Чтение онлайн

— Благодарю за заботу, Ваше Величество, — произнесла дрогнувшим голосом.

— Выздоравливайте, Александра! Набирайтесь сил, — попрощавшись, император вместе с Ушаковым покинули комнату, оставляя после себя звенящую тишину.

Я откинулась на подушки, ощущая невероятную слабость в теле. Так неприятно было осознавать себя беспомощной. А тут еще обещание императора обеспечить мою безопасность. Страшно представить, во что это в итоге выльется.

Меня посадят под замок? Запрут в очередной клетке? Нет, это никуда не годится! — попыталась подняться, чтобы… Сама не знаю, зачем.

— Александра, не нужно вставать, — Павел снова оказался рядом, мягко укладывая меня обратно. — Господин Арсеньев прописал вам строгий постельный режим.

— Но мне скучно просто лежать, — вяло улыбнулась.

— Хотите, я принесу вам книги? Могу даже почитать, если вам будет тяжело, — Романов снова накрыл мою ладонь своей. — Какая тема вам интересна? Уверяю, в императорской библиотеке собраны лучшие труды историков, магов и литераторов.

— А есть что-нибудь о магии печатей? — попросила, пользуясь моментом. — Хочу понять, по какому принципу работают плетения, которые накладывает Оболенский. Павел, это важно для меня.

— Боюсь, что информацию о родовых техниках Оболенских мы там не найдем, — Павел покачал головой. — Если все так, как я думаю, его дар развивался на основе запретных знаний по никому неизвестному пути.

С книгами Павел не обманул, принес пару старых фолиантов по магии печатей и способах их наложения. Вместе мы их проштудировали и не нашли ничего общего с тем, что делал Оболенский. Только очередное подтверждение, что печать может снять только тот, как ее наложил.

Я бы, может, увидела полезную информацию, которая содержалась между строк, но лекарь категорически запретил две недели пользоваться даром. Так что дни для меня тянулись медленно и однообразно. Целитель навещал каждый день, также приходила с визитами императрица, наполняя комнату теплом и легким ароматом лаванды.

Софья щедро делилась светскими сплетнями, стараясь отвлечь меня от печальных мыслей и всячески приободрить.

— Вы быстро идете на поправку, дорогая, — она ласково касалась моей руки или гладила по волосам.

— Спасибо за заботу, Ваше Величество. Здесь я чувствую себя в безопасности.

Эти визиты не давали мне скучать и настраивали на позитивный лад. В отличие от Оболенского, который одним своим существованием разрушал все, к чему прикасался.

Он ввалился в комнату вечером того же дня, когда приходил император. С появлением канцлера удавка на шее сразу дала о себе знать. Оболенский подошел к кровати, усмехнулся, заметив на прикроватном столике книги о магических печатях.

— Ищешь способ освободиться? — вкрадчиво поинтересовался он.

— Изучаю теорию, Ваша Светлость, чтобы лучше понимать ваши уроки, — смело встретила его взгляд.

— Похвальное рвение, — он наклонился, понижая голос так, чтобы никто нас не услышал. — Но ты все еще в моей власти, Александра. Запомни, в твоих же интересах сделать так, чтобы я по-прежнему оставался твоим опекуном. Без меня тебя быстро сожрут стервятники. Будешь послушной, и получишь все, о чем только могла мечтать.

— Скажите, Ваша Светлость, как у меня получилось отразить эмоции Мехмед-бею? — с трудом подавила брезгливость, когда он коснулся моей щеки длинным пальцами.

— Ничего необычного в этом нет, — хмыкнул канцлер, убирая руку. — Ты неосознанное использовала свой магической эхо-канал в обратную сторону. Эхомагия — редкая разновидность ментального дара, позволяющая считывать прошлое. Но тебе, видимо, удалось транслировать то, что ты видела и слышала, другому человеку. Полагаю, именно этим вызвано твое истощение. Если хочешь развить эту способность, тебе сначала нужно укрепить и расширить магические каналы. Иначе сгоришь при следующей попытке.

После ухода канцлера я долго не могла успокоиться. Если верить Оболенскому, что крайне затруднительно, мой дар сложнее, чем принято считать. Но, раз уж у меня получилось один раз транслировать чужую боль, значит, я смогу использовать и другие чувства, превратив память предметов в оружие.

На пятый день мне наконец-то разрешили вставать. Сначала я прогуливалась по комнате, после начала выходить в коридор и ненадолго — во внутренний двор подышать воздухом. Софья обрадовалась моему выздоровлению и сразу же предложила возобновить прогулки по саду.

— Ваше Величество, вы позволите мне посещать императорскую библиотеку? — попросила у Софьи дозволения.

— Зачем тебе, Сашенька? Ты еще слишком слаба для серьезных занятий.

— Осенью мне поступать в академию, Ваше Величество. Я бы хотела подготовиться к экзаменам заранее. Когда еще у меня появится такая замечательная возможность? Чтение меня совсем не утомляет.

Императрица прониклась моей тягой к знаниям и дала высочайшее разрешение, выделив мне сопровождающего из числа гвардейцев. Сразу после обеда я устремилась туда, где на бесконечных полках, занимающих место от пола и до потолка, лежали тысячи книг, свитков и рукописных изданий.

Казалось, что отыскать что-то действительно важное среди стольких томов было невозможно. Я бродила между стеллажами, ведомая странным предчувствием.

— Что вы ищете, госпожа? — поинтересовался гвардеец, следующий за мной по пятам.

— Справочник по геральдике и праву крови, — машинально прочитала название раздела, мимо которого проходила.

Сделав вид, что внимательно изучаю корешки книг, провела по ним пальцами, чуть задерживаясь на каждом из них. Сдвинув трактат по гербам империи, наткнулась на тонкую рукописную книжку, зажатую между двумя соседними томами так плотно, что никаким случайным образом ее не заметить.

Кольцо на мизинце защищало меня от считываний. Но эту книгу я почувствовала даже сквозь блокировку. От нее исходила такая мощная аура запретной магии, что у меня перехватило дыхание.

Выхватив ее вместе с томом по геральдике, я вложила тонкую книжицу внутрь большой и распахнула ее на середине. Переместившись за стол так, чтобы гвардейцу не было видно, что именно я изучаю, осторожно стянула колечко и уставилась на буквы, постепенно обретающий понятный смысл. Самой книги я не касалась, но желание узнать, что же там написано, оказалось сильнее предостережений, которыми меня пугал лекарь.

Магию крови запретили в империи под страхом смертной казни. И тем не менее, этот экземпляр хранился в библиотеке, каким-то чудом избежав уничтожения.

В книжке содержалось не так много информации, но на каждой странице было написано новое заклинание, способное разрушить чужую жизнь. В одном из них говорилось о «праве крови». Текст гласил, что жертва может обернуть проклятие против создателя, если между ними существовало кровное родство.

Для этого требовалась лишь родственная кровь, сильная воля и правильная формула, способная изменить вектор магического потока.

«Кровь к крови, боль к боли», — шептали кровавые строчки, проникая в сознание.