Чтение онлайн

Политика Аэция принесла свои плоды. Действуя то дипломатией, то силой, он сумел стабилизировать положение в Западной Римской империи. Конечно, это было достигнуто путем значительных уступок варварам и фактической потери большой части имперской территории, но все же на какое-то время Империя могла вздохнуть свободно.

Валентиниан III и Аэций. В 437 г. Валентиниану исполнилось 18 лет. В этом же году он отправился в Константинополь для заключения брака с дочерью Феодосия II Лицинией Евдоксией, с которой был помолвлен 13 лет назад. 29 октября 437 г. была пышно отпразднована свадьба. В ее честь были выпущены монеты с легендой SALUS ORIENTIS FELICITAS OCCIDENTIS (Благо Востока, счастье Запада). Молодые супруги еще некоторое время пробыли на Востоке, а затем прибыли в Равенну. В 439 г. Евдоксия была провозглашена августой.

Совершеннолетие Валентиниана и его брак означали конец регентства Галлы Плацидии. В Равенне, где реальная власть все более сосредоточивалась в руках Аэция, а при дворе царила юная августа (на момент свадьбы Евдоксии было всего 15 лет), она явно чувствовала себя неуютно. Она уехала в Рим и оставалась там до самой смерти в 450 г., занимаясь в основном церковным строительством.

Вскоре после возвращения императора 1 января 439 г. был созван сенат, и на его заседании было торжественно объявлено о введении в действие юридического кодекса, так называемого кодекса Феодосия, хотя императорским постановлением он был введен в действие 23 декабря. Предыдущие попытки объединить различные юридические акты были сделаны еще в правление Диоклециана. С этого времени императоры издавали самые разные законы, к которым прибавлялись толкования юристов. Все это требовало значительной юридической работы. В этот период правовые проблемы стали чрезвычайно актуальными. Гражданские войны, часто очень кровопролитные, и государственные перевороты все больше утверждали «право сильного», что порой вело к политическому и юридическому хаосу. И это, с другой стороны, усиливало тягу к установлению правового порядка, способного, хотя бы в идеале, восстановить законность.

В 426 г. от имени Валентиниана была издана конституция, согласно которой судьи должны были руководствоваться суждениями только пяти знаменитых юристов «классической» эпохи — Папиниана, Гая, Ульпиана, Павла и Модестина. Через три года, в 429 г., Феодосий II издал эдикт об образовании специальной комиссии из видных чиновников с целью разработки нового кодекса. Первоначально перед ней была поставлена грандиозная задача не только собрать воедино все действовавшие акты, но и издать сборник высказываний всех известных юристов, даже тех, кто не имел никакого отношения к новому времени. Одним из членов комиссии был Феодор, занимавший пост magister memoriae, что и давало ему возможность собрать необходимые документы. Вскоре, однако, выяснилось, что выполнить такую большую работу в сравнительно короткий срок нельзя. Кроме того, возникали огромные трудности в сборе документов, поэтому в 435 г. была создана новая комиссия, которая должна была к уже существовавшим Грегорианскому и Гермогенианскому кодексам добавить действовавшие законы, изданные Константином и последующими императорами, включая самого Феодосия. Феодор остался членом и этой комиссии. Он, по-видимому, сыграл наиболее важную роль во всей работе. Во всяком случае, именно он и его коллега Аполлодор были поощрены за нее титулом коми га консистория.

В 438 г. работа над кодексом, в который вошло более двух с половиной тысяч различных законодательных актов, была завершена. 15 февраля того же года он был опубликован в Константинополе, а несколько позже — в Риме, а 1 января 439 г. был введен одновременно в обеих Империях, что должно было подчеркнуть восстановленное единство Империи. Римская империя вновь представала как одно государство, управляемое двумя августами. [252] Материал в кодексе был распределен по тематическому принципу. Все собрание состояло из 16 книг, разделенных на отдельные титулы. Законы, относившиеся к одной теме, располагались в хронологическом порядке. Из 16 книг четыре были посвящены частному праву, а остальные — публичному. Такой крен явно отражал рост значения государства и его бюрократии по сравнению с обществом. Целую книгу (последнюю, шестнадцатую) занимали законы, относившиеся к церковным и вообще религиозным проблемам. И в этом выразился рост значения Церкви. Позже к законам, собранным в кодексе Феодосия, императоры, включая самих Феодосия II и Валентиниана III, стали прибавлять свои акты, называемые «новеллами».

