так каждый имеет право на свое мнение…

Организация петербургского протеста была шита белыми нитками. Юля завидовала москвичам, у них с хорошим звуком 4-го числа пел Шевчук и народ плясал от счастья, а в культурной столице, шипя в дешевый китайский динамик националисты оскорбляли всех, кто попадался на глаза с деревянного помоста… Вообще, в Москве жить проще, думала Юленька. Граждане ходят на массовые, согласованные митинги с выверенной программой, тогда как в Питере все акции превращаются в марш националистов с последующими массовыми задержаниями от рук ОМОНа. Как же Юля боялась ОМОНа, это было даже трудно описать… Покрутившись в кровати, девушка, наконец, провалилась в сон, терзаемая все теми же невеселыми мыслями.

Ей снился цветной, очень реалистичный сон, такие часто посещали Юлю, как человека творческой натуры. Во сне она смотрела на болотно-зеленое небо, нависшее над зданием цвета кирпича, с большими, продолговатыми окнами. Девушка сразу и безоговорочно поняла, что стоит перед зданием Государственной Думы Российской Федерации в Москве, хотя в жизни она ни разу не была там, даже на фотографиях это место ей видеть не приходилось.

Не раздумывая, Юля прошла в здание, куда ее пропустили без проблем по причине отсутствия какой-либо охраны. Очевидно, все выбежали, чтобы посмотреть на зеленое небо… Дума оказалась хитросплетением бесконечных, уходящих прямо вперед коридоров, по которым девушке и пришлось двигаться, повинуясь неопределенной надобности, которая была установлена ее сновидением. В руке Юленька, к своему удивлению, держала граненый стакан, в котором тягуче пульсировала черная, переливающаяся НЕФТЬ. Откуда взялся стакан, она понятия не имела, но во сне он стал ей внезапно очень дорог.

Коридоры резко исчезли, так что девушка со стаканом зашаталась, рискуя пролить его содержимое, но неприятности не случилось. Вместо этого Юля оказалась в главном зале Думы, в том самом, который показывают по телевизору, когда ругается с трибуны Жириновский. Она утопала в большом красном кресле, не забывая аккуратно держать стакан перед собой навесу. Дума была пуста, однако, рядом с ней, на местах справа и слева материализовались Владимир Путин и Дмитрий Медведев в костюмах и при галстуках. В ужасе, Юля замерла и попыталась вжаться в кресло, чтобы стать незаметной.

Путин обнял Юленьку за плечи, приближаясь к самому ее лицу. Неприятная рожа премьер-министра, которая и в реальной жизни не нравилась Юле, стала расплывчатой и пучеглазой. Политики, которые последние месяцы занимали все ее мысли, потянули с двух сторон руки прямо к девушке, явно, с целью отобрать у нее стакан с нефтью. Юля нефть отдавать не захотела, вскочила с кресла и ринулась бежать между рядами сидений. Те, в свою очередь, взмыли вверх, в зеленое небо, став стенами и образовав узкие прожилки коридоров, в конце каждого из которых стоял Путин, пытаясь вырвать у Юли стакан.

Девушка проснулась в холодном поту, вцепившись в подушку, словно в ней и была спрятана та самая драгоценная нефть. Спящий рядом Тимофей, продрав глаза, обеспокоенно спросил, что у нее случилось.

— Надо заканчивать с политикой, — прошептала девушка, поежившись. — Приснится же такое…

Митинг 4-го февраля в Санкт-Петербурге, начавшийся с шествия от Греческой площади по улице Жуковского, Литейному проспекту, через Фонтанку, Инженерный мост и Новоконюшенный мост, оставил неоднозначное впечатление у участников акции. Большинство было довольно организацией марша, который продлился около полутора часов в холодную, морозную погоду, однако, сам митинг был сопряжен с многочисленными скандалами и конфликтами между его же специально приглашенными гостями.

Зависть к столице, как к месту, где любые массовые мероприятия проводятся и организовываются лучше, существует у многих активных жителей Петербурга. В то время как на митингах в Москве, собирая толпы сочувствующих, выступали Алексей Навальный, Сергей Удальцов, Ксения Собчак и другие известные лица, включая писателей и журналистов, Петербург посещали, в основном, представители партии «Справедливая Россия» и участники националистического движения, без которых и так не обходилось ни одно событие города.