Чтение онлайн

знаете, что говорите, - за это вас, сынов непокорных, покарает гнев Божий.

Ваш государь считает, что мы проливаем с вами кровь поневоле; но мы со

времен прародителей - верные царские советники, издавна честно служим

его царскому величеству и далее будем с охотой служить ему: по велению

его царского величества мы с радостью будем добывать его исконные

вотчины, доставшиеся вашим государям, благодаря их изменническим

поступкам и несчастиям предков нашего государя. Писал ты об Андрее

Курбском, такой же собаке, как ты сам, что ваш государь оказал ему

милость и почет; но если бы ваш государь не обладал младенческим

разумом, он не послушал бы вашего нелепого совета и не награждал бы,

стремясь к кровопролитию, мошенническим образом такого изменника.

Нечего удивляться, что он, изменив своему государю и бежав от виселицы,

пришел к вашему слабоумному государю! Ты же, неблагородный человек,

не зная его, хвалишь. Ты же сам писал, что наш род великий и

благородный, - так подобает ли нам, послушавшись тебя, собаки,

последовать твоему изменническому примеру и стать изменником? Мы же

от царского величества получаем милости и почести и сохраняем вотчину,

437

соответствующую нашему достоинству, а к тому же еще по милости

царского величества мы получили ту часть нашей вотчины, которая прежде

была в запустении, и ныне ею владеем.

Если же ваш государь хочет с нами братства и дружбы, пусть он сделает

так, как мы написали ему в своей грамоте. Не подобает нам, знатному роду,

быть изменниками и захватывать для себя вотчины нашего государя, как

твой племянник Янко ( Як же племянник твой Янко.
– Речь идет о Яне Яромировлче

Ходкевиче - администраторе Ливонии и адресате приведенного выше послания царя,

написанного в 1577 г. (стр. 205 - 207; о контрасте между характеристикой Яна

Ходкевнча в комментируемом послании и в послании 1577 г. см. выше, стр. 506).),

который пытался с помощью кровопролития занять Ливонскую землю, но

Бог-сотворитель не дал осуществиться его бесовским козням. С бесовской

хитростью ты писал, бешеная собака, что мы были наказаны царем из

зависти к нашей вотчине, но в действительности это вы охвачены завистью

и злобой, если, будучи подданными, смеете равняться с государями; отец

же наш Иван Михайлович скончался по Божьей воле, а не насильственной

смертью; мы же были наказаны царем за некое прегрешение, а теперь

опять по милости его царского величества находимся в почете. А если ваш

государь хочет восстановить наши владения, то пусть восстановит так, как

мы писали ему в своей грамоте, а иначе нам не подобает. А что этот наш

прислужник сказал вам, налгав, как собака, что дед его был первейший

человек нашего отца, то эта нелепость нам оскорбительна. Если же он

вашему государю верный слуга, а вам милый приятель, так ведь у нас

много таких холопов за стадами ходят, и если у вас народ плох и вам

нужны люди, так вы и этих наших пастухов возьмите к себе и определите

вашему государю в верные слуги, а себе - в милые приятели: как

христиане, мы вам в этом не воспрепятствуем. А иначе, чем мы писали

вашему государю, а своему брату, нам не подобает соглашаться на

братскую дружбу с вашим государем. Ты просишь нас помнить твою

любовь, но нам, княжатам, не подобает с вами, мужиками, быть в братстве;

если же ты хочешь милости с нашей стороны, то можешь послать к нам в

услужение своих сыновей, о которых ты писал, - Андрея и Александра, и

мы окажем им те милости, какие они заслужат. Это наставление мы

посылаем к тебе с тем же нашим холопом, верным слугой вашего государя

и вашим приятелем. А твоей безбожной душе как можно верить? Ведь если

человек оставил Бога и истинную веру, станет ли его душа заботиться о

клятве? Не подобает в таком почтенном возрасте, как твой, обучать своего

государя мошенничеству; а тому, кто является с таким злым делом, не грех

и воздать за его безумие.

Написана в Москве, городе его царского величества в 7075 году, в 20-й

день июля [20 июля 1567 г.].

438

ПОСЛАНИЕ СИГИЗМУНДУ II АВГУСТУ ОТ ИМЕНИ

И. П. ФЕДОРОВА (1567)

От боярина совета его царского величества Божьей [следует

перечисление атрибутов] милостью царя и великого князя Ивана

Васильевича всея Руси [следует полный титул], воеводы Полоцкого и

наместника Ярославского Ивана Петровича Федоровича великому

государю Сигизмунду-Августу, Божьей милостью королю Польскому и

великому князю Литовскому [следует полный титул].

Прислал ты к нам свою государеву грамоту с бывшим прислужником

наших собратьев по государевой раде, князей Воротынских, и мы эту

грамоту прочли и хорошо поняли. Но подобает ли тебе, такому великому

государю, подлым и мошенническим образом рассылать такие нелепицы и

подписывать их своей рукой? Ведь я же, государь, уже старый человек,

немного мне жить осталось; когда изменю своему государю и оскверню

свою душу, ходить у тебя с войском уже не смогу, водить тебе девок в

спальню - ноги тоже не служат, а потешать тебя на старости лет

скоморошеством не обучен, - на что же мне твое государево предложение?

Что тебе нужно от моей старости? Послал бы ты лучше это письмо каким-

нибудь подлецам, достойным твоего подлого письма (Ивана Петровича

Федоровича...твое лотровское письмо. - И. П. Федоров, обычно именуемый в