Чтение онлайн

– Я хотел сказать это с наилучшими намерениями. Тебя не было рядом, когда все это произошло. Я не смог бы простить себя, если бы он причинил тебе боль из-за меня.

– О, пожалуйста, я могу за себя постоять.
– Ее взгляд скользит по мне.
– Хотя, если твой новый телохранитель выглядит так, я, возможно, пожалею, что отклонила твое предложение нанять его и для меня.

Я пытаюсь скрыть улыбку.

Харли сердито смотрит на меня.

– Это Брикс. Типа, тупой, как брикет.

Спасибо, Айрис, засран ец ты .

Я беру ее за руку.

– Как Брикстон.

– Приятно с тобой познакомиться, - она мило краснеет.

– Хочешь чего-нибудь поесть?
– Спрашивает ее Харли.

Эва окидывает взглядом еду на столе и крадет у Харли кусочек брокколи.

– Спасибо.

– Тебе нужно больше есть.

– Мой агент говорит...

– Твой агент - придурок, и тебе не нужно худеть.

Ей действительно не нужно.

Добро пожаловать в Голливуд.

– Презентация моего аромата состоится через неделю. Мне нужно хорошо выглядеть перед камерами. А это значит, что нужно выспаться.
– Она целует его в щеку и поворачивается ко мне.
– Защищай его ценой своей жизни. Он важен для меня.

– Да, мэм.

Эва морщится.

– Ладно, уф, нет. Мэм со мной не работает.

– Прости. Мисс... без фамилии.

Она улыбается.

– Просто Эва.

– Эва, - повторяю я.

– Лучше. Спокойной ночи.
– И она ушла.

Харли возвращается к еде, как будто его не волнует, что невеста дома, после того, как они провели неделю в разлуке. Я бы подумал, что ему не терпится последовать за ней в постель, но нет, он сидит за столом, ест, одновременно бросая в мою сторону яростные взгляды.

– Итак, про Эву, - говорю я.

– Я хотел обеспечить ей дополнительную защиту тоже, но она еще более упрямая, чем я, а это о многом говорит.

– Судя по тому, что я читал, ей и раньше угрожали смертью.

– О, да. По-крупному. Все они безобидные. Все женщины, которым не нравилось, что она выходит за меня замуж. Как будто у них был шанс.

– Не очень эгоистично?

Харли наклоняет голову.

– Как это может быть эгоистично?

– Говорить, что ты ни за что не влюбишься в фаната. Это снобизм.

– Отказываться быть с людьми, которые хотят тебя из-за твоей известности, не снобизм. И, конечно, полагаю, есть фанаты, которые хотят видеть меня таким, каким я им кажусь - таким, каким они видят меня в таблоидах, на музыкальных премиях и на сцене, - но все мы в «Одиннадцать» быстро поняли, что реальность гораздо больше разочаровывает людей.

– И что же это за реальность?

– Все мы пятеро были созданы такими. Наши личности, наш имидж и наша жизнь. И никто из нас не соответствует тому совершенству, которое предлагает публике наш лейбл. Это цена, которую я заплатил за то, чтобы быть подростковой поп-звездой и семь лет позволял им делать из себя кого-то другого.

Вот дерьмо. Я не ожидал такого глубокого ответа и понятия не имею, что сказать на это.

Он фыркает.

– И хуже всего то, что распад бойз-бэнда ничего не изменил. Я все еще не тот, кем хочу быть.

Я верчу вилку в руке.

– А кем ты хочешь быть?

– Собой.

– И какой же ты?
– спросил я.

– Прямо сейчас я напуганный парень с незаряженным пистолетом, которому нужен кто-то больше и сильнее, чтобы защитить меня. Это все, что я знаю наверняка.

Хлоп. Перегруз. Я непонимающе смотрю на него.

Как будто почувствовав, что я не могу вымолвить ни слова, он прерывает молчание.

– Черт, извини. Это слишком тяжело для первого из многих совместных ужинов, которые, как я полагаю, состоятся в ближайшее время.

– Нам не обязательно есть вместе. Решать тебе. Я могу быть настолько незаметным или вовлеченным, насколько захочешь.

– Я не возражаю, - говорит Харли.
– Это лучше, чем есть в одиночестве.

Я не могу не испытывать жалости к этому парню, хотя и удивляюсь, почему его невеста не обедает с ним, если только она не находится во власти голливудского заблуждения, что женщины должны быть нулевого размера.

Слова Айриса о том, что мы должны получше узнать нашего клиента, звучат у меня в голове, и я ненавижу, когда этот бляденыш оказывается прав.

– Нужно обсудить кое-какие вещи, - говорю я.

– Какие?

– Мне понадобится список всех, кто имеет доступ в твой дом, например, кому разрешено здесь находиться и когда я могу их ожидать, чтобы не произошло повторения того, что произошло сегодня.

– Итак, чтобы не схватить моего тренера по вокалу или личного тренера? Понял. Я уже составил список для Айриса. Думаю, все это по-прежнему в гостиной.

– Хорошо, следующее. Пистолет. Ты когда-нибудь пользовался им раньше?

– Нет.
– Он поднимает руку.
– И прежде чем ты это скажешь, я знаю, что Гидеон поступил правильно, не зарядив его.

– Он сказал тебе, что восемьдесят пять процентов огнестрельных ранений происходят из-за того, что люди не знают, как правильно обращаться с оружием?

– Э-э-э... нет.

– Если ты действительно хочешь научиться защищать себя с помощью оружия, я могу научить тебя.

– Правда?
– Его глаза загораются.

Есть люди, всю жизнь работавшие, чтобы достичь того, чего они достигли, и очевидно, что они упорно боролись за это. Харли не такой. Харли относится к тому типу людей, с которыми, когда у них появляется определенное выражение лица, просто знаешь, что он рожден, чтобы быть в центре внимания, потому что от него просто захватывает дух.

Уверен, он усердно работал, я в этом не сомневаюсь, но с таким лицом? Он был рожден для славы с самого начала.

Я отбрасываю эту мысль.

– Думаю, если тебе когда-нибудь попадется в руки еще один пистолет, ты должен знать, как им пользоваться, чтобы не выстрелить в себя... или в меня.

Харли смеется.

– Я бы хотел научиться. В смысле, не думаю, что мне когда-нибудь снова понадобится оружие, потому что теперь у меня есть ты, но я хочу.

– Тогда мы сделаем это.

Он заканчивает есть и встает.

– Я готов, чтобы ты проверил мою комнату прямо сейчас.

– Разве Эва не там?

– У нас разные комнаты. Она... храпит.

Может, это правда. Сомневаюсь в этом, потому что у него странный тик на лице, но я готов пока оставить все как есть.

Может, у них проблемы, а я здесь не для того, чтобы вникать в это или беспокоиться.