Чтение онлайн

Отвечать на подобное заявление ничего не стала. Молча склонила голову, делая вид, что признавала поражение.

— Ступай к себе и переоденься, — канцлер удовлетворенно кивнул. — Сегодня ты приглашена на императорский обед. Советую привести себя в порядок. Редко кто удостаивается подобной почести.

Вернувшись к себе, я обнаружила, что Миланья уже приготовили для меня парадное платье из бледно-голубого шелка. Расшитое серебряной нитью, с глубоким декольте и пышными рукавами оно разительно отличалось от тех нарядов, к которым я привыкла. К платью прилагалось скромное ожерелье из речного жемчуга и изящные атласные туфельки.

На императорском обеде я уже бывала, так что не испытывала прежнего трепета. Однако количество приглашенных гостей оказалось на порядок меньше. И место мне отвели не в хвосте, как в прошлый раз, а рядом с Оболенским. Сегодня обед почтила внимание сама императрица Софья — статная аристократка с добрым лицом и проницательным взглядом.

Павел Романов тоже присутствовал на обеде, как член семьи. Он улыбнулся мне кончиками губ и ободряюще кивнул.

— Александра Ивановна, — я невольно вздрогнула, когда императрица обратилась ко мне с вопросом. — Мы наслышаны о ваших удивительных способностях. Скажите, правда ли, что вы можете увидеть намерения людей, которые касались какого-либо предмета?

Вилку до рта я так и не донесла. Положив ее обратно, судорожно вздохнула, понимая, что разговоры за столом стихли, а взгляды присутствующих обратились на меня.

— Ваше Величество, — справившись с охватившим волнением, почтительно склонила голову. — Я действительно вижу прошлое вещей и эмоции тех, кто к ним прикасался.

— Как необычно! — императрица оживилась. — Вы понимаете, какое это может иметь значение для государственной безопасности?

О, да! Я понимала это, как никто другой. Но в ответ лишь скромно кивнула.

— Софья, дорогая, не стоит обсуждать государственные дела за обедом, — мягко заметил император.

— Позволь мне небольшую проверку? — Софья улыбнулась мужу и снова обратилась ко мне. — Александра Ивановна, у меня есть просьба. Наша дочь Мария вместе с братом проходит стажировку за границей. Недавно я получила от нее письмо. Не могли бы вы сказать, что написано между строк? О чем она умалчивает?

Слуга через мгновение возник возле меня с запечатанным конвертом на серебряном подносе. Я настороженно посмотрела на письмо, затем перевела взгляд на императорскую чету.

— Ваше Величество желает, чтобы я сказала, что написано в письме, или увидела скрытое? — уточнила перед тем, как приступить к работе.

— Разумеется, скрытое, — кивнула императрица. — Прочитать я и сама могу.

Я кивнула, незаметно стаскивая под столом колечко с мизинца. Затем осторожно взяла в руки конверт и прикрыла глаза, всматриваясь в образы, скрывающиеся за посланием.

Прежде чем сконцентрироваться на юной девушке с темными волосами, которая писала письмо, я увидела, как его передают курьеру, доставляют в Петербург и тщательно исследуют на предмет наложенных заклятий и прочей гадости. Что ж, весьма предусмотрительно.

— Это послание проделало долгий путь, прежде чем попало к вам в руки, — осторожно приступила к описанию того, что мне открылось. — Принцесса Мария здорова и вполне счастлива. Письмо она набросала в перерыве между занятиями, в аудитории, похожей на античный амфитеатр.

Подняв глаза на Софью Андреевну, я убедилась, что пока мой рассказ соответствует тому, что ей и без меня известно. Содержимое пересказывать я не видела надобности, но сочла нужным описать обстоятельства.

— Принцессе Марии попался коварный вопрос по «Инженерной механике», но она с честью на него ответила, поминая добрым словом старика Журавлева. Вспомнив о нем, Мария подумала о вас и решила поделиться столь ярким моментом. Принцесса очень любит вас и тревожится за брата. За ней ухаживает молодой француз, но она не решилась рассказать о нем, опасаясь вашего неодобрения.

— Ах, моя милая девочка! — Софья всплеснула руками. — Юности свойственно влюбляется в первых встречных!

— Ваше Величество, этот поклонник искренне привязан к принцессе, — добавила я. — Он демонстрирует серьезные намерения.

— Серьезные или нет, но француз есть француз, — недовольно проворчал император. — Иван, кто таков? — обратился к князю Ушакову.

— Доклад об этом молодом человеке уже на вашем столе, Александр Петрович, — спокойно отозвался глава Тайной канцелярии.

Письмо я вернула, положив на поднос, и спрятала руки под столом, возвращая кольцо на место.

— Что ж, Александра Ивановна, ваши таланты и впрямь поражают воображение, — удовлетворенно признала императрица. — В письме Машенька и впрямь упоминала старика Журавлева. Уж как они, бывало, с профессором спорили до хрипоты, обсуждая важные научные вопросы! А теперь вот, пригодилась его наука-то!

Придворные сразу зашептались, переглядываясь друг с другом и бросая на меня взгляды, полные любопытства.

— Поразительно! — воскликнул один из сановников. — Госпожа Савельева, не могли бы вы взглянуть на мою печать? Я подозреваю, что мой секретарь…

— И на мою шкатулку посмотрите! — подхватила другая дама. — Мне кажется, муж нарушил слово и…

Предложения посыпались одно за другим. Я растерянно хлопала глазами, не зная, что им отвечать. Отказать, ссылаясь на усталость и затрату ресурсов? Или же согласиться и утонуть в ворохе легкомысленных просьб?

— Довольно! — к счастью, жадность Оболенского хоть раз сыграла в мою пользу. — Госпожа Савельева находится под моим покровительством и выполняет важные государственные поручения. Невместно растрачивать ее дар по пустякам!

Придворные мгновенно притихли, а канцлер, пользуясь моментом, обвел присутствующих тяжелым взглядом хозяина положения.

— Александра Ивановна восстанавливается после сильного магического истощения, — продолжил он. — Господин Арсеньев прописал ей строгий режим восстановления. Недопустимо истощать государственный ресурс ради забавы.

— Разумеется, Владимир Андреевич, — император кивнул, поддерживая канцлера. — Госпожа Савельева блестяще себя проявила в переговорах с османскими послами. Вы должны непременно позаботиться о здоровье вашей подопечной.

— Способности этой юной девочки действительно впечатляют, — заметила императрица. — Быть может, нам стоит обсудить ее официальное положение при дворе?

— Всенепременно, Ваше Величество, — Оболенский склонил голову. — Пока же я прошу позволения заниматься ее обучением и контролировать нагрузку.

Император милостиво кивнул и перевел разговор в другое русло. У меня же спина покрылась холодным потом от осознания того, как наглядно канцлер продемонстрировал, что никто не имеет право претендовать на мои услуги без его высочайшего разрешения.