Чтение онлайн

– Провидит он, судари и сударушки! От блаженного человека ничего не скроется! Примчался ко мне, сердечный, среди ночи, растолкал и за руку тянет, а сам по-своему что-то лопочет! Отправилась я, конечно, за ним, знаю, что по пустякам не станет среди ночи тревожить, верно, что-то серьезное стряслось! Привел меня к кулибинскому дому Захарушка и показывает: иди, мол, погляди! А сам за калитку ни шагу, уперся - и все тут! Пришлось силком его тянуть! А как приблизились к дому - батюшки светы!
– своими глазами увидела, своими ушами услышала, как нечисть поганая шабаш свой справляет!

– Черные, черные, - забормотал Захарка, - прыгают, прыгают, кол-семикол, о полицу лбом!

– Что там было, - перевела Феклуша, - передать невозможно! Стекла в окнах дрожали, дверь ходуном ходила от дьявольской той музыки! Полная луна вчера народилась - вот и разгулялись бесы вовсю! Половицы даже скрипели, видно, захмелела нечисть и вприсядку пустилась! Заглянула я в окошко свят, свят, свят!
– кого там только нет: и лешие, и домовые, и кикиморы с русалками, и упыри, и вурдалаки! И у каждого огонек на спине, чтобы друг с другом не столкнулись! Захарушка тоже к окошку приник, так его невидимый кто-то в грудь толкнул, он упал, болезный, и о землю головой расшибся! Бросились мы с ним бежать, а у калитки уже стража выставлена, два страшных черных ефиопа! Закричали мы с ним, испугавшись, стали творить молитву, ею только и спаслись!

В толпе ахали, качали головами, сочувственно поддакивали страннице. Мы с Петром переглянулись, и он пожал плечами, удивляясь, как можно из ничего составить такую нелепицу. Особенно нас позабавило то, как легко мы превратились в черных ефиопов.

– А не прикстилось ли все это тебе, странница Фекла?
– раздался вдруг за нашими спинами насмешливый молодой голос - Ночь ведь темная была да ветер сильный.

Я обернулся вместе со всеми и увидел высокого статного ремесленника в кожаном фартуке, с длинными волосами, подвязанными сыромятным ремешком.

– Какое там прикстилось, - живо затараторила Феклуша, - какое там! Присягнуть готова, что нечисто в том доме. Да и святой человек Захарушка ошибиться не мог!

– Святой истинный крест, - тоненьким голоском запел юродивый, вознесу до небес!

– Все слышали?
– застучала клюкой о землю Феклуша.
– Захарушка каждое мое слово подтверждает!

– Странно, - пожал плечами мастеровой.
– Семь лет уже слышу я разговоры, что Кулибин - чернокнижник и колдун, однако ни разу ничем они не подтвердились. А тут вдруг в одну минуту вся нечисть у него в доме собралась!

– Ты, сударь, - обиженно поджала тонкие губы странница, - верно, в ремесленной слободе за рекой живешь?

– Там, - подтвердил мастеровой, - в Кунавино. Кузнец я, поделки свои на базар привез.

– То-то и оно, в Кунавино!
– подхватила Фекла.
– Разве можно разглядеть что-нибудь оттудова?

– Очень даже можно, - стоял на своем кузнец.
– Валы я для его водоходной машины отковывал и убедился, что он никакой не колдун, а всем мастерам мастер!

– Бес ему помогает иных легковерных в соблазн вводить! Вот и ты, кузнец, поддался! А знаешь ли ты, что с помощью своей машины антихристовой измыслил механик бурлаков извести?

– Как это?

– Очень просто! Бес его надоумил колеса мельничные на расшиву поставить! Сам их крутит - бурлаков и не нужно!

– Не бес колеса крутит, а речное стремление!
– не выдержал Петр.

