Чтение онлайн

— Нет. Я тебя не разыгрываю, — сказал Голд, — Там. Я видел лошадь.

— Ладно… — наконец поверила жена. — Наверное, эта та лошадь, что живёт здесь.

— Наверное…

Вскоре лошадь снова появилась, но уже другая, не такая белая, скорее грязно-серая, и её видел уже не только он.

– Ой! И правда лошадь! — воскликнула Белль. — Надо завести её сюда!

— Белль…

Он попытался её остановить, но не смог. Она нашла верёвку, выскочила под дождь к животному и очень скоро завела коня в конюшню и вернула в стойло.

— Бедняга, — проворковала Белль, поглаживая коня по широкой шее. — Совсем промок.

Она сама промокла гораздо сильнее.

— Как и ты, — проворчал Голд. — Сними-ка свой свитер и жакет.

— Но…

— Конь подождёт! Давай!

Она послушалась, сняла свою одежду и неохотно надела предложенные им рубашку и пиджак, поинтересовавшись, не замёрзнет ли он в одной майке. Он только покачал головой. Ему было холодно, но не так холодно, как ей. Мокрую одежду они развесили на деревянных балках, а затем вытерли коня тряпьём, которое им удалось отыскать в маленькой тесной кладовке. К сожалению, больше ничего полезного им обнаружить не удалось. Вскоре дождь сошёл на нет, но они всё медлили, не решаясь выйти наружу, и это промедление стоило им встречи.

— Здравствуйте! Вижу, вы нашли моего красавца?

В конюшню заглянула женщина в рабочих штанах из грубой ткани, в водонепроницаемой куртке, которые используют любители ходить под парусом, и в высоких резиновых сапогах. Она была очень старой и напоминала черепаху. Лицо её было испещрено морщинами, длинные волосы, собранные в хвост, цветом напоминали паутину, тонкие губы, густые брови, которые так и норовили срастись на переносице, кожа была тонкой, бледной и прозрачной, и из-под неё выпирали серые вены, словно корни деревьев из-под земли. Невзирая на несколько отталкивающую пугающую внешность, было в ней нечто необъяснимо притягательное, обаятельное и внушающее доверие. Она сказала, что её зовут Клодетт Дюкре, и попросила называть её просто Кло. Румпель и Белль объяснили ей, как оказались на её ферме, и она пригласила их к себе, предложила высушить одежду, поужинать с ней и выпить по чашечке кофе с коньяком.

— У меня есть бутылка отличного коньяка! — похвасталась Кло и неожиданно звонко рассмеялась. — На чём-на чём, а на этом Анри, муж мой, никогда не экономил. Земля ему пухом, чёрту старому!

Она ещё не раз упоминала своего мужа Анри и вообще была довольно словоохотлива, как человек общительный, но, по тем или иным причинам, лишённый возможности с кем-то поговорить. Её интересовало всё на свете и ничего конкретно, поэтому она задавала вопросы, получала подходящий ей ответ и меняла тему, порой добавляя к сказанному свои довольно абсурдные рассуждения. Это могло бы разозлить любого, но глядя на неё, злиться не хотелось, потому что она была уже слишком стара, чтобы меняться, и слишком одинока. Голд подумал, что он ведь намного старше её, и в то же время нет. Он подумал, что за свою не такую уж и долгую жизнь она провела с пользой больше дней, чем он, и от этого ему снова стало грустно.

Кло угостила их рагу из овощей, которые вырастила сама, много рассказывала о ферме, ругалась на туристов, которые постоянно шастали по округе, опустив тот факт, что её гости были точно такими же туристами.

— Так вы из Нью-Йорка? — спросила Кло, вдоволь наговорившись.

— Да, всё так, — улыбнулся Голд.

— Большой город. Я бы не смогла жить в таком большом городе, — протянула она. — Когда-то я жила в Бордо. Преподавала в школе.

— А что преподавали? — поинтересовалась Белль и тут же пожалела об этом.

Кло тут же загорелась и начала рассказывать о том, как преподавала в школе биологию, потом о том как она переехала на ферму после смерти отца и двадцать лет занималась лошадьми.

— У вас их много?

— Было много. А теперь остался только Алсвид, но и его скоро продам, — проворчала старая женщина. — Он постоянно убегает, а сил играть с ним в догонялки у меня больше нет. Оно и немудрено! Мне уже как-никак девяносто два года!

— А вам столько не дашь, — искренне удивилась Белль.

— Спасибо, милая, — тепло улыбнулась Кло. — Давно путешествуете?

— Мы, по правде, редко выбираемся, — осторожно ответил Голд. — Иногда приезжаем в Париж.

— А зря! Чего глазеть на один Париж, когда целый мир открыт?! — разразилась она всё тем же странно звонким смехом. — Путешествуйте, пока молоды. Проверю, высохла ли ваша одежда.

Она прытко убежала и оставила их наедине друг с другом и парой собак, лениво развалившихся в столовой перед камином.

— Уже восемь, — сообщил Голд. — Пора бы ехать…

— Пора, — усмехнулась Белль. — Надо придумать, как с ней вежливо попрощаться.

— Лучше всего прямо.

Так они и сделали, когда Кло вернулась с их одеждой, и, к их удивлению, она ни капли не расстроилась и даже сама предложила отвезти их в город.

— Мы бы не хотели вас утруждать… — смущённо начала Белль.

— Что вы, милая! — отмахнулась Кло. — Я только рада прокатиться. Тут ехать каких-то полчаса! Я не приму отказа.

Им ничего не оставалось кроме как согласиться, и уже через час они оказались у входа в отель, а Клодетт Дюкре исчезла из их жизни так же стремительно, как и появилась.

— Это было необычное приключение, — поделилась впечатлениями Белль, когда они уже поднялись в свой номер. — И я никогда не пожалею, что мы сюда выбрались.

Но вышло так, что она пожалела о поездке через несколько минут после этих слов, потому что прослушала сообщение, которое им оставил Крис. Она дала послушать его и Голду.

— Привет, мам. Я всё не мог до вас дозвониться. Кое-что случилось тут… — сказал Крис. — В общем, я, вероятно, что-то сделал, и меня задержала полиция. Мне жаль отвлекать вас, но если бы вы могли забрать меня отсюда, то был бы очень вам благодарен. Спасибо. Надеюсь, вы скоро прослушаете это сообщение. Спасибо.

Далее он сообщил адрес участка и контактные данные его надзирателя. Естественно, они тут же позвонили и Крису, и в участок. Крис не взял трубку, а полицейские не сказали им абсолютно ничего конкретного.

— Что? Как? — запаниковала Белль. — Что теперь?

— Без понятия, — напряжённо сказал Голд. — Нам нужно срочно вернуться в Париж.

Их самолёт вылетал утром, но ждать до утра они не могли. Билетов на другие ближайшие рейсы не оказалось, и потому они поехали на автобусе. Восемь часов в душном автобусе со сломанным кондиционером и закрытыми окнами.

— Да что он натворил?! — Белль продолжала психовать.

— Мелкое хулиганство? — спокойным тоном предположил Голд и решил пошутить, чтобы как-то её отвлечь: — В любом случае он в безопасности.

— Это не смешно, Румпель!

— Я просто попытался разрядить обстановку.

— У тебя не вышло!

— Успокойся. Это же Крис!

— Именно! Это Крис! Это не Коль, не Альберт и даже не Адам! Мы не должны были ехать…

— Мы там, где и должны быть, — устало возразил он. — Мы должны были дать ему этот шанс.