ПОНЕДЕЛЬНИК
Шрифт:
гостиничном номере. Подержав недолго, протягивает оружие тебе. Объясняет скучным
тоном:
– Мне пока неизвестно, кто именно убил Сысоя. Боюсь, все серьезно. Так как вы
замешаны в этом деле, я думаю, вам необходимо обзавестись орудием самозащиты. На
всякий пожарный. Возьмите этот пистолет, ладно? Я настаиваю. Пока оставьте в квартире –
на презентацию с ним нельзя.
Вручив тебе пистолет и глядя сквозь тебя, Адель выходит на лестничную клетку. Ты
поспешно прячешь оружие в квартире и следуешь за ней.
76
Улица. Адель Семенова указывает на свою машину, припаркованную неподалеку.
Черный, старомодных форм Крайслер. Медленно идете по тротуару. День ясный, колючий.
Поравнявшись с автомобилем, Адель снимает его с сигнализации и отпирает дверцу.
Усаживается за руль. Ты также берешься за металлическую ручку, чтобы открыть машину,
но останавливаешься, неожиданно заметив, что с противоположной стороны улицы кто-то
тебе машет.
Это незнакомый мужчина. Он усиленно и как-то странно машет руками, будто хочет что-
то отогнать, или, наоборот, страстно призывает кого-то к нему подойти. Глазами,
вылупившимися из орбит, жутковато таращиться именно на тебя. Или кажется? Возможно,
просто смотрит в твою сторону. Как ни странно, никто, кроме тебя, не обращает внимания на
диковатую пантомиму мужчины, хотя улица полна людьми.
Только-только собравшись оглянуться, чтобы узнать, не стоит ли кто-нибудь за тобой,
ты с удивлением видишь, как мужчина хватается обеими руками за свое горло и остервенело
начинает себя душить. Но не издает при этом ни звука. Его и без того выпуклые глаза
отвратительно рвутся наружу, а лицо принимает багровый оттенок. Ногами он молотит по
асфальту, из карманов брюк, пиджака и дубленки выскакивают какие-то блестящие мелочи.
«Неужели самоубийство?» – удивляешься ты про себя. Скорее, какой-то розыгрыш. Но уже в
следующий момент ты осознаешь, что это не шутка.
Мелочи, отлетающие от дергающегося человека, – это не вещи материального
происхождения, это те самые округлые, микроскопические частицы, на которые однажды
распался кусок твоего собственного тела. К своему ужасу ты понимаешь, что мужчина на
той стороне улицы, в десяти метрах от тебя, сейчас попросту взорвется. Распадется. Он
скачет все быстрее и быстрее, его глаза лезут из орбит все дальше и дальше, но ты не
можешь отвести взгляда от его впившихся в тебя зрачков.
Не в силах отвернуться, ты видишь, как он лопается.
Беззвучно, мгновенно человек превращается в размазанное точечное пятно,
коричневатый рой мелких частиц. Мужчины больше не существует. Его одежда, по какой-то
не ведомой тебе иронии, целехонькая опадает на асфальт. А образовавшаяся туча безумных
молекул, на секунду зависнув в воздухе, еще раз взрывается – на невероятной скорости все
частицы разлетаются в стороны, ладно сливаясь с окружающими предметами: зданиями,
машинами, столбами, людьми, бездомной кошкой, всем-всем, даже с тобой. Окружающие
предметы, как и прежде, остаются к происшествию безучастными. Вторжение в твое тело
инородных частиц проходит безболезненно.
– Почему вы не садитесь в машину? – слышишь ты сквозь шок настороженный голос
Адель. Напротив тебя возникает ее лицо.
Опомнившись, ты хрипишь:
– Разве вы не заметили? Там, - указываешь на противоположную сторону улицы, - там…
человек…
Девушка недоверчиво оглядывается.
– Похоже, кому-то стало плохо, - говорит она.
– Плохо?!
Ты снова переводишь взгляд на то место, где произошел взрыв, и тут же понимаешь, о
чем говорит Адель. Неужели тебе показалось? Распавшийся мужчина, целый и невредимый,
лежит на тротуаре – он не двигается, руки широко раскинуты. К бездыханному телу
подбегают люди, кто-то истерично умоляет вызвать «скорую помощь», кто-то говорит
«пьяный».
– Наверное, он лишился чувств, - предполагает Адель. – Давайте перетащим его в машину
и отвезем в больницу?
Девушка ждет твоего ответа. Посмотрев на упавшего человека еще несколько секунд
(сквозь образовавшуюся толпу зевак теперь видны только его ноги и бледная кисть руки), ты
переводишь взгляд на Адель и говоришь:
77
– Нет. Уже слишком поздно. Едем, куда вы собирались.
Тебе лучше, чем кому бы то ни было, известно, что мужчина этот абсолютно мертв.
Презентация «кое-чего необыкновенного» проходит на закрытой воинской территории в
часе езды от Вышнего по направлению к Москве. Много десятилетий эта лесистая область
оставалась запретной зоной для штатских, какого рода исследования или разработки
проводятся здесь, до сих пор остается неизвестным.
Одутловатый Крайслер Адель подкатывает к воротам с алыми звездами, и еще
пятнадцать минут приходится тратить на разговоры с охраной. Выясняется, что большая
часть территории воинской части по-прежнему закрыта для свободного посещения – вашу
машину до нужного места будет сопровождать мотоциклетный эскорт. Адель показывает
приглашение, имя сверяется со списком (твое было внесено заранее), по рации делается
запрос на подтверждение информации, и только после этого вам дают «зеленый свет».
Солнце уже зашло. С включенными фарами автомобиль медленно продвигается по узкой
асфальтированной дороге (мотоциклист спереди показывает направление, а тот, что сзади, –
препятствует смене маршрута), однако эти предосторожности излишни – ни ты, ни Адель,
кроме дремучего, негостеприимного леса, ничего вокруг себя не замечаете.
– В детстве мы с братом мечтали пробраться сюда, чтобы найти какой-то клад или
захоронение, не помню точно, но так никогда и не решились – больно уж лес жуткий, -