Чтение онлайн

Вечером Загфуран отправился в горы. Здесь он готовил еще одну ловушку Энгарну и на это тоже требовались силы и время. С ироничной усмешкой минарс вспоминал себя в Храме Света. Там казалось, что стоит попасть на Гошту, как через три месяца — самое большее полгода — планета будет принадлежать Свету, а Эрвина уничтожат. Но вот заканчивается пятый месяц пребывания на Гоште, а он лишь в начале пути. Конечно, по сравнению с Бадиол-Джамалом он добился многого. Но пока не найдены зеркала, пока не найден Эрвин, Загфуран считал, что об успехе говорить нельзя.

Солнце уже спряталось за Пегларской грядой. В Кашшафе их называли по имени древнего рыцаря Пеглара, по преданию впервые подчинившего себе все народы, живущие по обе стороны гор. С тех пор это стало навязчивой идеей кашшафских королей — вернуть утраченное владычество. Что ж, раз Полад не желал договориться по-хорошему, придется Загфурану взяться за воплощение этой мечты. Со стороны Энгарна горы назывались более прозаично — Рыжие. Но это последнюю тысячу лет. А еще раньше они назывались Проклятыми горами. Готовясь к вступлению в этот мир, Загфуран не пренебрегал той информацией, которую передавал в храм Бадиол-Джамал. Загфуран верил в свою звезду, верил в то, что покорить мир Эрвина предстоит именно ему. И не получив назначение, он все же просчитывал, что может помочь в этом деле.

Тогда минарс не предполагал, что Энгарн придется захватывать силой, но где-то в глубине души сделал заметочку: Проклятые горы, а особенно одна гора, которую когда-то называли Горлом Шереша, может пригодиться. Были времена, когда ни один человек в здравом уме не подходил и близко к этой гряде, потому что это грозило безумием и смертью. В последствии Эрвин — Управитель Гошты — очистил это место, заточив смерть глубоко в горные пещеры. Мало кто помнил об этом, но до сих пор бытовало среди рудокопов Кашшафы и Энгарна правило: нельзя рыть глубокий шурф, как бы ни хотел ты обогатиться.

Загфуран решил освободить древнее проклятие, и ему это удалось.

Он вернулся в замок под утро. Волшба в горах измучила, маг мечтал лишь об одном: выспаться. Древнее проклятие давалось нелегко, и не потому, что зло спрятали слишком глубоко вглубь гор — напрасно шахтеры боялись рыть шурфы. Он тратил много сил, потому что сковывающее заклятие связывало тех, кто жил в горах каждого по отдельности. Так что, работая всю ночь, Загфуран мог освободить только одного. Всего на свободе трое, и их приходилось как-то контролировать. Маг вовсе не хотел, чтобы случайно пострадали кашшафские воины. Так что сначала он распутывал заклятие, а потом накладывал новое, чтобы нападениям подвергались энгарнские жители и оборотни. Это выматывало. И как бы Загфуран ни желал поскорее покончить с этим, он осознавал, что быстрее ничего не получится. Придется поспать днем, поработать еще ночью, немного отдохнуть, а днем опять отправляться в Сальман. Старейшина этого города пока не желает пользоваться туммимами. Придется помочь ему принять правильное решение. Хватит пугать деревни, он напугает горожан.

Направляясь в спальню, Загфуран столкнулся с Тазрашем. От вчерашнего радушия у герцога не осталось и следа, он смотрел на мага с подозрением и недовольством.

— Неужели вы появились? — процедил вместо приветствия. — Что это за новости на сторожевых постах? Мы ожидаем нападения оборотней?

— Мы подготовились к случайной встрече с оборотнями, — промямлил Загфуран, потирая красные глаза. — А что вам не нравится?

— Мне не нравится, — завелся герцог, — что солдаты игнорируют мои приказы. Я приказал им поймать для меня оборотня, а они доложили, что оборотней велено доставлять вам и что вы обещали за это награду.

— Обещал, — устало согласился маг. — Так и вы пообещайте, если вам тоже нужен оборотень.

— Вы хотите сказать…

— Герцог, ну что вы, в самом деле… Мы что еще из-за этих тварей ссориться будем? Их много — целая страна, — Загфуран шумно зевнул. — Давайте будем делиться. Один вам — один мне. Так вас устроит?

— Безусловно, — Тазраш успокоился.

— Тогда я пойду спать, — маг уже обогнул герцога, но все же решил полюбопытствовать. — А зачем вам оборотни?

— Вы же сказали, что их целая страна, — раздраженно объяснил Тазраш, но чувствовалось, что он успокоился, а разговаривает так по привычке. — Нам придется воевать и с ними. Надо узнать все, что можно. Иначе могут возникнуть неожиданности.

— Безнадежно, — пробурчал Загфуран и еще раз с хрустом зевнул. — Вы не знаете оборотней. Это такие упрямцы…

— Посмотрим. У меня хороший палач.

— Ну-ну, — пожал плечами маг.

31 юньйо, 5068 года от сотворения Гошты, владения графа Иецера.

Утро принесло Ялмари небольшое облегчение. Он чувствовал слабость, но голова кружилась не так сильно. Парень решительно встал, подождал, когда предметы в комнате прекратят вращаться, и пошел к двери. Тут столкнулся с давешним человеком со шрамом, показавшимся вчера небожителем. Вьющиеся волосы, стальные глаза навыкате, благородные манеры, — если бы он брил бороду, как все аристократы, вполне походил бы на графа.

— Прыткий какой, — прищурился он и пригладил аккуратную бородку. — Я его собрался отпаивать, а он уже на ногах.

Парню срочно требовалось выйти, и объяснять что-то он не нашел сил, поэтому отодвинул стоящего на пути человека и пошел дальше. Капитан недоумевал. Ялмари его понимал: человек в таком состоянии не смог бы и пошевелиться. Вскоре он вернулся и вновь упал на кровать. Мужчина сел рядом, после паузы поинтересовался:

— Говорить можешь?

— Да, — подтвердил Ялмари. — Голова немного кружится. Но говорить могу.

— Тогда начнем допрос, — сообщил "волк".

— Я под следствием? — уточнил лесник.

— Конечно. Так же как и тот, что хотел тебя спалить — Щуни. Знаешь такого? — подождав кивка, продолжил. — А тебя, кстати, как зовут?

— Ялмари Онер.

— Капитан Шрам, — представился собеседник. Ялмари удивленно покосился на него. Капитан развел руками. — Ну, отец с матерью так наградили. Сызмальства Шрамом и зовусь. И фамилия такая, и… сам видишь — получил однажды… — ухмыльнулся он, коснувшись щеки. — А ты, стало быть, Онер? Тоже, знаешь ли, не сахар… Ну, поехали. Кто ты такой, Онер?

Одежда после костра никуда не годилась — Ялмари переодели. Но куртку с него сняли, прежде чем привязать к дереву. Если его не обчистили — там должен был остаться золотой знак. Вместо ответа лесник поискал глазами куртку.

— Хочешь показать мне золотой знак? Я его видел. Вернули вместе с курткой, — без лишних эмоций сообщил он. — То есть и Щуни ты представился особым посланником королевы, — констатировал он. — Он мне, собственно, так и сказал. Хорошо. Следующий вопрос. Какого шереша ты, особый посланник королевы, делал в деревне Щуни?