Аэций едва ли принимал какое-либо участие в законодательной работе. Он был вынужден сосредоточиться на защите Империи от все более наседавших варваров и подавлении участившихся восстаний.

В Испании мир, заключенный в 433 г., не раз нарушался и снова восстанавливался. Все это время испано-римляне практически не получали никакой помощи от римских властей. Почувствовав нежелание имперского правительства вмешаться в дела Испании или его бессилие, свевы возобновили свои нападения и грабежи, вторгаясь в Карфагенскую Испанию, а позже, используя восстание багаудов, даже и в Тарраконскую. Не встречая особенного сопротивления, они практически захватили Лузитанию, сделав Эмериту своей столицей. Позже она была перенесена в Бракару. В 453–454 гг. были заключены соглашения между Валентинианом III и свевским королем Рехиарием. В соответствии с ними свевы вернули римлянам Карфагенскую Испанию и отказались от притязаний на Тарраконскую, но зато императорское правительство, по-видимому, признало власть свевского короля над остальными завоеванными территориями, т. е. Галлецией, Лузитанией и, может быть, Бетикой. Территориально Свевское королевство значительно расширилось.

В этой нестабильной обстановке в Тарраконской Испании вспыхнуло восстание багаудов. Размах его заставил императора Валентиниана III послать туда довольно большую армию во главе с полководцем Астурием, испанцем, судя по имени. В 441 г. он нанес багау-дам тяжелое поражение, уничтожив большое число повстанцев.

Возможно, решив, что восстание подавлено, правительство отозвало Астурия. Однако уже в 443 г. его преемнику и зятю Меробауду, тоже уроженцу Испании, пришлось снова иметь дело с теми же врагами. Подавить восстание не смог и он, несмотря на победу, одержанную им в самом сердце области, охваченной восстанием. В результате интриг, раздиравших императорский двор в Равенне, Меробауд вскоре вернулся в столицу. Его относительные успехи, возможно, создали там иллюзию перелома в развитии событий в Испании. И в Равенне решили использовать этот момент для наступления на свевов. С этой целью в 446 г. в Испанию была направлена новая римская армия во главе с командующим обеими армиями Витом. Под его начало были поставлены и вспомогательные части вестготов. Армия Вита двинулась в Карфагенскую Испанию, а оттуда в Бетику. По пути воины занимались грабежом. Большая армия требовала и соответствующих средств, и добывались они в основном за счет местного населения. Это должно было вызвать недовольство последнего, что в значительной степени обусловило развитие дальнейших событий. Свевы наголову разгромили войска Вита. И это был последний случай появления на Пиренейском полуострове регулярной римской армии для войны со свевами.

Между тем восстание багаудов приняло новый размах. Теперь они действовали в союзе со свевами. Ни римские власти, ни испано-римские магнаты справиться с повстанцами своими силами не смогли и снова обратились за помощью к вестготам. В 454 г. вестготский король Теодорих по просьбе римлян направил в Испанию войско во главе со своим братом Фредерихом, причем к вестготам присоединились и бургунды. Вмешательство вестготов сыграло решающую роль. Вестготская армия, особенно тяжелая конница, несмотря на относительную малочисленность, была хорошо вооружена и организована, поэтому Фредерих сумел нанести полное поражение повстанцам (во всяком случае, после 454 г. любое упоминание о багаудах исчезает из источников).

Роль вестготов в подавлении восстания испанских багаудов была неслучайной. К середине V в. это самый сильный варварский народ в Западной Европе. Во время бурных событий 20-х гг. их королевство со столицей в Тулузе становится полностью самостоятельным, не связанным никакими федератскими отношениями с Империей. Более того, вестготы не оставляли своих попыток расширить территорию королевства. В ответ на их нападения римляне в 439 г. сами напали на вестготов. Римские войска возглавлял Литорий, назначенный магистром обеих армий в Галлии. Он в свое время уже воевал с вестготами, а недавно успешно действовал в Северо-Западной Галлии, в Арморике, где с помощью сильного отряда гуннов подавил очередное восстание. Теперь с теми же гуннами Литорий двинулся против вестготов. Он намеревался захватить Тулузу, однако в ожесточенном сражении под стенами города был разбит, ранен и захвачен в плен, где, по-видимому, вскоре умер. Ранее помогавшие ему гунны остались в Галлии и разоряли ее своими грабежами. Аэцию пришлось вмешаться. Понимая, что у него нет достаточных сил для вооруженной борьбы с вестготами, он прибег к дипломатии.

Посредником выступил знатный галл Эпархий Авит, который был богат, образован (он получил юридическое образование) и умен. Его кандидатура была принята обеими сторонами. Авит активно участвовал в войнах под командованием Аэция, а теперь, вернувшись на родину, уничтожил гуннских грабителей. В то же время он поддерживал хорошие отношения с вестготами и был в дружбе с сыном короля Теодориха, тоже Теодорихом. Он был назначен сначала на место попавшего в плен Литория, а затем префектом претория для Галлии. В результате посредничества Авита между римлянами и вестготами был заключен мир. По его условиям Нарбонн и другие близлежащие города остались за Империей. Таким образом, Аэций не дал вестготам выйти к Средиземному морю, к чему они так стремились. Но зато он, как кажется, был вынужден признать полную независимость Тулузского королевства. В результате Юго-Западная Галлия не только фактически, но и юридически вышла из-под власти римского императора.

От римской власти освободилась и северо-западная часть Галлии. Там вспыхнуло новое восстание под предводительством бежавшего из плена Тибаттона. После его поражения во главе повстанцев встал врач Евдоксий. Как говорилось выше, Литорий с помощью гуннов подавил и это восстание. Евдоксий бежал к гуннам. Однако очень скоро территория между нижним течением Лигера и океаном все же вышла из-под власти римского императора. Судя по некоторым очень скудным сведениям, там, как и в Британии, возродились, хотя, конечно, уже в довольно измененном виде, доримские порядки. Что касается самой Британии, то Валентиниан в 442 г. официально отказался от власти над нею. [253] Эта страна уже давно подвергалась нападениям германских пиратов, а в середине V в. сюда начали переселяться целые племена (точнее, видимо, части племен) саксов, англов и ютов. Местные жители упорно боролись и с ними, и с нападавшими с севера пиктами. Они даже обращались в Равенну с просьбой о помощи, призывая снова прислать на остров римские войска, однако сил для экспедиции в Британию у Империи уже не было, поэтому часть британцев предпочла эмигрировать в ту же Северо-Западную Галлию, недавно освободившуюся от римской власти.

На востоке Галлии и в Альпах положение тоже было сложным. Варвары, особенно аламаны и ютунги, все настойчивее давили на римские границы. Аэций решил противопоставить им бургундов. После катастрофы 436 г. условия их жизни неизвестны, но через семь лет, в 443 г., он предоставил остаткам бургундов во главе с королем Гунтиохом для поселения земли на юго-востоке Галлии в области Сабаудии, в районе Женевского озера. Столицей нового королевства стала Генава (совр. Женева). С Гунтиохом к власти пришел новый королевский род, сменивший уничтоженных Гибихундов. Однако новые короли ощущали себя непосредственными и законными наследниками прежней династии и всячески подчеркивали преемственность королевской власти. Вероятнее всего, условия поселения бургундов были теми же, что и по первому договору, т. е. они получали территорию Империи в качестве федератов.