Чтение онлайн

Кай Синхэ не отвечал. Его пальцы двигались быстрее, и мелодия стала иной — приговором. В звуках флейты появилось повеление, которому нельзя было не подчиниться, и тени начали таять, словно дым, прибитый влажной тканью. Лабиринт шевельнулся, меняя линии силы, но пока не смел ударить открыто.

Отрывок из «Легенды о великом герое Кае Синхэ и подлом демоне Хэй Фэне»

Крик Нефритового Лотоса разрывал тишину, и ноги несли меня быстрее, чем когда-либо в жизни. Сзади всё ещё звучал голос Хэй Фэна, но всё слабее и слабее. Однако его присутствие чувствовалось, как чувствуешь за спиной гору.

Коридор резко оборвался, расширяясь в огромный зал. Я выскочила в него и замерла, ослеплённая.

Здесь было светло. После мягкого золотистого света моей ци, холодный, бело-зелёный казался чуждым и неприветливым. Сотни, тысячи огоньков плясали в воздухе, отражаясь от воды, покрывавшей пол, и от влажных стен. Они подлетали совсем близко, но не жгли, хотя от их прикосновений кожа покрывалась мурашками, словно невидимые пальцы касались лица, рук, шеи, проверяя, живая ли я. А ещё их танец создавал иллюзию, что зал бесконечен, что стены его уходят в неведомую даль.

Пол покрывал тонкий слой воды. В ней, как в бесчисленных зеркалах, отражались болотные огоньки, умножая их число, создавая ложное чувство глубины. Казалось, сделаешь ещё шаг и провалишься в тёмную, бездонную топь. Но вода доходила лишь до щиколоток. И эта обманчивость пугала больше, чем настоящая глубина, казалось, что обрыв может поджидать на каждом следующем шаге.

Я заморгала, привыкая. Воздух здесь был тяжёлым, влажным и пах тиной. И именно здесь был источник того самого звука, что преследовал нас всё время нахождения в Лабиринте. Капала вода. Капли срывались с потолка, с корней, свисающих сверху, словно гигантские деревья пробили земную твердь и дотянулись досюда, и с тихим «плюх» уходили в воду, расходясь кругами. Круги бежали по зеркальной поверхности, искажая отражения огоньков, и от этого кружилась голова и терялось ощущение пространства, словно ты уже падаешь и вот-вот погрузишься в водную гладь.

Это было оно. Болото иллюзий, о котором говорилось в старых свитках. Испытание, где вода — не вода, а сны — не сны. Духи, живущие в этой трясине, показывали человеку самое сокровенное. И многие тонули в этих видениях, забывая, где явь.

Крик повторился. Теперь он доносился отчётливо. Нефритовый Лотос была где-то там, в круговерти огней и отражений.

Я сделала шаг, круги на воде разошлись во все стороны, огоньки дрогнули, словно это мы с ними находилась в отражении, и мир закачался. Каждое движение отдавалось рябью и мельтешением в глазах, и казалось, что стены движутся навстречу, а потолок падает, хотя всё было на своём месте. Пришлось остановиться и присмотреться, чтобы понимать, куда идти, даже с закрытыми глазами.

В полусотне шагов от меня, у стены, где корни ползли прямо по кладке и спускались к самой воде, стояла Нефритовый Лотос. Её белое ханьфу было испачкано, меч в руках описывал беспомощные дуги, отгоняя болотных духов. Они роились вокруг неё — полупрозрачные фигуры с размытыми лицами, похожие на людей, утонувших здесь много лет назад. Они тянули руки, шептали, смеялись, и каждый их шёпот заставлял девушку вздрагивать и ошибаться в защите.

А дальше, ближе к центру зала, где огоньки плясали особенно ярко, я увидела других. Трое или четверо заклинателей отбивались от целого роя духов. Мелькнуло знакомое лицо — тот грубиян из Грозового Облака. Он размахивал руками, и белый свет срывался с его пальцев, прожигая бесплотные тела.

А ещё дальше был он.

Лан Чжун стоял по колено в воде, и огненный дракон вился вокруг, сжигая духов, подлетавших слишком близко. Принц двигался спокойно, размеренно, будто не битва шла, а прогулка по императорскому саду. Огонь плясал в его руках, отражался в воде, смешивался с болотными огоньками, создавая невероятное, завораживающее зрелище.