– Ишь, еще один умник выискался!
– накинулась на него Феклуша.
– А ты на мельнице-то бывал хоть раз? Колеса тогда лишь крутятся, когда вода на них сверху падает! Так испокон века повелось! А в воде без посторонней помощи они и с места не сдвинутся!
– И снова повернулась к кузнецу: - А то, что свет у механика семь лет ночами горел в его доме, это как? Из Кунавино небось не видно было? То механик золото из камней добывал по примеру колдунов немецких, чтоб с тобой за работу расплачиваться! Рожь в прошлом году по чьей милости не уродилась? Скот нынче весной у нас отчего пал? Тоже механик подстроил, чтобы с судовщиками поквитаться, которые от машины его отказались, разгадав бесовские козни!..

– Наговоры и бабьи сплетни!
– пожал плечами кунавинец.
– А про месть судовщикам - и вовсе несуразица! Не только ведь у них рожь не уродилась и скот пал!

– Бес хитер, сразу себя не выдаст! Вместе с судовщиками других он наказал для маскировки! А как нечистая сила, осторожность позабыв, в кулибинском доме поселилась, все то наружу и всплыло!

– Насчет нечистой силы тоже еще доказать надо!

– А тут и доказывать нечего! Кто мне с Захарушкой не верит, нынче же ночью может убедиться, что сущую правду говорим!

– Верим вам, Феклуша, верим! Сказывай дальше!
– раздались голоса в толпе.

– Мели, Емеля, твоя неделя!
– в сердцах воскликнул кунавинец и отошел прочь.

– А еще, судари и сударушки, - продолжала Фекла, - слышала я, механик с новыми еретиками, отступниками от веры, связан! Масоны они прозываются, а по-русски сказать - "вольные каменщики". Из европейских стран к нам проникли. И строят они не дома и не храмы, а прибежище дьяволу в душах людских! Ловят в свои хитросплетенные сети заблудшие души, молятся скелетам да черепам! И не только против веры идут они! Своим идолищам всех стремятся подчинить! Кулибина, говорят, за связи с ними в Петербурге разоблачили и к нам выслали!

– Неправда!
– вырвалось у Пятерикова.
– Иван Петрович сам пожелал на родину вернуться, чтобы водоходную машину на Волге построить!

– Что-то не слышала я, - злобно зашипела странница, - чтобы столицу по своей воле на такую глухомань, как наша, меняли! Просто царь наш батюшка, Александр Первый, милостив и человеколюбив. Не стал он механика по его вине в Сибирь на каторгу отправлять!

С досады, что не может ответить страннице по-настоящему, Петр тряхнул котомкой, и череп глухо ударился о молоток Авдея. Я сжал локоть товарища, напоминая о том, что необходимо сдерживаться.

– Ну, ничего, - продолжала странница, - недолго ему осталось у нас в свои бесовские игры играть! Отец Иннокентий обещал послезавтра, после воскресной службы, крестный ход к кулибинскому дому повести и изгнать бесов! А самому механику анафему объявят и отлучат от святой церкви!

– Егорий храбрый, - подал голос Захарка, - спасет нашу скотинку от волка хищного, медведя лютого, зверя лукавого!

– Поглядим еще, на чьей стороне будет правда!
– шепнул мне Пятериков.

Не сговариваясь, мы выскользнули из толпы. Невдалеке от паперти нас ожидал кунавинский кузнец.

– Не выдержали?
– усмехнулся он.
– Так я и думал, что не все страннице станут послушно внимать! Как-то надо, ребята, ее околесице отпор дать, защитить механика от клеветы!

– Не волнуйся, - успокоил его Петр.
– Мы друзья Кулибина и о том позаботимся! Нынче же, после вечерней службы, приходи к дому Кулибина и убедишься, что от выдумки с нечистой силой не останется и следа!

– В случае чего, - предложил кузнец, - мной располагайте, ребята! Андрей Трофимов меня зовут. В Кунавино Кулибина, почитай, все уважают. Мы его в обиду не дадим, дружно на защиту встанем!