Посмертные записки Пиквикского клуба
Шрифт:
— Да, Сэм.
Карета загрохотала по хорошо вымощенным улицам красивого городка и остановилась перед большой гостиницей, построенной почти против старинного аббатства.
— Вот и «Ангел», Сэм, — сказал мистер Пиквик. — Здесь мы сойдем. Необходима некоторая осторожность. Потребуйте комнату и не называйте моего имени. Понимаете?
— Будьте уверены, сэр.
Свободный номер был тотчас занят, и мистер Пиквик без промедления в него препровожден.
— Теперь, Сэм, прежде всего нужно...
— Заказать обед, сэр! — подхватил Сэм.
— Это верно, — сказал мистер Пиквик, глядя на часы.
— И если я смею советовать, сэр, ложитесь-ка спать и ни о чем до утра не думайте. Ничего не бывает освежительнее сна, как говорила служанка, выпивая полную рюмку опия.
Через полчаса мистер Пиквик сидел за весьма удовлетворительным обедом, а через три четверти часа мистер Уэллер вернулся с сообщением, что мистер Чарльз Фиц-Маршалл приказал оставить за ним номер на неопределенное время. Он проведет вечер в гостях, велел коридорному себя дождаться, а своего слугу взял с собой.
— Теперь, сэр, мне бы только поговорить утром с его слугой, и все узнаю о господине, — закончил мистер Уэллер свой доклад.
— Почему вы так думаете, Сэм?
— Слуги на то и существуют, сэр.
— О, я забыл про это, — сказал мистер Пиквик. — Хорошо.
Ничего лучшего нельзя было придумать, и мистер Уэллер получил позволение провести вечер как ему будет угодно. Он спустился в буфет, где вскоре единодушно был избран председателем собравшейся там компании, каковую почетную должность он и справлял к такому удовольствию джентльменов завсегдатаев, что хохот и крики одобрения проникали в спальню мистера Пиквика, сократив срок его естественного отдыха по крайней мере на три часа.
На другой день Сэм освежался после бурно проведенной ночи возле колодца; вдруг внимание его привлек молодой человек в малиновой ливрее, сидевший на скамье посреди двора. Казалось, он был погружен в книгу церковных песнопений, что, однако, не мешало ему поглядывать на Сэма, словно его интересовали производимые мистером Уэллером операции.
«Странный тип!» — подумал Сэм, когда глаза его встретились со взглядом незнакомца в малиновом наряде: лицо у него было широкое, бледное, безобразное, глаза — глубоко впавшие, голова — громадная, с космами длинных и гладких черных волос.
Сэм кивнул ему и спросил:
— Как поживаете, почтеннейший?
— Я счастлив сказать, что чувствую себя довольно хорошо, — неторопливо ответил тот, закрывая книгу, — я надеюсь, точно так же и вы, сэр?
— Если бы я не чувствовал себя словно ходячая бутылка бренди, то был бы совсем молодцом, — отозвался Сэм. — А вы здесь остановились, приятель?
Малиновый субъект ответил утвердительно.
— Почему же вас вчера не было с нами? — осведомился Сэм, вытираясь полотенцем.
— Мы с хозяином были в гостях.
— А как его фамилия? — спросил мистер Уэллер.
— Фиц-Маршалл, — ответил малиновый субъект.
— Позвольте вашу руку, — сказал Сэм, подходя к нему. — Хотелось бы познакомиться с вами. Ваша наружность мне нравится.
— Как странно, — произнес малиновый субъект. — Вы мне тоже так понравились, что я хотел заговорить с вами, как только вас увидел.
— В самом деле? А как вас зовут?
— Джоб.
— Прекрасное имя, единственное, кажется, к которому нет ласкательного. А дальше?
— Троттер. А вас?
Сэм, помня наставления своего господина, ответил:
— Меня зовут Уокер, а моего господина — Уилкинс. Не желаете ли пропустить стаканчик чего-нибудь, мистер Троттер?
Мистер Троттер принял это приятное приглашение, спрятал книгу в карман и последовал за мистером Уэллером в буфет.
— Хорошее у вас место? — спросил Сэм, вторично наполняя стакан своего собеседника веселящей смесью британской «голландской» с духовитой эссенцией гвоздики.
— Неважное, очень неважное, — сказал Джоб, облизывая губы.
— Вот как?
— И хуже то, что хозяин собирается жениться.
— Что вы?
— Да; и еще хуже, что он хочет выкрасть из одного пансиона богатую наследницу.
— Что за дракон! — вскричал Сэм, снова наполняя стакан приятеля. — Из пансиона здесь в городе?
Вопрос был задан тоном в высшей степени небрежным. Мистер Джоб Троттер таинственно посмотрел на Сэма своими крошечными глазками, подмигнул сначала одним, потом другим и наконец сделал рукой несколько движений, будто выкачивая воду насосом, — это был намек на то, что Сэм хочет нечто из него, мистера Троттера, выкачать.
— Нет, нет, — проговорил он по завершении этой пантомимы, — таких вещей не рассказывают каждому встречному. Это — секрет, большой секрет, мистер Уокер.
Замолчав, малиновый субъект перевернул стакан, давая понять собеседнику, что ему больше нечем утолять жажду. Сэм понял намек, оценил его утонченность и приказал наполнить новый сосуд.
— Так это — секрет? — спросил он.
— Надо думать, что так! — ответил мистер Джоб.
— Ваш хозяин, должно быть, очень богат! — сказал Сэм.
Мистер Троттер улыбнулся и, держа стакан в левой руке, правой раза четыре хлопнул по карману своих малиновых невыразимых в знак того, что хозяин его мог бы сделать то же самое, не потревожив никого звоном золота.
— Вот оно какое дело, — заметил Сэм.
Малиновый субъект многозначительно кивнул головой.
— А не думаете ли вы, милейший, что будете большим негодяем, если не помешаете ему украсть молодую девушку?
— Я знаю это, — произнес мистер Джоб, вздыхая. — Но что я могу сделать?
— Как — что сделать?! — вскричал Сэм. — Оповестить начальницу и выдать своего хозяина.
— Кто мне поверит? Я потеряю место, да еще притянут к суду за клевету. Вот и все!
— Похоже на то, похоже на то, — задумчиво согласился Сэм.
— Если бы я знал какого-нибудь почтенного джентльмена, который взялся бы за это, — продолжал мистер Троттер, — тогда бы еще была надежда расстроить этот побег. Я тут, мистер Уокер, не знаю ни одного джентльмена, и если бы знал, он бы мне не поверил.