Чтение онлайн

Сами по себе приведенные выше данные могут вызывать различные оценки, но для характеристики как государственной статистики Российской империи в целом, так и для демографической ситуации в стране в частности они очевидно не полны – без сравнения с аналогичными показателями других стран мира на том же самом временном отрезке. Вдруг показатели, вызывающие оторопь с современных позиций, были в общем характерны для развития цивилизации тех лет?

Задача не так проста, как кажется. С одной стороны, неполной, а часто сомнительной является статистика дореволюционной России, те или иные данные не раз подвергались переоценке с привлечением различных статистико-математических теорий как до революции, так и после. С другой – средний читатель не имеет доступа к статистическим данным даже и ведущих европейских держав XIX – начала XX века. При желании нетрудно подобрать такие показатели (и соотнести их с удобными показателями по империи), которые покажут Россию в выгодном (а выгода у каждого своя) свете.

Прекрасно осознавая, что любые подозрения в тенденциозности ведут на этом пути либо к обвинениям в умышленной демонизации дореволюционного периода, либо к его необоснованному восхвалению, остановимся лишь на тех сравнениях, которые приводили в своих работах сами дореволюционные статистики. Причем из общего числа возьмем лишь издания государственных органов, то есть официальные.

Прежде всего попытаемся соотнести уровни развития государственной статистики в целом – в России и в других странах. Такое сравнение можно найти во «Временнике» ЦСК МВД 1866 года. Рассуждая о неполноте сведений, получаемых в ходе ревизий, его авторы пропагандируют практику всеобщих переписей населения:

«Иную и несравненно более совершенную форму народоисчисления выработала наука в западно-европейских государствах, а именно форму одновременной переписи наличного населения (выделено в источнике. – Д. Л.)… Правительство, заботящееся о благосостоянии своих подданных, чувствует необходимость, для успеха всех мероприятий, направленных к этой цели, знать в точности не только количество и состав управляемого им населения, но и действительное распределение его по государственной территории. <…> Очевидно, что при такой громадной операции необходимо участие в ней множества лиц (счетчиков), вербуемых разумеется между грамотными и сколько-нибудь развитыми слоями общества. Такое участие может быть достигнуто или при помощи значительных расходов (как например в Англии), или при деятельной и безвозмездной помощи самого народонаселения, которое в таком самоисчислении видит непосредственную для себя пользу (как например в Пруссии). Международные статистические конгрессы <…> имели последствием распространение опытов подобного народоисчисления во всех европейских государствах» [84] .

Действительно, начало переписям населения в современном их понимании было положено еще в конце XVIII – начале XIX века. В 1790 году попытка переписи была осуществлена в США, в 1800-м в Швеции, в 1801-м в Англии, Дании, Норвегии, Франции [85] . Эти переписи пока еще учитывали ограниченное число признаков, но с ними нарабатывалась необходимая методология, переписи становились регулярными – каждые 10 лет в США и Англии, каждые 5 лет во Франции и Швеции, каждые 3–4 года в Австрии [86] . В 1846 году под руководством А. Кетле была осуществлена первая всеобщая однодневная перепись населения в Бельгии, которая учла строго наличное население, классифицировала его по ряду признаков и создала своего рода стандарт для таких мероприятий на будущее [87] .

Напомним, что в Российской империи первая всеобщая перепись населения была осуществлена только в самом конце XIX века. В вопросах статистического обследования государства наша страна существенно отставала от практик Старого и Нового Света.

Теперь обратимся к соотнесению различных статистических показателей России и других стран. Приведенные ниже данные были опубликованы в Статистическом ежегоднике ЦСК МВД за 1913 год, то есть это не современные попытки играть с цифрами, а проведенные самими имперскими статистиками сравнения.

Численность населения [88]

Показатели плотности населения Российской империи в сравнении с другими развитыми странами (в 1913 году) выглядели так:

Плотность населения [89]

Соотношение сельского и городского населения на 1913 год [90]

Из приведенных данных видно, что по плотности населения на квадратную версту Россия к 1913 году уступала даже США, не говоря уже о странах Старого Света. По уровню урбанизации наша страна серьезно отставала не только от государств Европы, что еще объяснимо нашими огромными территориями, но и от Северо-Американских Соединенных штатов.

Смертность в Российской империи и в других странах Европы на материале 1913 года сравнивало Управление главного врачебного инспектора МВД. Вот эти числа:

Смертность на 1 000 жителей [91]

В выпуске «Статистики России», посвященном младенческой смертности, приводятся сравнения этого показателя для России 1912 года и для ряда мировых стран.

Младенческая смертность (1912 г.) – родившихся живыми и умерших в возрасте до 1 года [92]

Таким образом, в сравнении с развитыми странами того периода Россия являлась рекордсменом по всем показателям. И, за исключением территории, это были очень печальные рекорды.

Не так давно социальные сети обошла фотография линкора «Севастополь» c подписью: «Наконец-то установлено, как выглядела соха императора Николая II, с которой Сталин принял Россию».

Или возьмем другой образец сетевого творчества: коллаж из фотографий автомобиля «Руссо-Балт», подводной лодки «Белуга» типа «Сом» и эскадрильи бипланов «Сопвич» времен Первой мировой войны с опознавательными знаками Российской империи. Подпись под фото: «Кто сказал "отсталая аграрная страна"?»

Интересно, что в советское время к таким утверждениям относились как раз с осторожностью. В. И. Ленин в работе «Развитие капитализма в России» еще в 1899 году аргументированно, с привлечением большого объема статистических материалов, – земской, отраслевой, фабрично-заводской статистики, с которой в империи дело обстояло лучше всего, – доказывал, что страна изменилась, растет число предприятий, растут производственные мощности, на смену главенствовавшему общинному аграрному производству повсеместно приходит новый, прогрессивный, капиталистический.