Чтение онлайн

Владимир помог команде правильно распределить место в трюме и рундуках и наказал не прикасаться к сухпайку, пока не выйдет весь рис. «Не дай бог что случится – рис пойдет ко дну. А вот консервам ничего не сделается. Останутся – не беда, привезете обратно, будете в походы брать. У них большой срок годности». Команда нарушила это правило только три раза, позволив себе немного шикануть на день рождения. Из сокровенного резерва достали тушеную говядину, смешали с вареным рисом и с жадностью умяли, закусив галетами с плавленым сыром и печеночным паштетом. На десерт попили чаю с шоколадками.

Несмотря на обилие припасов, благодаря которому они могли вообще не заглядывать в магазины, в начале путешествия троица не отказывала себе в удовольствии во время стоянок в городах, которые проходила по маршруту, прикупить что-нибудь вредное и устроить на верхней палубе праздник живота. После выхода в открытые воды натуральные и скоропортящиеся продукты съедались в первую очередь: холодильник морозил слабо, жара брала свое. Праздничные обеды и ужины с жареными сосисками, вареными пельменями и запеченным в духовке мясом заканчивались быстро. Наступало «рисовое время». Сначала с тушенкой, колбасой, сыром или овощами, даже с томатной пастой – со всем, чем закупались по пути. Теперь, к началу шестого месяца дрейфа, – с соевым мясом или собственноручно пойманной рыбой. Мясо и рыбу варили: растительное масло давно вышло. Поесть жареного удавалось только во время кратких передыхов на атоллах, где готовили на костре.

Там же набирали кокосовые орехи. Несколько раз команда выуживала кокосы прямо из воды по ходу движения «Миланы». Подхваченные течением орехи кочевали по всему свету, от одного берега к другому, пока не оказывались в сухопутной ловушке и не прорастали новой пальмой. Лола в жизни не пробовала кокосов и даже не знала, что внутри вовсе не кокосовое молоко, а кокосовая вода и ее вкус напрямую зависит от разновидности пальмы. Девушке больше нравились зеленые кокосы, в которых был не только сладкий ароматный сок, но и вкусная мякоть. Руслан и Максим так приноровились раскалывать кокосы, что их ловкости позавидовали бы даже коренные жители тропиков, где кокосовые орехи не экзотический плод, а нечто привычное и повседневное, как хлеб или яблоки.

Команда отходила месяц из запланированных двух, когда их подстерег судьбоносный шторм. После этого они стали осмотрительнее тратить припасы, научились обходиться без завтраков, не есть от скуки, перестали впустую переводить весовой кофе, чай и сахар. Не набивать желудок от нечего делать оказалось не так уж сложно. Они все время были на яхте, дежурства на кокпите прерывали только на совместную трапезу, пару-тройку раз в месяц могли набрести на крошечный атолл и задержаться там до прилива, размяться немного, запастись кокосами, но больше им не на что было тратить энергию. Вкусную еду не вспоминали, о сухпайке вообще старались не заговаривать. От одной только фразы «говядина тушеная высший сорт» в мозгу переклинивало, но обеды и ужины команда никогда не пропускала и тогда уж подкреплялась как положено.

Благодаря знатным запасам риса и соевого мяса в придачу к резервному сухпайку их не пугал голод, но так как они не знали, куда их в конечном итоге занесет и где они могут застрять, было решено, как и наставлял Владимир, первым делом съесть рис, а резервные консервы оставить на крайний случай, если яхта затонет и придется перебраться на спасательный плот или куда-нибудь высадиться. Например, на необитаемый остров.

В восемь утра, дождавшись пробуждения Максима и передав очередной безответный сигнал бедствия, занялись сборами. Шальной ветер играючи раскачивал яхту, подгонял комья рассыпанной по небу серо-белой ваты. Солнце ежеминутно скрывалось и показывалось, вырисовывая через облака витиеватые узоры. Океан недовольно щетинился, день обещал быть ветреным и ярким, но в свежих порывах соленого бриза чувствовалось летнее тепло, а когда ребята сверились с климатической картой, выяснилось, что Понкайо находится в субтропической зоне. Значит, суровые холода им не грозят.

Лола переоделась в свободные шорты чуть выше колен, чтобы не запыхаться в джинсах, и стянула волосы резинкой. Максим поднял пайол перед кроватью в ее каюте и вынул из трюма смятый светло-зеленый баул, бесформенный и бездонный, как большой вещмешок. Он заменял два рюкзака и был способен вместить в себе целый гардероб, раздуваясь до невероятных размеров, точно рыба-шар, но сам в шкаф не влезал, поэтому команда раскладывала одежду по полкам, а пустые котомки прятала в трюм под пайолом у себя в каютах.

