Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Полное собрание стихотворений

Кленовский Дмитрий Иосифович

Шрифт:
*
За годы зла, за годы бед,  Со мной друживших там, Привык терять я даже след  К покинутым крестам. Я схоронил отца и мать,  Я схоронил друзей, Но их мне легче вспоминать,  Чем запах детских дней. Все, чем согрела жизнь меня,  Я растерял - и пусть! Вот даже Блока больше я  Не помню наизусть. И стало тесно от могил  На дальнем берегу. ...Я всех, я все похоронил,  А это - не могу!
*
Когда я думаю, что вот  Там все теперь не так, И тот, кто песни там поет,  Не близок мне никак; Со мною августовским днем  Не вспомнит злую весть, Не скажет: «Вот сейчас, вдвоем,  “Костер” бы перечесть!» Когда я вспомню, что поэт,  Что всех дороже мне, Убит, забыт - пропал и след!
 В своей родной стране;
Что тот, кто нам стихи сложил  О чувстве о шестом, - И холмика не заслужил  С некрашеным крестом; Что даже в эти, в наши дни  На невском берегу Его и мертвого они  Как волка стерегут - Тогда я из последних сил  Кричу его врагу: Я всем простил, я все простил,  Но это - не могу! 1955

150

Те пармские фиалки на окне, Что выходили на Неву, завяли. Их нет давно. И нет Невы. И нет Меня, которого узнал едва ли б, Когда бы нынче встретил. Он хранил Еще наивность детства, нежность, жалость, Писал стихи и девушку любил, Что - нет, не с ним - с другими целовалась. Где он теперь? Его давно уж нет. Его убили. Нет, совсем не люди. Так просто где-то затерялся след, И лучше мы о нем совсем забудем. А то он будет ночью в дверь стучать, Заглядывать в окно, слезлив и жалок, И требовать любви, Невы, фиалок... А что ему ответить? Что подать? 1955

151

О, только бы припомнить голос твой - Тогда я вспомнил бы и этот город, И реку (не она ль звалась Невой?), И колоннаду грузного собора, И тонкий шпиль в морозной вышине, И сад в снегу, такой нелетний, голый... О, если б голос твой припомнить мне, Твой тихий голос, твой далекий голос! Что это все мне без него? А он... Он потонул, как все тогда тонули: Без крика, без письма, без похорон, В тифозной качке, в орудийном гуле, С последней шлюпкой, на крутой волне Отчалившей от ялтинского мола... О, если б голос твой приснился мне, Твой дорогой, твой потонувший голос! 1955

152. Весной

Уже серебрятся ветки У старых печальниц-ив, Вздох ветра сквозь ельник редкий Так нежно-красноречив. Настойчивей стали реки, Податливей - берега. ...Лишь повесть о человеке Мучительна и долга. А здесь все быстрей и проще, Все радостнее стократ: Легко зеленеют рощи, Легко расцветает сад. А сколько душе скитаний, Покамест она пройдет, Как этот подснежник ранний, Сквозь этот тяжелый лед! 1954

153. Чистота

Есть недоброе что-то в том, Что к себе чистота нас манит. Чистота... Кто ее тайком Не растопчет и не обманет? Упоительнее всех нег С чистотой быть беспечно-грубым: Резать лыжами свежий снег И девичьи неволить губы. Будь названье твое цветок, Утро, девушка иль страница - Чистота, твой недолог срок, Он всего лишь мгновенье длится. Почему везде и во всем Чистота или вся в былом, Иль вот-вот облететь готова От дыхания, взгляда, слова... Чистота, как тебя сберечь, Братом рядом с тобою лечь? 1955

154 

Дряхлеют вечные слова, И страшно пользоваться ими. Они порой едва-едва Живут под пальцами моими. Напишешь и глядишь: уже Они тускнеют на странице. О, сердце, будь настороже, Подумай, стоит ли трудиться? Сердить людей, сердить богов, Противоречить всем законам, Чтоб мутной изморозью слов Растаять на стекле оконном. 1953

155

С тех пор, как сердце заблудилось, А тело предало меня - Так хороша простая милость Нетрудно прожитого дня. Он начался кустом сирени За приотворенным окном И был без писем, без мигрени, Без сожалений о былом. Вот он уходит, потревожен... Опять уже щемит виски... Возьми меня с собою тоже Туда, где все, как ты, легки. 1955

156

Вот она идет со мною рядом, Девушка с «Онегиным» в руке. Мы заброшенным спустились садом, Мы выходим к дремлющей реке, Растянулись на ковре весеннем, Оба в золоте и синеве, И пока презрительный Евгений Возле нас скучает на траве, А вокруг крылатым аллилуйя Тополя и яблони звучат - Родинку лукавую целую, Ту, что возле правого плеча. Миновалось все, переменилось, Дразнит лишь порой издалека, И одна бессмертной сохранилась Пушкинская легкая строка. Та, что в то сияющее утро, Той неповторимою весной, Не нужна была совсем как будто, А теперь - одна еще со мной. 1953

157

В том, что вчера не причиняло боли, Уже сегодня странный привкус есть. Еще, конечно, можно выйти в поле, И закурить, и Фета перечесть. Но даже в Фете, в поле, в папиросе - Уже горчинка уходящих дней, Предчувствие разлуки... Хочешь, спросим, У смерти спросим (ей-то ведь видней!), Что остается от благоуханных Земных страниц, волокон и копен? Она ответит: пепел безымянный. И вот во всем мне нынче виден он. 1954

158

Последний трепет бытия, Мучительное содроганье - И вот уже свободен я От неуменья и незнанья. Зачем же книги я листал И к прорицателям стучался, Зачем искать не перестал Того, чего не доискался? Нет, надо было просто ждать, Глядеть в окно, бродить по саду И не записывать в тетрадь Моих рифмованных догадок. 1953
Поделиться с друзьями: