Чтение онлайн

– Ах! – воскликнул он. – Какая скверная ракета.

И рабочий перебросил её через стену, окружающую сад.

– Скверная Ракета?! Скверная Ракета?! – возмутилась она. – Невозможно! Видимо, этот человек хотел сказать: «Прекрасная Ракета!» Слова «скверная» и «прекрасная» звучат похоже, притом часто имеют одно и то же значение.

В этот момент Ракета шлёпнулась прямо в грязь.

– Здесь не очень-то комфортно, – заметила она, – но, вероятно, это новый курорт, и меня прислали сюда для восстановления здоровья. Мои нервы расшатаны, и я нуждаюсь в отдыхе.

Тут к Ракете подплыла Лягушка с блестящими, как драгоценные камни, глазами, одетая в зелёную курточку.

– Кажется, у нас гости, – сказала Лягушка. – Согласитесь, нет ничего лучше грязи. Дайте мне дождливую погоду и лужу, и я буду совершенно счастлива. Как вы думаете, сегодня пойдёт дождь? Надеюсь, что да, хотя небо синее и безоблачное. Как жаль!

– Гм! Гм! – ответила Ракета и начала кашлять.

– Какой у вас чудесный голос! – воскликнула Лягушка. – Он очень похож на кваканье – самый музыкальный звук в мире. Вы услышите сегодня нашу певческую вечеринку. Мы сидим в старом утином пруду около фермерского дома, и когда восходит луна, начинаем квакать. Никто не спит, мечтая послушать наше выступление. Не далее как вчера я слышала, что жена фермера сказала матери, будто из-за нашего концерта она всю ночь не сомкнула глаз. Очень лестно осознавать себя такими популярными.

– Гм! Гм! – гневно прокашляла Ракета.

Она была крайне раздражена тем, что Лягушка не давала ей сказать ни слова.

– Бесспорно, очаровательный голос, – продолжала Лягушка. – Надеюсь, вы придёте к утиному пруду. Я пока пойду разыскивать своих дочерей. У меня их шестеро, и я боюсь, как бы их не встретила Щука. Она настоящее чудовище и, не задумываясь, позавтракает моими девочками. До свидания, наша беседа доставила мне истинное удовольствие.

– Беседа?! – воскликнула Ракета. – Да вы одна говорили. Монолог – это не беседа!

– Ну кто-то же должен быть слушателем, – ответила Лягушка, – а я люблю говорить сама. Это бережёт время и предотвращает споры.

– А я люблю споры! – заметила Ракета.

– Не может быть, – ответила Лягушка. – Споры вульгарны, так как в хорошем обществе все придерживаются одинакового мнения. Ну вот, я вижу дочерей. Ещё раз до свидания.

И Лягушка уплыла.

– Вы очень раздражительная особа, – бросила ей вслед Ракета, – и невоспитанны к тому же. Ненавижу тех, кто говорит о себе в тот момент, когда мне тоже хочется о себе поговорить. Это эгоизм – преотвратительная вещь, особенно для кого-то с моим темпераментом. Кстати, я известна своей отзывчивостью. Поэтому вы должны брать пример с меня, у вас не может быть лучшего образца для подражания. Пользуйтесь случаем, так как скоро я вернусь в королевский дворец. Я любима придворными, собственно, Принц и Принцесса вчера в мою честь повенчались. Конечно, вы провинциалка и ничего в этом не понимаете.

– Бесполезно говорить с ней, – заметила Стрекоза, сидевшая на верхушке камыша, – совершенно бесполезно, потому что Лягушка уплыла.

– Ну что ж, ей же хуже, – ответила Ракета. – Я не намерена молчать только из-за того, что она не обращает на меня никакого внимания. Я люблю слушать, как сама говорю. Это для меня величайшее удовольствие. Я часто веду длинные беседы сама с собой и так блистаю умом, что иногда не понимаю ни слова из того, что говорю.

– В таком случае вы должны читать лекции по философии, – заметила Стрекоза.

И она распустила пару чудесных прозрачных крылышек и вспорхнула с камыша.

– Как глупо с её стороны улететь! – сказала Ракета. – Уверена, не часто Стрекозе предоставляется случай усовершенствовать ум. Но мне всё равно. Гений, подобный мне, будет оценён в своё время.

И Ракета ещё глубже увязла в грязи.

Спустя некоторое время к ней подплыла белая Утка. У птицы были жёлтые перепончатые лапки, и она считалась выдающейся красавицей благодаря переваливающейся походке.

– Кря-кря-кря! – сказала она. – Какая у вас странная фигура. Позвольте спросить, вы родились такой или это результат несчастного случая?

– Совершенно очевидно, что вы живёте в деревне, – ответила Ракета, – иначе вы знали бы, кто я. Но так и быть, извиняю вас за невежество. Несправедливо ожидать, что другие так же замечательны, как я. Вы удивитесь, услышав, что я умею взлетать к небесам и спускаться затем на землю в вихре золотого дождя.

– Я невысокого мнения об этом умении, – ответила Утка, – так как не вижу, какая от этого польза. Вот если бы вы умели пахать поле, как вол, или возить телегу, как лошадь, или сторожить овец, как овчарка, – это ещё кое-что значило бы.

– Милая моя, – воскликнула Ракета надменным голосом, – я вижу, вы принадлежите к низшему сословию. Особа в моём положении никогда не бывает полезной. Я обладаю некоторыми талантами – и этого более чем достаточно. Я не сочувствую никакому виду труда, по крайней мере, тем, что вы перечислили. Более того, я всегда считала, что тяжёлый труд – спасение для людей, которым нечего делать.

– Ну что ж, – ответила Утка, которая была миролюбива и ни с кем никогда не ссорилась, – у каждого свои взгляды. Во всяком случае, я надеюсь, что вы поселитесь здесь.

– О нет! – воскликнула Ракета. – Я только гостья. Я нахожу, что здесь неимоверно скучно. Общества нет, но и в одиночестве тоже нельзя побыть. Право, настоящее захолустье. Вероятно, я вернусь во дворец, так как знаю, что мне суждено произвести сенсацию.

– Я и сама когда-то думала посвятить себя общественной жизни, – сказала Утка. – Так много вещей нуждается в преобразовании. Недавно я была председателем одного собрания, на котором вынесли ряд замечаний, осуждающих всё, что нам не нравится. Но почему-то это не произвело никакого впечатления. Теперь я интересуюсь только домашними делами и своим семейством.

– Я создана для общественной жизни, – заметила Ракета, – так же как и все мои родственники, даже самые скромные. Где бы мы ни появлялись, мы всегда привлекаем всеобщее внимание. Я ещё не появлялась в обществе, но когда это сделаю, то обязательно произведу фурор. Что касается домашних дел, они быстро старят и отвлекают от возвышенных мыслей.

– Ах! Возвышенные мысли – это прекрасно! – произнесла Утка. – Это напомнило мне, что я голодна.

И она поплыла вниз по течению, повторяя: «Кря-кря-кря».

– Вернитесь! Вернитесь! – закричала Ракета. – Мне нужно многое вам рассказать.

Но Утка не обратила на её возгласы никакого внимания.

– Я рада, что она уплыла, – разочарованно произнесла Ракета, – она, безусловно, мещанка!

И Ракета глубже погрузилась в грязь, размышляя об одиночестве гениев. Вдруг к канаве выбежали два маленьких мальчика в белых рубашках, с хворостом и котелком в руках.

– Вот это точно делегация, – заявила Ракета и постаралась принять важный вид.