Чтение онлайн

— Я себя так не чувствую. — Я помедлил. — Твой отец хочет, чтобы я убил сына Чарли.

Она резко остановила машину на гравии, двигатель неровно работал на холостом ходу. Теперь я мог видеть её лицо полностью в красноватой тени. Я не мог разобрать, шок или отвращение были в её глазах. Может, и то и другое. Вскоре это сменилось смесью замешательства и осознания того, что я был так же скуп на правду, как и она.

— Я не мог сказать тебе из-за безопасности операции... Я пытался бороться с этим, но не смог, крышка была полностью сорвана.

— И ещё потому, что мне стыдно. Но я всё равно должен это сделать. Я в отчаянии, так же, как и ты. — Я взглянул на простор грязных, заполненных водой выбоин, выхваченных светом фар. — Его зовут Майкл. Аарон учит его в университете.

Она обмякла на сиденье. — Шлюзы... он мне рассказывал о—»

— Вот именно, он всего на несколько лет старше Луз.

Она не ответила. Её взгляд присоединился к моему, устремлённому вперёд и застывшему на туннеле света.

— Итак, теперь тебе выпало несчастье знать всё, что знаю я. — Всё ещё никакой реакции. Настало время мне заткнуться и просто смотреть на освещённую грязь и гравий, пока машина трогалась. Затем я повернулся и посмотрел, как она поджала губы, покачала головой и поехала, как на автопилоте.

Следующие пару часов, пока мы тряслись по ухабам в кабине, мы почти не обменялись ни словом.

Я закончил доставать рюкзак из кузова и откинул листовой прицел на максимум, чтобы проверить, что открытые прицелы установлены на 400 метров.

— Ник?

Я наклонился к полуоткрытому окну. В красноватом свечении приборной панели она отодвигала одеяло, которое я набросил на винтовку, и оно упало на селектор.

— Майкл умирает, чтобы спасти сотни, может быть, тысячи жизней. Только так я могу с этим справиться. Может, это сработает и для тебя.

Я кивнул, больше сосредоточившись на сохранении пристрелки, чем на попытках оправдаться. Чарли должен был получить своё, а не его сын.

— Это точно спасёт одну жизнь, Ник. Ту, которую ты очень любишь, я знаю. Иногда мы должны делать неправильные вещи ради правильных причин, нет?

Она задержала на мне взгляд ещё на пару секунд, затем взглянула на селектор. Я подумал не посмотрит ли она снова, но она выбрала «Драйв» и нажала на газ.

Я стоял и смотрел, как красные задние огни тают в темноте, затем подождал минуты три, пока моё ночное зрение не начало восстанавливаться. Когда я смог различать, куда ставлю ноги, я привязал мачете к поясу, в сотый раз проверил, что карта и документы всё ещё надёжно закреплены в карманах на штанинах, и нащупал компас «Сильва», висевший на шее под футболкой. Затем я взвалил рюкзак на плечи, водрузил поверх бочку, придерживая её вытянутой рукой, левая рука сжимала ручку. С винтовкой в правой руке я спустился к развилке дорог, затем направился на запад к дому.

Я быстро вспотел под тяжестью груза и почувствовал горечь «Дита», стекающую в рот. До рассвета оставалось всего три с половиной часа, к концу которых я должен быть готов у ворот. Как только станет достаточно светло, чтобы видеть, что я делаю, нужно будет установить устройство и найти огневую позицию в противоположной линии деревьев. Пытаться установить всё в темноте было бессмысленно: я потратил бы больше времени на исправление ошибок на рассвете, чем если бы просто сделал это тогда с самого начала.

План был настолько прост, что, пока я шёл, особо не о чем было думать, пока я не доберусь до места. Мой ум был свободен, но я не собирался этого позволять. Пришло время ни для чего, кроме задания.

После нескольких смен рук, поддерживавших вес бочки, я наконец добрался до ворот. Держась правой стороны, в укрытии, я бросил бочку, чтобы перевести дух. Наземные прожекторы по периметру освещали стены, делая всё ещё более похожим на отель. Когда я наконец посмотрел сквозь решётку ворот, фонтан всё ещё был освещён, и я увидел блики света на нескольких машинах, беспорядочно припаркованных на подъездной дороге за ним. Золотистые боковые стёкла Lexus подмигнули мне.

Дом спал, нигде не горел свет, кроме огромной люстры, сверкавшей сквозь большое окно, которое, как я предположил, находилось над главным входом.

Не будет никакого изящества в этом устройстве, но его нужно установить очень точно. Когда машина будет проезжать через ворота, сила кумулятивного заряда должна быть направлена именно туда, куда мне нужно. Также нужно будет хорошо замаскировать его москитной сеткой.

Я вернулся и забрал бочку, затем, спотыкаясь, пошёл по звериной тропе между стеной и пологом леса. Стена заканчивалась всего через семь-восемь метров, и в этом месте я отступил на пару метров обратно в деревья, чтобы дождаться рассвета. Не было необходимости идти дальше. К тому же, некоторые ловушки Диего могли всё ещё стоять.

Оставив рюкзак на спине, я сел на бочку, положив винтовку поперёк колен, чтобы сохранить пристрелку, пластиковая защита тихо шуршала при каждом движении. Я просто мысленно приказывал комарам попробовать укусить меня теперь, когда я на 95 процентов состоял из «Дита», но они, казалось, знали лучше.

Я передумал оставлять рюкзак на спине. Он не служил никакой цели, и, кроме того, я хотел воды из бокового кармана. Медленно отпивая, я отклеил футболку от зудящей сыпи от чиггеров и с завистью смотрел на дом с его кондиционерами и холодильниками, работающими сверхурочно.

Время от времени в джунглях раздавался какой-то звериный шум, а комары всё ещё кружили надо мной в режиме ожидания, звуча как камикадзе, летящие на моё лицо, прежде чем изменить курс, учуяв то, что их ждало.

Убрав воду обратно в рюкзак, я снова натёрся «Дитом», на случай, если они обнаружат пробел в обороне. Крошечные кусочки листьев и коры на моих руках царапали лицо и щетину.

Я сидел, чесал спину, чувствовал шершавость зубов языком и жалел, что не нажал кнопку три раза, когда у меня был шанс.

Примерно через сорок пять скучных минут я начал видеть дугу бледного света, поднимающегося над линией деревьев. День будет пасмурным. Птицы подали сигнал к шуму, и обезьяны-ревуны по ту сторону дома разбудили остальные джунгли, как будто сверчки когда-либо спали.

Я начал различать низкий туман, лежащий на грязи поляны, и выше — чёрно-серые облака. Для меня было хорошо, если небо останется облачным: не будет риска, что солнечный свет отразится от объектива.

Ещё через десять минут свет проник под полог леса. Я мог разглядеть свои ноги. Пришло время устанавливать устройство.

Снова проверив риски на прицеле и убедившись, что открытые прицелы откинуты на 400 метров, я снова надел снаряжение и медленно двинулся к воротам. Я опустил бочку и рюкзак примерно в двух метрах от ворот, положив винтовку на землю, а не прислоняя к стене, чтобы она не упала.

Поиск дерева подходящей высоты и структуры, чтобы закрепить заряд, не занял много времени — их здесь было достаточно. Я достал нейлоновый буксировочный трос из верхнего клапана рюкзака, привязал один конец к ручке бочки и зажал другой между зубами. Вкус бензина едва не вызвал рвотный рефлекс, пока я смотрел вверх и решал, как залезть на выбранное дерево. Моя икра пульсировала от боли.