Последний из медоваров
Шрифт:
Ха, я еще не так стара, чтоб мой сын был подростком...
Тэм снова усмехнулся и взъерошил меня по волосам. Я возмущенно скинула его руку и привела последний аргумент.
– Я... никогда не играла роль жены. Вряд ли у меня... получится.
– Милая, я тоже не играл ни ролей, ни песен. Не считал бы возможным - не предлагал бы.
Когда он успел всю мою волю подмять под себя, а?
*** Рони
Все же, это правда: Джон нам всем наврал. Хуже того - он наврал в лицо мне... Делалось обидно до смерти. А еще, получается, из любви Френ ничего не выйдет!
– Малявка, что такая хмурая?
– спросил Терри, приваливаясь рядом со мной к спине Адара.
Мы его шерсть чистили-чистили, а она все еще в подтеках. Я не говорю про свое лицо... Мама твердила, что надо умываться как следует. А тут... до воды не дотянуться за бортом. Хотя она удивительно красивого лазурного цвета.
Я пожала плечами.
– Джон наврал, - сообщила я.
– Я тоже удивился, - кивнул Терри и посмотрел в сторону Джона и дяди Тэма. Они прямо очень мило болтали.
Мне стало интересно и я всмотрелась: вот и объяснение, почему Джон был похож то на фейри, то на лилию.
– Ее зовут Джен, - сказал Терри.
– И да, она здесь из-за пастуха. Или он из-за нее... Не знаю. Нас крепко надули, малявка.
– Не малявка я!
– рассердилась я и отпихнула противного мальчишку.
– Когда запомнишь!
– А будешь брыкаться, так я тебе про Соуни Бина рассказывать буду на ночь, - состроил он рожу.
– А кто такой Соуни Бин?
– поинтересовался... то есть, поинтересовалась Джен, подсаживаясь к нам.
Дядя Тэм присел рядом с ней и достал для всех нас кусок черствого хлеба.
– Горячий завтрак будет в деревне, - кивнул он на берег, разламывая краюшку на куски.
– Вы не знаете?
– вдруг чему-то обрадовался Терри.
– Тэм, ты тоже?
– О чем речь?
Наверное, Френ увидела, что тут дают еду, вот и пришла. Вообще-то, она с утра объявила нам, что "вертихвостку" больше и знать не желает. Как я ее понимаю. Хотя Джен... как мисс - краше.
– Такая легенда про клан убийц...
– Терри выглядел так, словно секретный тайник нашел.
– Гэвин говорит, что ее знают в Галлоуэе... А мне отец рассказывал ее как сказку на ночь, когда я не слушался...
– Так твой отец из Галлоуэя?
– вгрызлась Джен в свой кусок хлеба.
– Я не знаю...
– покачал Терри головой, отворачиваясь. Но не выдержал: - Помнишь... ты говорил...ла, что Барнз с ним что-то не поделил?
Джен кивнула.
– Так говорили.
– Я никогда о Барнзе не слышал... Вдруг, это было здесь, в Галлоуэе?
– Это может нам пригодиться, - сказал дядя Тэм.
– Чтобы вытащить твоего отца. Поспрашиваем в деревне, может, кто знает Барнза и медовара.
Подумать только... значит, мы плывем чуть ли не домой к Терри?
Он встал, подбежал к борту и всмотрелся вперед, словно хотел обернуться горлицей и скорей прилететь туда. Мы скоро найдем его отца! У меня сердце затрепетало. Лицо Терри так и светилось.
И это все дядя Тэм и Джон. Ой, то есть, Джен.
Я посмотрела на них. Они отошли в сторону и о чем-то негромко переговаривались. Выглядели счастливыми... Дядя Тэм - словно благородный рыцарь, с которого спали чары. Вместе с бородой. И теперь он симпатичный. А Джен - как расколдованная дева озера. Ну, вообще... раз это все любовь... То я уже как-то не сержусь.
*** Тэм
На берегу я почувствовал себя почти как дома. Такой же маленький городок на морском берегу, что у нас на Побережье. Такие же горы уходят к небу. Сегодня Самайн. Хорошо бы найти пристанище на ночь - не спать же в лесу в дни безвременья. Я не суеверен, а все же это опасное время для путешествий. Разбойники не верят в духов, и не хотелось бы стать их жертвой.
К путникам народ здесь привычный, чересчур не пялились. Разве что растрепанная Джен в своем платье и короткими волосами, сжимающая одной рукой лютню за собственной спиной привлекала взгляды. Я держался рядом покровительственно. И она не возражала. От ее покорности казалось, будто и весь мир мне подвластен.
– Вот у мамаши Верды и поедим, - похлопал себя по животу Гэвин, тыча в поскрипывающую на петлях вывеску со странным названием "Зеленый узел".
– Никто в целом свете не умеет так жарить тунца.
Френ навострила уши и, фыркнув в сторону Джен при случае, проскользнула внутрь первой. Надо будет сделать ей внушение. Чтоб гусельника нашего не задирала. Та вступилась за нее в последний раз. Совершенно безумно. Если б не Джен, плыла бы Френ на землю галлов. Сейчас или весной. А не ела тунца в "Зеленом узле".
Дети уплетали рыбу за обе щеки. Я пытался просчитать в уме, надолго ли хватит монет, которые я откладывал в пояс на черные дни в свои лучшие и худшие дни.
Джен вытащила из своей сумки мой берет с пером Рони и пряжкой МакДауэллов. Помяла в руках.
– Попробую заработать, - прошептала она, будто прочла мои мысли.
– Прежде, чем продам мандолину.
– Не знаю, сможешь ли ты ее продать в рыбацкой деревне, - сказал я так же негромко.
– Хотя заработок пригодится. Я могу помочь?
Джен улыбнулась, но ничего не ответила.
Тунец, и вправду, был хорош.
– Верда, принеси-ка эля, - прокричал Гэвин. И сообщил нам: - Что у них тут еще более отменное - так это эль.
Крупная женщина с седыми волосами, подвязанными платком, бухнула перед рыбаком большую деревянную кружку с пенистым напитком.
– Когда-то у нас вообще варили фраох, Гэвин. Когда-то.
Фраох. Где я слышал это слово?
А вот Терри побелел и перегнулся через стол вперед.
– И... давно это было?
Женщина посмотрела на Терри с интересом.
– А ты откуда знаешь, что такое фраох, сынок?
– Просто... слышал. От отца.
– Напоминаешь ты мне кое-кого... Твой отец-то родом не отсюда?
– и хозяйка скользнула взглядом в мою сторону.
Медоваренок замешкался с ответом.
Я нахмурился. Терри еще ребенок, а лишние носы в нашем деле нам ни к чему.
– Вы лучше скажите, знаете ли вы офицера королевской армии по фамилии Барнз?
– взял я право голоса.
Верда вздрогнула на миг или мне показалось?..