Во внутренний накладной карман баула прямо по размеру вместился желто-прозрачный водонепроницаемый чехол с кошельком, паспортом, телефоном, плеером с наушниками-вкладышами и зарядками. Лола устлала дно баула небольшим пакетом с купальником, сланцами и другой летней одеждой, после чего принялась заполнять сумку остальными вещами. Застиранные футболки, фуфайки, брюки, свитера и полотенца – полки в каютных шкафах стремительно пустели. Лола поставила у кровати треккинговые ботинки, чтобы переобуться перед отъездом на остров, свернула любимую толстовку и непромокаемую ветровку на синтепоне, с которыми почти не расставалась во время перехода, и убрала в сумку. В уголок девушка приткнула чехол с кроссовками, а на самый верх уложила две вместительные косметички – со средствами гигиены и набором для шитья – и целлофановый пакет с мылом. Руслан и Максим сварганили его сами из золы мангровых деревьев, которые попадались на встречных архипелагах. Сварили прямо в кастрюле на костре. Лола не переставала удивляться широте их кругозора и бездонной кладовой знаний. Ребята и зубную пасту бы сделали, если б умели.

Лола закатала верхушку рюкзака, защелкнула пластмассовые карабины и не без труда выволокла его из каюты. Вопреки устрашающим размерам, баул весил не больше, чем Лола могла унести, но как бы еще протащить его через полосу препятствий на нижней палубе… Боковые столешницы в кают-компании опустили, но котомка все равно не протискивалась, поэтому Лола закинула ее на диван, проскользнула сама и притянула сумку к себе.

С верхней палубы спустился Руслан.

– Что ж ты не позвала-то? – мягко попенял он и одной рукой легко подхватил рюкзак. – Я как раз к тебе шел. Мы там лодку грузим.

– Уже? – поразилась Лола. – Я так долго собиралась?

– Да нет, пока только наши вещи. Отвезем с Максом на берег, чтобы не захламлять кокпит и не спотыкаться.

С переездом закончили к половине четвертого. Развалившись на кокпите на деревянных банках 10 , команда предавалась ленивому безделью, отдыхала и наслаждалась хорошей погодой и свежим ветром.

– Странно, перед отъездом вещей было как будто больше… – подумала вслух Лола.

– Просто мы слопали почти весь рис. – Максим откинулся спиной на комингс 11 , вытянул над головой сцепленные руки и хрустнул суставами пальцев. – Потому и кажется, что сумок меньше. Не скажу, что этому не рад.

Обед прошел живо и весело, совсем как на день рождения. Чутье подсказывало, что с разбором поклажи и установкой бивака они провозятся до вечера и ужинать будут позднее обычного, поэтому команда знатно подкрепилась и даже позволила себе взять к чаю галеты и повидло. Такой вкусной трапезы у них давно не было. Самая приятная часть наступила под конец обеда, когда слово взял капитан. Раз они высаживаются на остров и теперь можно не волноваться о том, что истощенные запасы риса и соевого мяса пойдут ко дну, почему бы не разнообразить меню и не запустить шаловливые руки в аварийный резерв? Команда чокнулась кружками с чаем. Когда они последний раз испытывали такой душевный подъем? Сегодня им не нужно было притворяться, что все хорошо, как-то успокаивать себя, через силу ободрять. Все действительно налаживалось. Они рядом с цивилизацией, у них есть укрытие от шторма и непогоды, а на острове наверняка можно добыть грибов и ягод. Больше не придется есть одну рисовую кашу и соевое мясо, тем более их все равно почти не осталось. Они будут ловить рыбу, попробуют себя в охоте. Может, удастся пожарить на костре немного мяса… От одной мысли об этом по телу пробегала дрожь предвкушения. Даже молчание радиоэфира уже не так огорчало. Ведь так или иначе они дождутся ответа от Мельтахо.

Стационарную морскую радиостанцию забрали с собой, запитав ее от встроенного аккумулятора. Не забыли прихватить и полностью заряженные походные рации. Команда хотела оставаться на связи, если придется разделиться. Руслан и Максим взяли в переход портативные рации, которыми пользовались на играх в страйкбол. Если насчет палатки Руслан еще сомневался, то с рациями все решилось сразу, едва отец намекнул ему, что им троим не помешает держать связь на тот случай, если один из них вдруг занедужит, второй останется с ним на яхте, а третьему придется в одиночку бежать в аптеку или за врачом. Телефоны телефонами, но все же они уезжают не на неделю и путешествуют не на машине.