Чтение онлайн

В 1973 г. был опубликован New International Version, содержащий текст Нового Завета, а в октябре 1978 г. в этом же издании появился и Ветхий Завет. В течение четырех месяцев после публикации 1978 года первое издание всего New International Version, вышедшего в количестве полутора миллионов экземпляров, было полностью раскуплено. Его успех был предрешен. Этот перевод представляет собой совершенно новый перевод, сделанный группой ученых свыше ста человек из различных англоязычных регионов планеты, работавших над еврейскими, арамейскими и греческими текстами. Работа над этим изданием началась в 1965 г. и продолжалась около тринадцати лет. Переводчики стремились к «точности перевода» [81] , «не только к пословесному переводу» [82] , но и к «верности мыслям библейских писателей» [83] . Наряду с другими целями переводчики стремились к тому, чтобы данное издание «было точным переводом, обладающим ясностью и художественными достоинствами и, следовательно, годным для публичного и частного чтения, наставления, проповеди, заучивания и богослужебных нужд» [84] . По сравнению с N. A. S. B. и N. I. B. данное издание по стилю не является высокопарным или просторечным. В целом можно сказать, что перевод ясен и надежен, идиоматичен и современен, но что касается научных целей, то здесь надо признать, что он не столь буквален, как, например, N. A. S. B. и даже как R. S. V.. Это как раз то издание Библии, которое не помешает иметь ни юноше, ни старику; в нем лучшие достижения динамического перевода сочетаются с высокой степенью точности и верностью в воспроизведении мысли богодухновенных авторов Писания. Для научных целей N. A. S. B более предпочтительна, однако с точки зрения читабельности и художественных достоинств N. I. V. превосходит и ее, и даже N. A. B и N. E. V.

Вся история Библии от ее начала и до сегодняшнего дня дает удивительное понимание божественного водительства, того, как Бог руководил людьми в деле ее добросовестного и точного сохранения. До сих пор ни одна книга не превзошла рекордное число распространения Слова Божья. И пусть люди всегда будут усматривать в этом совершенное Откровение воли Божьей, пусть она всегда ведет их к лучшему пониманию Триединого Бога и более полному познанию воплощенного Слова, Иисуса Христа, о Котором так верно и глубоко свидетельствуют Писания.

Эта и следующая главы рассматривают проблему понимания Библии посредством тех принципов толкования, которые находятся в гармонии с природой Библии как богодухновенного Слова. Как правило, человек, приступающий к изучению Библии, пытается понять ее, начиная со слов — мельчайших элементов графической коммуникации. Однако одни слова редко обособляются от других, и, соединяясь друг с другом, они образуют фразы или предложения. Совокупность предложений образует абзацы, а те, в свою очередь формируют более широкие смысловые единицы, образующие отдельные библейские книги или документы. Значение слов и предложений необходимо осмыслять в рамках присущих им контекстов во времени и пространстве.

Итак, еще раз отметим, что слова в Библии не обособлены друг от друга. Они находятся в определенном контексте. Контекст отдельного слова в предложении или какой-либо другой смысловой единице доминирует над всеми остальными элементами. Иными словами, пренебрежение контекстом является обычной причиной неверного толкования и неадекватного применения библейских текстов. Например, известный автор-диспенсационист истолковывает 35 — 43-й стихи 1-й главы Евангелия от Иоанна как типичный образец христианской диспенсации. Он утверждает, что фраза «на другой день опять стоял Иоанн» (1:35) и словосочетание «десятый час» (1:39) означают, что «теперь наступил конец деятельности Иоанна» [1] . Однако такой вывод не согласуется с контекстом Евангелия от Иоанна. На самом же деле в 23-м стихе 3-й главы Иоанн Креститель описывается как активный проповедник, совершающий многочисленные крещения. Таким образом, при том или ином толковании всегда необходимо учитывать контекст.

Существуют различные виды контекстов, например, контекст слова в предложении. Контекстуальную взаимосоотнесенность слов в предложении определяют грамматическая структура предложения и внутренняя синтаксическая связь. Значение грамматики легко представить благодаря следующему примеру: Джим ударил Джека. В этом предложении первое слово (субъект) выполняет определенное действие, обозначенное вторым словом (предикат), а третье определяет направленность действия (объект). Многозначность грамматики можно проиллюстрировать какой-нибудь контрастной по смыслу парой предложений, например: «Естественно, он сделал это» и «Он сделал это естественно». Замечаете ли вы смысловое различие, обусловленное грамматическим порядком слова «естественно»?

В данном случае уместным будет и библейский пример. Каков смысл двух следующих предложений: «Бог есть любовь» (1 Иоан. 4:8) и «любовь есть Бог»? В первом случае мы имеем определенную информацию о природе Бога, в то время как во втором обожествляется любовь, а Бог как бы утрачивает личностное начало. Каждое слово в предложении имеет соответствующее грамматическое и синтаксическое место, связь и контекст, и, таким образом, значение слова и всего предложения определяется их грамматической и синтаксической расстановкой.

На протяжении многих веков предпринимались многочисленные попытки исследовать значение отдельных слов. В частности, в изучении библейских слов большое внимание уделялось так называемому «корневому значению» слова. «Корневое» (изначальное) значение рассматриваемого слова восстанавливалось посредством исследования наиболее раннего его значения. Это восстановленное, воссозданное или реконструированное «корневое», или изначальное, значение впоследствии использовалось как ключ к отысканию значения каждого примера, в котором было данное слово. Поясним на примере. Слово «церковь» по-гречески ekklesia. В древнегреческом языке это слово использовалось для обозначения законодательного собрания граждан, «призванных» для определенной юридической работы. Значение «призванности» возникает из второй части этого составного слова. Первая часть представляет собой предлог «ek» («из»). Таким образом, христианское значение этого слова соединяет оба аспекта, то есть «быть призванным» и «из». Следовательно «церковь» суть те, кто «призван из» этого мира [2] . В. Баркли так резюмирует эту идею: «И поэтому, в сущности говоря, Церковь, ekklesia, есть тело народа, собравшегося отнюдь не потому, что они решили собраться, а потому, что Бог призвал их к себе; не для того собрались, чтобы поделиться своими мыслями и мнениями, а для того, чтобы внимать голосу Бога» [3] . Это определение заслуживает большой похвалы, однако его нельзя прочитать в каждом новозаветном тексте, где встречается слово «церковь», поскольку есть множество индивидуальных контекстуальных ассоциаций, связанных с этим словом.

В посланиях апостола Павла слово ekklesi («церковь») ассоциируется с идеей избрания [4] . Иногда оно просто соотносится с «собранием» в определенных местах [5] или с «домом-церковью» [6] . В других случаях оно соотносится со вселенской Церковью [7] . Кроме того, слово «церковь» может соотноситься с телом Христовым [8] или дополнительно обозначать народ Божий в последние дни [9] . Таким образом, на основании контекстуального, специфического обрамления слова «церковь» мы видим, что оно может обладать локальным, универсальным или эсхатологическим аспектами [10] . Следовательно, ни в каком новозаветном употреблении этого слова нельзя прочитать какого-либо основного его значения.

Многообразие значений, которыми может обладать простое слово, хорошо иллюстрируется примером из повествования о творении. 27-й стих 1-й главы Книги Бытия сообщает, что Бог создал «человека» (adam) [11] по Своему образу на шестой день. Читатель знает, что еврейское слово — adam используется для обозначения личного имени Адама (Быт. 4:25; 5:1, 3, 4, 5:1 Пар. 1:1) и, кроме того, обозначает «человека» в целом в смысле всего человечества. Из контекста 27-го стиха 1-й главы Книги Бытия явствует, что «человек» был создан как «мужчина и женщина», и это безошибочно показывает, что в данном тексте слово «человек» означает не просто Адама, но включает и Еву, относящуюся к человеку в родовом (общем) смысле. Пространное дополнительное повествование о сотворении человека, содержащееся во 2-й главе Книги Бытия, утверждает, что «создал Господь Бог человека (adam) из праха земного» (Быт. 2:7). В данном случае контекст указывает, что речь идет не об Адаме и Еве или о человеке вообще, а о «человеке» в смысле мужчины (2:18), то есть об Адаме. Таким образом, основной принцип толкования слов состоит в том, чтобы внимательно рассматривать непосредственный контекст того или иного слова в предложении и узнавать контекстуальный приоритет для определения его значения наряду с более широким контекстом, предшествующим отдельному отрывку и следующим после него.

Таких и подобных примеров можно привести бесчисленное множество. Человек, серьезно изучающий Библию, будет избегать машинального вычитывания «корневого» [12] или какого-либо единственного значения из каждого слова Писания в ущерб его контексту.

А сейчас самое время поговорить о герменевтическом круге. Принцип герменевтического круга гласит, что всецело понять какой-нибудь вопрос, аспект или истину можно только посредством их отдельных, единичных частей. Отдельные части способствуют осмыслению целого, и, наоборот, целое способствует пониманию каждой отдельной части и выявлению их новых аспектов. Таким образом, процесс понимания определенного значения представляет собой спиралевидное восхождение на более высокий уровень осмысления по мере того, как каждый новый его этап расширяет и увеличивает прежний масштаб понимания, достигнутый в первоначальном исследовании.

А теперь рассмотрим, каким образом принцип герменевтического круга, предполагающий прогрессирующее понимание проблемы, функционирует в отношении концепции, разделяемой Адвентистами Седьмого Дня. В Библии часто говорится об остатке. Одним из корней еврейского языка, выражающим идею «остатка» и являющимся основой ветхозаветной лексики, является корень sa’ar который в своих разнообразных вербальных и субстантивных формах появляется в Библии не менее 226 раз.