Чтение онлайн

— Сорок, — выдохнул, когда мы оказались у подножия дерева.

Он опустился на колено рядом с заклинателем в коричневом, перекинул его через левое плечо. Затем подхватил ученика Школы Северного Ветра, закинув на второе. Его мышцы напряглись, а костяшки пальцев побелели, вцепившись в одежду спящих. Лицо принца стало пепельно-серым, но он выпрямился так, будто не нёс никакого груза.

— Веди её.

Я бросилась к Изумрудной Лозе, которая смотрела сквозь меня пустыми глазами. Пальцы всё ещё двигались, но мелодия оборвалась, стоило коснуться плеча.

— Уходим, — сказала я. — Быстро.

Она не ответила. Только моргнула, и в этом моргании промелькнуло что-то живое.

— Что… — прошептала она.

— Не сейчас, — перебила я, подхватывая под локоть. — Вставай.

Изумрудная Лоза поднялась, шатаясь. Одежда её была влажной, лицо бледное, как полотно, но пальцы крепко сжимали флейту.

— Шестьдесят! — крикнул принц и побежал к формации.

Я потащила Изумрудную Лозу следом, но быстро поняла, что не успеем. Выжженная тропа, по которой мы только что бежали, стремительно затягивалась. Серебристая трава смыкалась за принцем, поглощая след, и теперь передо мной была только стена стеблей.

— Семьдесят! — донеслось спереди.

Я упрямо бежала вперёд, волоча Изумрудную Лозу за собой. Трава хлестала по ногам, цеплялась за подол, обвивала щиколотки. Я слышала шипение, чувствовала, как холодные, скользкие стебли тянут вниз, высасывают тепло.

— Восемьдесят!

Формация была близко. Я видела её свечение и принца, который уже перешагнул границу, сбросил ношу и обернулся, протягивая руку.

— Беги! — крикнул он.

Я замедлилась, пропустила вперёд Изумрудную Лозу и со всей силы толкнула её в круг. Она врезалась в Лан Чжуна, отлетела в сторону и упала на колени. Нефритовый Лотос подхватила её, затаскивая глубже внутрь.

А я осталась снаружи.

Трава сомкнулась вокруг ног за мгновение, которое потребовалось на толчок. Серебристые стебли обвили лодыжки, колени, поднялись выше, и с каждым прикосновением ци уходила из тела, как вода уходит в песок. Сила таяла, и вместе с ней таяла воля и желание бороться.

Я попыталась шагнуть и не смогла, так плотно уже оплело ноги. Пальцы, пытающиеся достать из рукава талисманы, разжались, и бумажки утонули в травяном покрове.

— Девяносто! — голос Плакучей Ивы звучал словно издалека.

«Всё…» — мелькнула мысль. Такая спокойная, такая правильная в этом сладком, усыпляющем мареве. — «Как же хорошо…»

Так он шёл долго, и говорят, что за то время наверху успели смениться три ветра и дважды окраситься облака: от бледного розового рассвета к чистому синему полудню и дальше, к золотому закату. Здесь же, под землёй, вечная ночь только меняла своё настроение — от вязкой к острой, от равнодушной к злой.

Лабиринт понял, что шёпоты и иллюзии не ломают этого человека. Тогда он ударил прямо по его сути.

Отрывок из «Легенды о великом герое Кае Синхэ и подлом демоне Хэй Фэне»

В этот миг где-то глубоко, в самом средоточии ци, что-то сдвинулось. Словно кто-то коснулся спящего зверя и тот недовольно заворочался.

Стебли уже доползли до пояса. Они пили мою светлую ци, и та уходила, таяла, иссякала… но на её месте появлялось что-то другое. Тёмное.

Демоническая ци Хэй Фэна.

Трава коснулась этого и взвизгнула.

Тёмная ци вырвалась из самой моей глубины, ударила по стеблям, выжигая их, превращая в пепел, который разлетался чёрными хлопьями. Серебристая трава шарахнулась прочь, обнажая землю.

— Девяносто пять!

«Давай, Светлячок, — голос Хэй Фэна хлестнул, словно хлыст. — И бегом на тропу, пока я до тебя дотягиваюсь».

Ноги обрели силу и сами рванули вперёд, перепрыгивая через тлеющие остатки травы. Я влетела в формацию, когда Плакучая Ива уже отсчитывал:

— Девяносто девять…

— Замыкай! — крикнул грубиян.

Амулет дёрнулся в руке заклинателя, и круг сомкнулся за моей спиной, отсекая сад. Серебристая трава билась о незримую стену, шипела, тянулась, но не могла преодолеть защитный барьер.

Я упала на колени, тяжело дыша. В груди всё горело.

«Хэй Фэн…» — позвала мысленно.

Ничего. Тишина.

Я обхватила себя руками, чувствуя, как дрожит всё тело. Куда он опять исчез? И что было бы со мной, если бы не появился?

— Девять Напевов! — Нефритовый Лотос опустилась рядом, ощупывая мои руки, пытаясь найти пульс. — Ты цела? Трава… она же…

— Всё хорошо, — выдавила я, хотя хорошо не было. — Я успела.

— Ещё бы чуть-чуть, — покачал головой грубиян. Он смотрел на меня странно прищурившись. — Как ты вырвалась? Трава уже по пояс обвила.

— Талисманы, — соврала я, не глядя ему в лицо. — Последние.

Он хмыкнул, но спорить не стал.

Принц сидел с закрытыми глазами, прислонившись к ограничивающему тропинку валуну, и тяжело дышал. Двое спящих лежали рядом. Их грудные клетки поднимались в мерном дыхании, но ци едва теплилась.

— Живы, — сказал Белый Журавль, проверяя пульс. — Но их нужно выводить.

— У меня нет идей, как быстро привести их в сознание. — Принц открыл глаза. Взгляд его прояснился, хотя лицо всё ещё было бледным. — Но и оставаться тут нельзя…

— Значит, понесём, — отрезал грубиян. — Я возьму одного. Белый Журавль — второго. А ты… — Он посмотрел на Плакучую Иву, — сворачиваешь формацию и идёшь последним, чтобы отражать угрозу, если она появится.

— Если нападут? — Голос заклинателя дрогнул.

— Если вовремя предупредишь, то отобьёмся. Или отступим, — отрезал Белый Журавль.

Плакучая Ива только кивнул и поднял амулет, готовясь свернуть формацию.

Мы быстро распределили силы. Грубиян взвалил на плечо заклинателя Земляного Корня, Белый Журавль взял ученика Школы Северного Ветра. Принц поднялся, пошатнулся, но устоял.

— Я пойду впереди, — сказал он.

— Твоя ци… — начала я.

— Хватит, — оборвал он, заставив пережить болезненный укол обиды. Поднял руку, и на ладони вспыхнул маленький, но ровный огонёк. — Идём.