«Почему никто не помогает ей?» — мелькнула мысль, но я тут же увидела: те, кто были ближе к центру, сами едва справлялись, а принц был слишком далеко, чтобы пробиться сквозь рой духов. Значит, только я.

Ноги сами понесли вперёд. Я бежала, стараясь ступать осторожно, чтобы не привлекать лишнего внимания, но вода хлюпала под подошвами сапог, и круги разбегались во все стороны, выдавая мой путь. С каждым шагом болотные огоньки вспыхивали ярче, словно предупреждая духов о моём приближении. Они уже знали, что я иду.

До Нефритового Лотоса оставалось шагов двадцать, когда я поняла, что просто так не доберусь. Духов вокруг неё было слишком много, они клубились плотным роем, и пробиться сквозь них без духовного барьера смог бы разве что Хэй Фэн. Моя же ци настолько пока не подчинялась.

Рука сама нырнула в рукав, нащупывая мешочек с травами, что дал лекарь Пэй. «Может, пригодятся», — сказал он тогда, сунув мне его на площади. Я не знала, что там, но выбора не было. Оставалось рассчитывать на то, что эти травы достаточно сильны, чтобы отогнать злых духов.

Я развязала тесёмку, запустила пальцы внутрь. Сухие, ломкие травинки пахли странно — дурманяще-приторно. Этот аромат разносился над водой, смешивался с болотной сыростью и становился только сильнее.

— Давай же, — шепнула я, сама не зная к кому обращаясь, и швырнула горсть в ближайших тварей.

Эффект превзошёл все ожидания. И оказался совершенно не тем, на который я рассчитывала.

Духи не отшатнулись. Наоборот. Они замерли на мгновение, повернули свои размытые лица, а потом всей массой рванули ко мне. Запах трав разнёсся по залу, сладкий, тягучий, и каждая тварь в болоте вдруг захотела его.

— Что... — выдохнула я, пятясь. Мешочек выпал из рук, в полёте вытряхнув всё содержимое на подол ханьфу, прежде чем погрузиться под воду.

Со всех сторон, отовсюду, из стен, из воды, из-за корней деревьев ко мне ринулись десятки, сотни рук. Они не касались кожи, но от их близости воздух становился липким, как паутина. Болотные огоньки взбесились, закружились в стремительном хороводе, и свет их стал невыносимо ярким. Отражения в воде плясали, двоились, троились, и я перестала понимать, где верх, где низ, где реальность, а где только игра бликов.

Я попятилась, замахала руками, но пальцы проходили сквозь огоньки, не причиняя им вреда. Моя ци только беспомощно билась внутри, не находя выхода. Духи уже окружили плотным кольцом. Их шёпот заполнил уши, застилая разум.

— Иди к нам...

— Мы дадим...

— Покажем...

Вода под ногами вдруг стала глубокой. Я проваливалась, тонула, но в то же время стояла на месте. Капли падали сверху, и каждый их звук отдавался эхом, множился, превращался в голоса, рассеивал мысли. Ци металась внутри, но не понимала, чему надо сопротивляться.

Я зажмурилась, тряхнула головой. Открыла глаза.

Всё было по-прежнему. Вода, огоньки, стены. Духи никуда не делись. Они всё так же роились вокруг, тянули руки, шептали. Но среди этого безумия что-то изменилось. Свет стал другим. Запахло не тиной, а жжёным деревом и цветами.

Я не сразу поняла, что этот жар не от болотных огоньков. Он был живым и шёл откуда-то сбоку. Воздух задрожал, и вместе с ним задрожали тени, испуганно заметавшись.

А потом грянул рёв.

Огненный дракон вырвался откуда-то сбоку, пронёсся над водой, сжигая духов на своём пути. Они визжали, плавились, разлетались искрами. Пламя плясало, отражаясь в воде, и болотные огоньки гасли десятками, не выдерживая этого жара, который обжигал и моё лицо, но сушил слёзы на щеках. И в этом было что-то очищающее, выжигающее липкий ужас из груди.