ЖАНРЫ

Посмертные записки Пиквикского клуба

Диккенс Чарльз

Шрифт:

— Да, Сэм.

Карета загрохотала по хорошо вымощенным улицам красивого городка и остановилась перед большой гостиницей, построенной почти против старинного аббатства.

— Вот и «Ангел», Сэм, — сказал мистер Пиквик. — Здесь мы сойдем. Необходима некоторая осторожность. Потребуйте комнату и не называйте моего имени. Понимаете?

— Будьте уверены, сэр.

Свободный номер был тотчас занят, и мистер Пиквик без промедления в него препровожден.

— Теперь, Сэм, прежде всего нужно...

— Заказать обед, сэр! — подхватил Сэм.

Это верно, — сказал мистер Пиквик, глядя на часы.

— И если я смею советовать, сэр, ложитесь-ка спать и ни о чем до утра не думайте. Ничего не бывает освежительнее сна, как говорила служанка, выпивая полную рюмку опия.

Через полчаса мистер Пиквик сидел за весьма удовлетворительным обедом, а через три четверти часа мистер Уэллер вернулся с сообщением, что мистер Чарльз Фиц-Маршалл приказал оставить за ним номер на неопределенное время. Он проведет вечер в гостях, велел коридорному себя дождаться, а своего слугу взял с собой.

— Теперь, сэр, мне бы только поговорить утром с его слугой, и все узнаю о господине, — закончил мистер Уэллер свой доклад.

— Почему вы так думаете, Сэм?

— Слуги на то и существуют, сэр.

— О, я забыл про это, — сказал мистер Пиквик. — Хорошо.

Ничего лучшего нельзя было придумать, и мистер Уэллер получил позволение провести вечер как ему будет угодно. Он спустился в буфет, где вскоре единодушно был избран председателем собравшейся там компании, каковую почетную должность он и справлял к такому удовольствию джентльменов завсегдатаев, что хохот и крики одобрения проникали в спальню мистера Пиквика, сократив срок его естественного отдыха по крайней мере на три часа.

На другой день Сэм освежался после бурно проведенной ночи возле колодца; вдруг внимание его привлек молодой человек в малиновой ливрее, сидевший на скамье посреди двора. Казалось, он был погружен в книгу церковных песнопений, что, однако, не мешало ему поглядывать на Сэма, словно его интересовали производимые мистером Уэллером операции.

«Странный тип!» — подумал Сэм, когда глаза его встретились со взглядом незнакомца в малиновом наряде: лицо у него было широкое, бледное, безобразное, глаза — глубоко впавшие, голова — громадная, с космами длинных и гладких черных волос.

Сэм кивнул ему и спросил:

— Как поживаете, почтеннейший?

— Я счастлив сказать, что чувствую себя довольно хорошо, — неторопливо ответил тот, закрывая книгу, — я надеюсь, точно так же и вы, сэр?

— Если бы я не чувствовал себя словно ходячая бутылка бренди, то был бы совсем молодцом, — отозвался Сэм. — А вы здесь остановились, приятель?

Малиновый субъект ответил утвердительно.

— Почему же вас вчера не было с нами? — осведомился Сэм, вытираясь полотенцем.

— Мы с хозяином были в гостях.

— А как его фамилия? — спросил мистер Уэллер.

— Фиц-Маршалл, — ответил малиновый субъект.

— Позвольте вашу руку, — сказал Сэм, подходя к нему. — Хотелось бы познакомиться с вами. Ваша наружность мне нравится.

— Как странно, — произнес малиновый субъект. — Вы мне тоже так понравились, что я хотел заговорить с вами, как только вас увидел.

— В самом деле? А как вас зовут?

— Джоб.

— Прекрасное имя, единственное, кажется, к которому нет ласкательного. А дальше?

— Троттер. А вас?

Сэм, помня наставления своего господина, ответил:

— Меня зовут Уокер, а моего господина — Уилкинс. Не желаете ли пропустить стаканчик чего-нибудь, мистер Троттер?

Мистер Троттер принял это приятное приглашение, спрятал книгу в карман и последовал за мистером Уэллером в буфет.

— Хорошее у вас место? — спросил Сэм, вторично наполняя стакан своего собеседника веселящей смесью британской «голландской» с духовитой эссенцией гвоздики.

— Неважное, очень неважное, — сказал Джоб, облизывая губы.

— Вот как?

— И хуже то, что хозяин собирается жениться.

— Что вы?

— Да; и еще хуже, что он хочет выкрасть из одного пансиона богатую наследницу.

— Что за дракон! — вскричал Сэм, снова наполняя стакан приятеля. — Из пансиона здесь в городе?

Вопрос был задан тоном в высшей степени небрежным. Мистер Джоб Троттер таинственно посмотрел на Сэма своими крошечными глазками, подмигнул сначала одним, потом другим и наконец сделал рукой несколько движений, будто выкачивая воду насосом, — это был намек на то, что Сэм хочет нечто из него, мистера Троттера, выкачать.

— Нет, нет, — проговорил он по завершении этой пантомимы, — таких вещей не рассказывают каждому встречному. Это — секрет, большой секрет, мистер Уокер.

Замолчав, малиновый субъект перевернул стакан, давая понять собеседнику, что ему больше нечем утолять жажду. Сэм понял намек, оценил его утонченность и приказал наполнить новый сосуд.

— Так это — секрет? — спросил он.

— Надо думать, что так! — ответил мистер Джоб.

Ваш хозяин, должно быть, очень богат! — сказал Сэм.

Мистер Троттер улыбнулся и, держа стакан в левой руке, правой раза четыре хлопнул по карману своих малиновых невыразимых в знак того, что хозяин его мог бы сделать то же самое, не потревожив никого звоном золота.

— Вот оно какое дело, — заметил Сэм.

Малиновый субъект многозначительно кивнул головой.

— А не думаете ли вы, милейший, что будете большим негодяем, если не помешаете ему украсть молодую девушку?

— Я знаю это, — произнес мистер Джоб, вздыхая. — Но что я могу сделать?

— Как — что сделать?! — вскричал Сэм. — Оповестить начальницу и выдать своего хозяина.

— Кто мне поверит? Я потеряю место, да еще притянут к суду за клевету. Вот и все!

— Похоже на то, похоже на то, — задумчиво согласился Сэм.

— Если бы я знал какого-нибудь почтенного джентльмена, который взялся бы за это, — продолжал мистер Троттер, — тогда бы еще была надежда расстроить этот побег. Я тут, мистер Уокер, не знаю ни одного джентльмена, и если бы знал, он бы мне не поверил.

Поделиться с друзьями: