Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Полное собрание стихотворений

Кленовский Дмитрий Иосифович

Шрифт:
Мы жизнь прошли, как поле, рядом По узкой и прямой меже, И вот белеет дом за садом И ужинать пора уже… Соломенную шляпку скинув, Прическу поправляешь ты, Я расставляю по камину Неприхотливые цветы И это все, ни клятв, ни бдений, Ни патетических сонат Лишь голова в твои колени, Притихший дом и спящий сад И тонкий серп над ближней рощей Нам говорит из полутьмы, Что нет прекраснее и проще Того, что пережили мы.

8 января 1954 г. Кленовский писал Шаховскому, что Христово Рождество совпало с их серебряной свадьбой. «Вспомнили весь наш совместный путь и возблагодарили Господа за то, что Он дал нам пройти его в нерушимой любви, дружбе и согласии.

Много было разных бед на этом пути, и только милости Господней обязаны мы тем, что ни одна из них не погубила и не разлучила нас. Потеряли мы, конечно, все, что имели, но сохранили самое дорогое: друг друга, и за это безмерно Ему благодарны!» [41] .

41

Иоанн Шаховской, архиепископ. Переписка с Кленовским. С.39.

Как в плотной грозди виноградной Две виноградинки порой Теснятся бережно и жадно Так в этой жизни мы с тобой.

На восьмом десятке лет он в стихах объяснялся жене в любви, открыто и просто:

Мой друг! Люблю тебя я Светло и горячо, А вот за что, - не знаю, Не распознал еще. И так ли важно это? Люблю тебя!
– и в том
Вся правда, все ответы, Все сложное - в простом!

Почти все свои книги Кленовский неизменно посвящал жене. В своей автобиографии он рассказывает: «В лице моей второй жены Маргариты Денисовны, урожденной Гутман (как и я - уроженки Петербурга) судьба дала мне редчайшего в наше время друга. Человек совсем иного характера, интересов, симпатий, убеждений, жена моя явилась моим жизненным спутником в самом благородном и прекрасном смысле этого слова. Я не могу себе представить союза между мужчиной и женщиной, основанного на большой любви, взаимном понимании, дружбе и доверии, чем наш» [42] .

42

Кленовский Д. Автобиография. С.193.

Ты была в моей судьбе Самою хорошею, И любовь моя к тебе Стала легкой ношею. Сколько тропок и дорог Нами здесь исхожено! Только скука в узелок Не была положена.

Больше всего боялся Кленовский оставить жену «здесь» одну, своим уходом принеся страдание любимой, которой будет так одиноко и холодно без него. Он обещает ей в стихах, что придет «оттуда» успокоить и утешить ее.

Знай - это я вчера незримо Пришел помочь меня забыть

Но наперед зная, что нельзя ей забыть его:

Да, я с тобой еще побуду Уйдя отсюда. Кем и в чем? О нет не ангелом, не чудом, Не стражем за твоим плечом. И не одними лишь стихами Хоть навсегда с тобой они. А всем, что подружилось с нами За прожитые вместе дни.

Он очень желал бы уйти в мир иной из «этой» жизни вместе со своей спутницей:

Лишь бы только не разлучило Нас ничто на глухом пути, Лишь бы вместе хватило силы До Высоких дверей дойти. Дай, друг друга мы перекрестим Как привыкли уже давно. А что нас туда пустят вместе, Это, милая, решено.

Он реже обращается к ней в стихах, как к женщине, как к человеку, чаще она присутствует в его стихах, как дух какой-то, сопровождающий все, а скорей всего она растворяется во всем, что он видит и о чем пишет:

Так и жить тебе, жить вовеки, Не любовницей, не женою, Не стихами о человеке, А о звездах и о прибое.

Да, в поэзии Кленовского Маргарита Денисовна была и звездой, и закатом, прибоем, деревцем, листочком и цветком.

Хотя в стихах я говорю Все об одной любимой - Я разный облик ей даю Всегда неповторимый. Быть может, я хочу вплести Тебя во все, что было Мне на земном пути И дорого и мило?

А в жизни эта женщина была, как Шаховской назвал ее, ближайшим ангелом своего мужа. Шаховской посвятил на эту тему ей стихотворенье

Жене привязанной златою нитью Ко всякому и слову и событью Траунштейнского поэта записного Что песнью заражает наше слово. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Жене певца, что с ангелом небесным Беседует путем ему известным.

Уж с ангелами-то Кленовский немало побеседовал в своих стихах. Многие критики отмечали это в своих статьях. Например, Г.Струве, рецензируя книгу «Неуловимый спутник», писал: «Этот “легкий ангел”, этот “неуловимый спутник” проходит по всей книге Кленовского, по всей его поэзии, где касанья к запредельному, к нездешнему соседствуют с вещественно-плотным восприятием предметного мира» [43] . Высказался и Юрий Офросимов по поводу ангелов в своей статье «Рифмованные догадки»: «Ангелы-хранители, своим почти реальным присутствием, раздражая некоторых современников, в образе «неуловимых спутников» чувствуют себя, как дома, в поэзии Кленовского» [44] . Олег Ильинский считал: «Ангел для него столь же (если не более) реален, чем васильки в ржаном поле» [45] .

43

Новый журнал. 1956. №47. С.268.

44

Офросимов Ю. Рифмованные догадки: О поэзии Д.Кленовского // Новый журнал. 1967. №88. С.121–122.

45

Новый журнал. 1971. №103. С.291.

Ангелу-хранителю
С детских лет ты был всегда со мною: В первой, женской, бережной руке В первой половице под ногою В первом солнце на моем виске. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . И всего мудрей всегда и снова, От рассвета до заката дня Было то, что ты меня дурного Уберег от самого меня. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . И теперь я знаю, если все же Был хоть чем-то в жизни я хорош . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Это только след твоих касаний Это все тобой - и от тебя.
Поделиться с друзьями: