Чтение онлайн

— Полсоверена, — отвечал мистер Пиквик. — Надеюсь, вы не думаете, что он может присвоить эти деньги?

— О нет! Этого я не думаю: он дьявольски джентльменист, — сказал мистер Сменгль. — Но мне кажется, если бы кто-нибудь проследил, чтобы он случайно не сунул свой нос в кувшин с вином или чтобы его, не дай бог, не угораздило потерять деньги на обратном пути, пожалуй, было бы неплохо. Эй вы, сэр, сбегайте-ка вниз и посмотрите за джентльменом, слышите?

Эта просьба была адресована робкому нервному человечку, внешность которого изобличала крайнюю бедность и который все это время сидел согбенный на кровати, видимо ошеломленный новизной своего положения.

— Вы знаете, где общая столовая? — спросил Сменгль. — Сбегайте-ка вниз и скажите этому джентльмену, что вы пришли помочь ему донести кувшин. Или постойте... я придумал, как мы обойдем его, — сообщил Сменгль, хитро подмигивая.

— Как? — поинтересовался мистер Пиквик.

— Надо передать ему, чтобы он истратил сдачу на сигары. Капитальная мысль! Бегите и скажите ему это, слышите? Они не пропадут, — продолжал Сменгль, обращаясь к мистеру Пиквику, — я их выкурю.

Этот маневр был так остроумен и к тому же выполнен с таким невозмутимым спокойствием и хладнокровием, что у мистера Пиквика не явилось желания его расстраивать, даже если бы это было в его силах. Вскоре Майвинз вернулся с хересом, который мистер Сменгль налил в две небольшие надтреснутые кружки, рассудительно заметив, применительно к самому себе, что джентльмен в таких обстоятельствах не должен привередничать и что он, со своей стороны, отнюдь не считает для себя унизительным пить из кувшина.

Вслед за этим мистер Сменгль начал развлекать слушателей рассказами о своих романтических похождениях, но что касается мистера Пиквика, то он почерпнул из этих трогательных повестей гораздо меньше, чем мог бы, ибо находился в состоянии полудремы. Он уже погружался в сон, когда ему смутно померещилось, будто пьяный человек возобновил свои комические куплеты, но тотчас же получил от мистера Сменгля деликатное указание в виде кувшина воды на то, что аудитория не расположена слушать его пение. Мистер Пиквик снова стал засыпать, неясно сознавая, что мистер Сменгль все еще занят изложением какой-то длинной истории.

Когда мистер Пиквик на следующее утро открыл глаза, первое, на чем они остановились, был Сэмюел Уэллер, сидевший на маленьком черном чемодане и с сосредоточенным вниманием разглядывавший великолепную фигуру мистера Сменгля, тогда как сам мистер Сменгль сидел полуодетый на кровати и безнадежно пытался привести мистера Уэллера в смущение своим пристальным взглядом. Говорим — безнадежно, потому что пытливые глаза Сэма твердо взирали на него с выражением живейшего удовлетворения, но без всякого внимания к личным ощущениям наблюдаемого предмета, как если бы мистер Уэллер осматривал деревянную статую или набитое соломой чучело Гая Фокса.

— Ну что? Теперь ни с кем меня не спутаете? — спросил мистер Сменгль, нахмуривая брови.

— Даже с чертом с рогами, сэр, — весело отвечал Сэм.

— Не дерзите джентльмену, сэр, — сказал мистер Сменгль.

— Ни под каким видом, — отвечал Сэм. — Вы только сообщите мне, когда он проснется, и я поведу себя самым наипревосходнейшим манером.

Это замечание, имевшее скрытую тенденцию не включать мистера Сменгля в число джентльменов, распалило его гневом.

— Майвинз! — в раздражении крикнул мистер Сменгль.

— Что нужно? — откликнулся этот джентльмен со своего ложа.

— Кто этот парень, дьявол его возьми?

— Господи, — проворчал мистер Майвинз, лениво выглядывая из-под одеяла. — Это я вас должен спросить. Он здесь по какому-нибудь делу?

— Нет, — ответил мистер Сменгль.

— Ну, так спустите его с лестницы и скажите, чтобы не смел подниматься, пока я не приду и не попотчую его, — посоветовал мистер Майвинз и тут же опять захрапел.

Поскольку разговор грозил перейти «на личности», мистер Пиквик счел своевременным вмешаться.

— Сэм, — сказал мистер Пиквик.

— Сэр? — отозвался этот джентльмен.

— Не случилось ничего нового за ночь?

— Особенного ничего, сэр, — ответил Сэм, взглянув на бакенбарды мистера Сменгля. — Какие-то возмутительные сорняки понаросли, видать, от спертого воздуха, а в остальном все спокойно.

— Я встану, — сказал мистер Пиквик. — Дайте мне чистое белье.

Как бы ни злопыхал мистер Сменгль, его мысли приняли новое направление, лишь только был распакован чемодан, содержимое коего, по-видимому, сразу же внушило ему наилучшее мнение не только о мистере Пиквике, но также и о Сэме, который, — как мистер Сменгль при первой возможности объявил достаточно громко для того, чтобы этот эксцентрический персонаж услышал, — оказался самым что ни на есть чистокровным оригиналом и, следовательно, человеком вполне ему по сердцу. Что же касается мистера Пиквика, то привязанность, которую возымел к нему мистер Сменгль, не имела пределов.

— Может быть, я могу что-нибудь сделать для вас, любезнейший сэр? — осведомился Сменгль.

— Ничего, насколько я понимаю. Очень вам обязан, — ответил мистер Пиквик.

— Может быть, вам нужно отдать белье в стирку? Я знаю восхитительную прачку, которая приходит за моими вещами два раза в неделю, и, вообразите, — какое дьявольское счастье! — как раз сегодня она должна зайти. Не угодно ли, я заверну ваши вещицы вместе с моим бельем? Не говорите о беспокойстве! К черту все это! Если джентльмен в стесненных обстоятельствах не найдет нужным побеспокоиться о другом джентльмене, попавшем в такую же беду, то что же такое гуманность?

Так изъяснялся мистер Сменгль, придвигаясь тем временем насколько возможно ближе к чемодану и бросая на его обладателя взоры, исполненные самой пламенной и бескорыстной дружбы.

— Может быть, вам нужно выколотить платье, милейший сэр? — продолжал мистер Сменгль.

— Не нужно, приятель, — возразил Сэм, беря ответ на себя. — Если я произведу эту экзекуцию сам, будет приятнее обеим сторонам, как сказал школьный учитель, когда молодой джентльмен возражал против того, чтобы его высек дворецкий.

— И не найдется ничего, что можно было бы отослать в моей корзине к прачке? — спросил Сменгль, переводя обескураженный взгляд с Сэма на мистера Пиквика.

— Решительно ничего, сэр, — отрезал Сэм. — Ваша корзинка, надо думать, битком набита вашим собственным добром.

Эта реплика сопровождалась таким выразительным взглядом, брошенным на ту принадлежность туалета мистера Сменгля, по которой обыкновенно судят об искусстве прачки восстанавливать белье джентльмена, что он должен был отступить и хотя бы на время отказаться от всяких видов на кошелек и гардероб мистера Пиквика. Поэтому он, негодуя, удалился во двор для игры в мяч, где легко и с пользой для здоровья позавтракал парой сигар, купленных накануне вечером.

Мистер Майвинз, который не курил и чей счет за мелкие продукты также дошел до самого конца грифельной доски и был перенесен на другую сторону, остался в постели, чтобы, по его собственным словам, «подкрепиться сном».

Позавтракав в маленьком чулане, примыкавшем к общей столовой и носившем громкое название «кабинет», съемщик которого получал огромное (принимая во внимание незначительность добавочной платы) преимущество, состоявшее в том, что он мог подслушать любой разговор в вышеназванной общей столовой, и отправив мистера Уэллера с разными необходимыми поручениями, мистер Пиквик спустился в караульню, чтобы разрешить с мистером Рокером вопрос своего будущего помещения.