Чтение онлайн

– Даже не думай! – кричит охранник, отталкивая меня к двери и от протестующего, который выкрикивает мне пожелания смерти.

Я захожу в клуб, все еще кипя от злости. Меня бесит, что отец терпит это дерьмо. Если бы он действительно заботился о своем клубе и его членах, то не допустил бы подобного дерьма.

– Что не так?

Я даже не заметил, как приблизилась Мэгги. Когда она берет меня за руку и уводит нас вправо, прочь от толпы, то ясно понимает: что-то не так. Мы останавливаемся перед небольшим магазином. Здесь тише и не так много народу, так что можно поговорить.

– Снаружи гребаный парад протестующих, мимо которого всем приходится проходить, чтобы попасть внутрь.

Она закатывает глаза.

– Придурки.

– Почему вы ничего не можете с ними сделать? Пусть этот мускулистый вышибала впечатает их задницы в цемент.

– Потому что тогда они подадут в суд. Это все, чего они на самом деле хотят. Спровоцировать наш гнев, чтобы потом подать на нас в суд и выжать все до последнего цента, которого стоит это место. Мы делаем все возможное, чтобы избежать стычек с ними.

Я стискиваю зубы. Этого явно недостаточно.

– Я не работаю в клубе. Не вижу причин, почему я не могу дать этим ублюдкам ровно то, что они заслуживают.

Она хватает меня за воротник и притягивает ближе.

– Ты обещал, помнишь?

Я сокрушенно опускаю плечи, вспоминая, как несколько недель назад дал ей слово, что не буду связываться с этими придурками.

– Помню. Я не буду.

– Лучше не надо, Бо. Я серьезно.

Улыбка приподнимает уголок моего рта.

– Ты такая хорошенькая, когда командуешь.

Ее рука скользит от моего воротника вниз и крепко сжимает мой член и мошонку.

– Не испытывай меня, сопляк.

Я заставляю ее пятиться, пока мы не упираемся в стеклянную стойку магазина.

– Обожаю испытывать тебя.

– Я сделаю тебе очень больно, – отвечает она томным, сексуальным тоном.

– Обещания, обещания.

– Мне помочь вам что-нибудь найти?

Незнакомый голос отрывает нас друг от друга, и я переключаю внимание на женщину за прилавком. Должно быть, это продавщица, и она смотрит прямо на меня. Хотя я ее не знаю, а она, вероятно, не знает меня, мне все равно становится немного не по себе. Я быстро опускаю взгляд на товары в витрине.

– Нет, спасибо. Просто просматриваем.

– Хорошо. Дайте мне знать, если я смогу ответить на ваши вопросы.

– Спасибо, – бормочу я, и она уходит. Я бросаю взгляд на Мэгги. Она тоже глядит прямо на витрину, и мы одновременно тихо смеемся.

Затем мой взгляд приобретает фокус, и я рассматриваю выставленные товары.

– Эй, я это узнаю, – тихо говорю я, указывая на черную силиконовую пробку.

Мэгги смеется.

– Еще бы! Я заставила тебя ходить с ней восемь часов.

– У них есть розовая, – отвечаю я, указывая на ту, что лежит рядом.

– Я смотрела вот на это, – говорит Мэгги.

Я прослеживаю ее взгляд до манекена и застываю, как вкопанный. А все из-за того, что надето на нем. Это черная кожаная сбруя вокруг бедер с маленьким черным ребристым дилдо, прикрепленным спереди.

– На фига нам это нужно? – спрашиваю я со смехом. – У меня уже есть член.

Она кусает губу и в упор смотрит на меня.

– Да, но у меня его нет.

Моя улыбка гаснет, а глаза бегают туда-сюда от страпона к ней и обратно. Прежде чем я успеваю ответить, она разражается смехом.

– Твое лицо. Бо, расслабься. Я шучу.

Сильно в этом сомневаюсь. Я даже не уверен, как мне на это реагировать. Такое никогда не приходило мне в голову, и боюсь, в данный момент мне этого просто не переварить. Поэтому я, ущипнув ее за талию, выдавливаю улыбку, и мы, глядя вниз, движемся через остальную часть магазина подальше от продавца.

Мы просматриваем другие игрушки, включая несколько вибраторов, которые я бы с удовольствием использовал на ней, и эротичное нижнее белье. Я бы отдал правую руку, чтобы увидеть ее в нем.

Мы доходим до витрины с кожаными ошейниками, и мой взгляд задерживается. Видя, что Мэгги идет дальше, я хватаю ее за руку и заставляю остановиться. Я много читал об ошейниках на сайтах, которые она мне дала. Что они означают для саба и как некоторые люди выражают свои чувства, надевая их для своей Домины.

Я точно знаю, почему она не купила мне ошейник. Мне неприятно это вспоминать, но у того, что есть между нами, имеется срок годности, и он быстро приближается. Всего через неделю после свадьбы моего отца между нами все закончится, и Мэгги уедет.

– Комната готова, – шепчет она, пока я таращусь на простые черные ошейники.

Она оттаскивает меня, и на этот раз я не сопротивляюсь. Я так увлекся вещами, которые мы видели в магазине, что многого не замечаю вокруг. Наконец, мы стоим вместе в одной из комнат, и Мэгги снимает маску.

– Ты весь напряжен. Все хорошо?

Она проводит руками по моей груди и, обхватив за шею, притягивает мой рот к своему. Я киваю.

– Да. Я в порядке.

После быстрого поцелуя я поднимаю взгляд, чтобы осмотреть комнату. Зрелище довольно пугающее. Наручники на стене, шлепалки, плети и другие зловещего вида вещи, и все это выставлено на обозрение. На кровати и скамейке вдоль стены есть даже ограничительные ремни.

Когда я оборачиваюсь, Мэгги уже сняла свой черный шелковый халат, и я замираю на месте, когда вижу, что на ней надето.

– Охренеть! – растерянно бормочу я.

Ее сиськи выпирают из черного корсета. Тот затянут вокруг ее талии так туго, что придает полной фигуре форму песочных часов. Под корсетом на ней черные кружевные трусики с маленькими застежками, которые поддерживают чулки. На ногах – туфли на шпильках. Я бы с радостью разрешил ей наступить в них мне на лицо. И все равно сказал бы спасибо.

Не говоря ни слова, я опускаюсь перед ней на колени. Она закусывает губу, пытаясь сдержать улыбку, а я просто в изумлении смотрю на нее.

Передо мной женщина моей мечты. Я никогда не знал этого до сих пор, но я в буквальном смысле не мог представить ничего сексуальнее, чем то, что предстало передо мной в эту секунду.

– Мэгги, ты выглядишь… сногсшибательно.

Она подходит ко мне. Ее каблуки цокают по полу, и мой член тотчас предательски дергается в штанах.

– Я рада, что тебе нравится, – она проводит рукой по моим волосам, запрокидывает мне голову назад, затем наклоняется и целует меня в губы. – Трусики без промежности, – шепчет она мне в губы, и я в ответ издаю сдавленный рык. Мой член уже твердый, как камень, а ночь только началась.