Чтение онлайн

Кэм посмеивается. — Хотя спасибо за предложение.

Я киваю и смотрю, как он возвращается к бару, а затем мой взгляд переключается на Хейса, который улыбается, подавая кому-то напиток. Он выглядит таким счастливым, и мне очень нравится, когда он такой. Мне всегда хочется оставаться на его орбите.

Игривый Хейс — мой второй любимый Хейс.

— Ах, — говорит Мали. — Теперь я поняла. Тебе нужен был повод, чтобы быть рядом с Хейсом.

Я насмехаюсь. — Нет. Я просто пыталась быть полезной.

Кивнув, она бросает на меня свой лучший взгляд, выражающий недоверие. — Конечно, так оно и было.

Черт. — Да пошла ты. Ты можешь меня винить? Я тут с ума схожу.

— Он так и не дал тебе ничего, на что можно было бы опереться?

— Нет. Ничего. Такое впечатление, что ему нравится меня мучить.

Она делает глоток содовой. — Да, ему это нравится.

— Ты — Сатана, — говорю я.

Мали смеется в свой стакан. — Что? Я думаю, что ты единственный человек, которого я знаю, который занимается лучшим сексом в своей жизни и при этом жалуется на это.

— Потому что в этом-то все и дело, — хнычу я. — Это не лучший секс в моей жизни. Я имею в виду, он потрясающий. Я не говорю, что это не так. Он безумно талантлив. Но самый лучший секс был два лета назад, когда он любил меня так же сильно, как и трахал. У него был такой способ заставить меня почувствовать, что я единственная женщина, на которую он обращает внимание.

— Ты все еще единственная женщина, на которую он смотрит, — возражает она.

Тяжелый вздох вырывается из моих губ. — Я знаю, но я говорю тебе. Что-то изменилось. Он все еще отдаляется и держит меня на расстоянии, и я не знаю, как это исправить.

Она оглядывается на бар, а затем улыбается мне. — Для начала ты могла бы поговорить с ним. Может быть, его внимание к тебе хоть немного поможет.

— Просто так? Мэл, он занят.

Схватив мой стакан с водой, который был пуст лишь наполовину, она опрокидывает его в рот и допивает остатки, хлопнув стаканом о стол, когда закончила. — Вот. Теперь тебе нужно еще что-нибудь выпить. А мне нужно в туалет.

Она тащит меня к бару по пути в туалет и почти пихает меня на свободное место. Хейс слегка поднимает на меня брови, и я понимаю, что теперь у меня нет выбора.

В последнюю секунду мне приходит в голову идея, и я с ухмылкой подхожу к барной стойке и сажусь — именно то, что я не должна была делать.

— Ты же знаешь, что не можешь здесь сидеть, — говорит он мне, стоя с надвинутой на глаза кепкой и скрестив руки на груди, прислонившись к стойке.

Я делаю вид, что осматриваюсь. — Я? Я просто хочу выпить.

Он одаривает меня улыбкой, от которой я практически готова кончить на месте, и отталкивается от стойки, чтобы подойти ближе. — Хорошо. Что тебе принести?

— Джек с колой.

Я вижу, что ему это нравится, по тому, как он хмыкает. — Сейчас принесу один «Ширли Темпл».

Бросив на него взгляд, я лезу в задний карман и достаю свое поддельное удостоверение. Я кладу его на барную стойку перед собой и подталкиваю к нему. Он разражается смехом, берет его, смотрит на него, а затем убирает в свой задний карман.

— Ты не можешь просто так взять и оставить себе мое удостоверение, — говорю я ему.

Он пожимает плечами. — Конечно, могу. Это фальшивый документ. Это не твоя фамилия.

Подмигнув, он оставляет меня в полном недоумении и уходит.

На моей гребаной подделке указана фамилия Бланшар.

Я клянусь, что он делает это, чтобы помучить меня. Время от времени он говорит что-то подобное, и я провожу следующие три дня, обдумывая это и гадая, что, черт возьми, это может означать.

Вот, например, это. Он говорит, что хочет, чтобы я по-прежнему носила фамилию Уайлдер? Он сказал мне, когда я приехала сюда, что не даст мне развода, но он был таким озлобленным, а я все равно этого не хотела. Я бы соврала, если бы сказала, что не беспокоюсь о том, что однажды он вернется домой с этими бумагами. Мне снились кошмары, как он оставляет их на столе и говорит, что ему очень жаль, но он просто не думает, что у нас все получится.

— Как ты можешь с ним так разговаривать? — спрашивает женщина, сидящая рядом со мной. — Ты не нервничаешь и не забываешь, как говорить, когда он на тебя смотрит?

Мне требуется секунда, чтобы понять, о чем она говорит, и тут меня осеняет.

О, Господи.

— Я знаю его довольно давно, — отвечаю я.

Она не сводит глаз с Хейса, вздыхая. — Повезло. Я приезжала сюда почти каждые выходные, пытаясь набраться смелости и попросить у него номер телефона.

Я поперхнулась собственной слюной, и мне пришлось откашляться, прежде чем я прочистила горло. — О. Ну, не хочу тебя расстраивать, но он женат.

У нее отпадает челюсть. — Правда?

— Да, — говорю я ей, глядя на Хейса. — Его жена — полная стерва, но он почему-то не хочет с ней разводиться. Я не знаю.

Я смотрю, как он смеется, и понимаю, что он только что услышал каждое слово. Он опускает пару вишен в стакан и подносит его ко мне, ставя «Ширли Темпл» передо мной. Я смотрю на него снизу-вверх и снова на него.

— Это не то, что я заказывала.

Он улыбается и отходит назад. — Еще три недели.

От его подмигивания мне хочется утащить его в подсобку. Кто-то поднимает руку с другой стороны бара, чтобы привлечь его внимание, но перед самым уходом он останавливается и смотрит на меня.

— Постарайся, чтобы Мали не выпила и это.

Я улыбаюсь, уткнувшись языком в щеку, потому что, конечно, он наблюдал за мной. Он всегда следит за мной, даже когда я думаю, что это не так. Но я не жалуюсь. Он может смотреть на меня в любое время, когда захочет.

Проблема с парнями в баре заключается в том, что как только они начинают получать кайф, они становятся либо полными идиотами, либо слишком наглыми. Редко можно встретить человека, занимающего золотую середину между этими двумя вариантами. Обычно это происходит потому, что они находятся в компании друзей и хотят произвести на них впечатление, подцепив «горячую штучку», с которой можно пойти домой.

Иногда с ними все в порядке. Меня беспокоит, когда они не принимают отказа. Возьмем, к примеру, этого парня. Было довольно забавно, когда он набрался смелости и предложил нам с Мали заняться сексом втроем. Мэл даже сделала вид, что на секунду задумалась, пока мы обе не разразились смехом. Но, видимо, он воспринял это как приглашение остаться. Мы даже пытаемся переместиться в другую часть бара, но он, похоже, не понимает намека.

— Что ты пьешь, милая? — спрашивает он. — Давай я тебя чем-нибудь угощу.