Чтение онлайн

Ей не нравился Ялмари, но подставлять его тоже не следовало. Пусть он предатель, но разве можно уподобляться ему? Ранели стала осторожно пробираться обратно. Вскоре она убедилась — худшие опасения оправдались. Ялмари привязали к дереву, чтобы сжечь. И золотой знак, который он носил с собой, не помог. Что ж… Она устроила ловушку, ей и вызволять…

Ранели пыталась найти выход из этого положения. В данном случае она могла помочь одним — позвать отряд из сигнальной башни. Как она объяснит, что смогла добраться так быстро от этой деревни к "волкам"?

Врать ей не пришлось. Буквально через юлук она наткнулась на разъезд — десяток "волков" объезжал свои "владения". Тут же обратившись в девушку, она подскочила к лошадям:

— Господин, капитан! — крикнула она. Наверняка перед ней десятник, но лишняя лесть никогда не повредит. — Господин капитан, там, в деревне казнят "волка"!

Лицо солдата, ехавшего впереди, напряглось. Шрам, пересекавший правую щеку, стал выделяться белой рваной линией. Он скользнул по ней неприязненным взглядом и скомандовал:

— Вперед!

Ранели перевела дух. Посчитав, что она сделал все, что должна, она продолжила путь.

На краю Гибельного леса Ранели набрела на довольно большую деревню. Немного походила вокруг, но идти сразу в Гибельный лес, рискуя тут же попасть в пасть чудовищу, о котором упомянул священник, не решилась.

Лес называли Гибельным, потому что ядовитые испарения, поднимавшиеся от земли, убили в нем все живое. Лишь густой мох гроздьями свисал с ветвей деревьев. Никакой живности там не водилось: ни зверей, ни птиц. Зеленоватый туман постоянно стоял стеной. Ранели знала об этом понаслышке. В мертвый лес не ходили ни люди, ни оборотни — его сторонились. Но рядом с деревней лес казался обычным, ничем не отличающимся от того, по которому пробежала около четырех шавров, стремясь встретиться со скованным магом.

Ранели решила узнать подробности о лесе и чудовище, которое там водилось, в деревне. Лучше всего обратиться за помощью к кому-нибудь старику или пожилой женщине. Люди уверены, что оборотни и вампиры охотятся исключительно на молодых. Причем оборотень-мужчина старается сожрать молоденькую девушку, а женщина "закусывает" исключительно красивыми парнями. Может, поэтому ее и поймали в той деревне.

Между деревьями она заметила старушку, собирающую хворост: ветхая одежда едва прикрывала колени. На ноги вместо обуви тоже намотана ткань, а седые волосы прикрывает темный платок, завязанный сзади большим узлом. Ранели обратилась в девушку, наспех испачкала платье и лицо землей и с плачем кинулась к ней:

— Матушка, матушка! Неужели я нашла людей? — она громко и очень искренно зарыдала, размазывая слезы вместе с землей по лицу.

— Да что ты дитятко! — испуганно отозвалась старушка. — Что с тобой, милая?

Не размышляя, Ранели взахлеб повторила историю, рассказанную в прошлой деревне, заменив "какого-то парня" на вампира. История вышла простая и трогательная, как медный грош, брошенный нищенкой в храмовую казну. Мол, пошла в лес, а там — вампир. Уж она убегала-убегала. А потом глядь — заблудилась. Ночь в лесу провела, чуть со страха не умерла. С утра опять стала искать дорогу, и вот Эль-Элион послал ей навстречу добрую женщину.

Старушка поверила ей безоговорочно, повела "бедную крошку" в дом, чтобы она отдохнула немного. Ранели помогла донести хворост и еще собрала по дороге. Вскоре она шагнула в убогий дом старой вдовы. Окон здесь не прорубили — дом освещался очагом, разложенным посреди комнаты. Из мебели один рассохшийся сундук, да солома, расстеленная на полу — постель. Увиденное ужаснуло Ранели. Она представить не могла, что кто-то живет в такой нищете. Но девушка постаралась держать себя в руках. Сложила хворост у очага, сама устроилась на соломе.

— Мне ведь и покормить тебя нечем, деточка, — досадовала старушка. — Пойду разве у соседа спрошу… — неуверенно предложила она.

Ранели тут же вскочила:

— Я сама, матушка. Я мигом.

Вскоре девушка принесла старушке немного сыра и хлеба.

— Молодая да красивая, — пробормотала бабушка. — Мне бы и корки не дали.

Ранели не сказала, что заплатила почти вдвое за эту скромную трапезу. Хорошо, что деньги у нее остались. Старушка подала кружку ароматного чая, они устроились на соломе и принялись завтракать.

— Куда же я пришла, матушка? — выспрашивала Ранели, тщательно пережевывая черный хлеб.

— К Гибельному лесу ты пришла, детка, — проворковала бабушка. — Если бы на нашу деревню не набрела, могла бы и совсем сгинуть.

— Ах! Гибельный лес… Мне про него мама в детстве рассказывала, — Ранели отметила, что может быть, впервые за сегодняшний день не соврала. — А почему же этот лес называется Гибельным?

— Так мертвый он. Лес-то. Сам умер, и всех, кто туда заходит — убивает.

— Как это? — вытаращилась Ранели. — Там деревья людей едят? — спросила шепотом.

— Бог с тобой, детка. Там земля какой-то туман выпускает, так что у людей в голове все мутится. А уж кто там заснет — не выберется. Чудовище-то, что в Гибельном лесу живет, его и съест.

— Страх-то какой! Как же вы не боитесь, бабушка, живете здесь? Почему не уйдете в другое место?

— Да куда идти-то? Где нас ждут? Отправляли мы давно еще людей к господину нашему, графу Иецеру, с просьбой переселить нас куда-нибудь. Да не до нас ему. "Живите, — говорит, — ничего с вами не сделается". Некоторые-то все равно ушли. А многие и привыкли. Впереди — лес Гибельный, да позади-то — хороший лес. Да и Гибельный лес не сразу начинается. Еще лавгов на пять, можно и в него зайти.

— А что за чудище там водится? — расспрашивала девушка. — Вы его видели? Сильно оно большое?

— Большое, будь оно проклято, — лицо старушки сморщилось, словно она собралась плакать.

— И страшное?

— Да уж вампир-то, пожалуй, не такой страшный. Хотя и не видела я вампира-то, но уж думаю, страшнее того чудища ничего быть не может.

Мало-помалу Ранели выпытала у старушки все. Чудовище в лесу появилось не так давно. Лет пять назад, не больше.

Вилланы к Гибельному лесу уже давно привыкли, заходили туда иногда. Точно знали, сколько можно быть в лесу, чтобы не умереть. Нашли себе забаву такую: после работы уйдут в лес и сидят там в тумане. Приходят, как пьяные — на вино-то денег нет, а виноград не растет. Некоторые мох собирали, поджигали и дым нюхали. А ежели кто слишком долго в лесу оставался, тот мог и не проснуться совсем, и такое тоже было.

Издавна повелось, что когда в деревне ведьмы объявлялись, то их не сжигали как в других деревнях, а в лес отводили и к дереву привязывали — а они, знамо дело, ведьмы эти всегда молодые да красивые, чтобы значит, глаза отвести, чтобы мужчины на них соблазнились и их пожалели (Ранели с готовностью кивнула, в душе радуясь, что бабулька к старости подслеповата стала). А потом староста и другие люди, уважаемые в деревне, ходили тело забирать, чтобы похоронить ее. Потому что если ведьму не похоронить, то она зараз вернется, а если похоронить, то дух Эль-Элиона за ней присматривать будет и уже она вредить не сможет.