Чтение онлайн

– Может статься, – в голосе Нолана сквозил холод, – ты уже стал орудием этих машин. Если так, мы не можем позволить тебе остаться среди нас.

В его голосе звучала нескрываемая враждебность. Нолан и другие были настроены решительнее, чем Деклай, и Тревис забеспокоился. Семья и клан значили для него очень много. Если он сейчас сделает неверный шаг, его изгонят из клана, и он как апач будет пропащим человеком. История апачей знала таких изгоев. Например, был Кид, Козленок, который убивал – и убивал не только белых, но и своих сородичей. Такие изгои вели жизнь волков, прячась в холмах. Тревиса это пугало. То вверх по лестнице цивилизации, то вниз… почему же он никак не успокоится?

– Послушай, – Джил-Ли с перевязанным боком подошел ближе, – скажи мне, младший брат, что ты хочешь найти в этих башнях?

– На других планетах в них были спрятаны секреты древних. Может, и здесь можно найти что-то подобное.

– И среди этих секретов, – сухо заговорил Нолан, – нашлись такие, которые привели нас сюда, не так ли?

– А разве вас кто-то заставлял лететь к звездам? Тебя, Цоай? Или тебя, Джил-Ли? Вас предупреждали о последствиях, и вы согласились. Вы все добровольцы!

– Однако про это путешествие нам никто ничего не сказал, – ответил Джил-Ли. – Знаешь, Нолан, я думаю, что младший брат ищет вовсе не те пленки, которые привели нас сюда. Они нам теперь без надобности. Звездолет больше не взлетит. Так что же ты ищешь?

– Знания, а может, оружие. Вдруг машинам русских можно противостоять? Ведь многое из того, что у них есть, они в свое время украли из звездолетов. От любого оружия есть защита.

Впервые за все время на лице Нолана появилось выражение заинтересованности.

– Против лука – винтовка, – задумчиво начал он, – против винтовки – пулемет, против пушки – бомба. Защита может быть гораздо страшнее, чем само оружие. Неужели ты думаешь, что в этих башнях есть оружие, которое превзойдет машины русских? А вдруг оно окажется еще более ужасным?

Тревис почувствовал вдохновение.

– Разве наш народ не сменил луки на винтовки в борьбе с Голубыми Мундирами?

– Но мы же не собираемся воевать с русскими! – запротестовал Льюп.

– Сейчас нет. А если они пересекут горы, используя монголов в качестве воинов?

– Но если ты веришь, что найдешь в башнях оружие, ты должен знать, как его использовать, – возразил Джил-Ли, – где ты возьмешь это знание, младший брат?

– Я не утверждаю, что знаю абсолютно все, – возразил Тревис, – но я учился на археолога и бывал на других планетах. У кого еще среди нас есть такой опыт?

– Твоя правда, – согласился Джил-Ли, – в этих поисках действительно есть смысл. Стоит русским первыми обнаружат оружие, конечно, если оно действительно существует, и у нас не останется шансов.

– Ты отправишься к башням прямо сейчас? – поинтересовался Нолан.

– Я пойду напрямик и присоединюсь к вам за перевалом.

Жажда действия до того переполняла Тревиса, что он готов был мчаться, не разбирая дороги, и очень удивился, когда Джил-Ли остановил его.

– Берегись, младший брат! Эта задача не из легких. Один неверный шаг, и возврата не будет.

– Мы один день подождем тебя за перевалом, – добавил Нолан, – но потом мы тебе не помощники.

Тревис не очень понял, что это – предостережение или угроза. И тронулся в путь.

Глава двенадцатая

Тревис выбрал прямой путь через высоты. Однако он шел не настолько быстро, чтобы выйти к долине до наступления ночи. Ему вовсе не улыбалось войти туда при лунном свете. В нем боролись два желания. С одной стороны, ему очень хотелось поскорее забраться в башни и разгадать их секрет. Но в то же время в нем рос страх. Древние суеверия, воскрешенные редаксом, соседствовали в нем с современными знаниями, полученными в мире пинда-лик-о-йи. Одна его половина была смелым апачем из прошлого, а другая – современным археологом, жадным до знаний. А может, причиной его страха было что-то другое?

Тревис, притаившись в ложбине, пытался разобраться в своих ощущениях. Почему для него вдруг стало так важно обследовать эти башни? Если бы только койоты были с ним… Он прислушивался к малейшему шороху, принюхивался к каждому запаху, доносимому ветром. Ночь жила собственной жизнью, впрочем, как и день. Тревис узнавал лишь некоторые звуки, а видел и того меньше. Вдруг на фоне золотисто-зеленого диска одной из лун показалась огромная тень с широкими крыльями. Тень была такая большая, что Тревису на мгновение почудилось – вертолет. Но крылья захлопали, и существо слилось с темнотой ночи. Этот ночной охотник представлял реальную и очень серьезную опасность. Такого Тревис еще никогда не видел.

Теперь Тревис мог полагаться только на себя и свое охотничье чутье. Он забросал единственный подход к ложбине хрупкими прутьями. Их хруст предупредил бы его о приближении незваного гостя. Затем, поджав колени и положив голову на руки, апач задремал. Однако холод так пробрал его, что он страшно обрадовался, увидев небо, окрашенное первыми лучами рассвета. Тревис съел скудный паек, запил водой и отправился в путь.

Когда солнце было уже высоко, апач достиг водопада. Чем ближе Тревис подходил к долине, тем быстрее шел, иногда переходя на бег. Однако перед входом в долину в Тревисе заговорила природная осторожность, и он намеренно замедлил шаг. Он добрался до арки и окунулся в золотистый туман, окружавший башни.

С тех пор как он побывал здесь с Кайдессой, в долине ничто не изменилось. Но появились Наликидью и Нагинлта. Нехотя поднявшись с желто-зеленой брусчатки, они потрусили навстречу Тревису, не выказывая ни малейшего удивления, словно расстались с ним час назад.

Апач опустился на одно колено и протянул руку к самке, которая всегда была более дружелюбна. Та сделала несколько шагов и, ткнувшись холодным носом в ладонь Тревиса, тихо заскулила.

«Почему?» Но это был лишь один вопрос из многих, возникших у Тревиса. Почему койоты покинули его? Почему предпочли это место, хотя тут не на кого было охотиться? Почему встретили его здесь, словно точно знали, что он вернется?

Тревис перевел взгляд с животных на башни и окна, опоясывавшие стены. И вновь ему почудилось, что за ним следят. Туман был настолько густым, что соглядатай легко мог остаться незамеченным. Апач медленно вошел в долину. Его мокасины бесшумно ступали по каменной дороге, лишь стук коготков койотов раздавался в тишине. Лучи солнца сюда не проникали, вместо этого Тревиса обступил густой золотистый туман. Тревису казалось, что он окутывает его, словно кокон. Даже арка, ведущая в долину, исчезла в этой пелене.