Чтение онлайн

— Позвольте прежде напомнить господам, что войдя к Его величеству, вы обязаны поклониться. Вот так, — он показал нам традиционный поклон мидов. Тут он из сокровенного ритуала превратился в обычный дворцовый этикет. — Господа поняли все движения? Или мне повторить?

— Нам известно приветствие мидов, мастер Илентир, — ответил я.

— Тогда замечательно! — сухо произнес он. — Смею также предостеречь господ, что к Его величеству следует обращаться не иначе как Vedir, что значит Владыка. Или применять полный титул: Gilgar Fenialair alur eledirn c’rola melu par’a. Позволю себе перевести: Владыка Гилгар Великий, славу и величие народу несущий. Прошу господ не показывать мастерство своего нерика, изъясняйтесь на общем, — добавил он, сделав акцент на слове «мастерство». — Господам все ясно?

Мы с Дереком утвердительно кивнули. После чего Илентир разрешил гвардейцам отворить двери.

Тронный зал был просторным. Прогулявшись по дворцу, я просто устал дивиться красоте, изящности и мастерству, с которым все было выполнено. Тронный зал не уступал всему тому, что я видел ранее. Из-под потолка, расписанного фресками, опускалась роскошная ажурная люстра. Из окон лился яркий солнечный свет, что делало зал еще более обширным. Зеленая ковровая дорожка, символизирующая леса Форестнара и Мидллена вела прямиком к трону, стоящему на помосте. Место короля искусно было вырезано из зирральского древа: спинка кресла представляла собой широко раскинутые ветки древесной кроны, которые по краям соединялись и создавали нечто вроде обруча над троном. Он был пуст.

Славу и величие народу несущий стоял вполоборота к входу. Он был выше Дерека на голову. Прямые черты его лица повернутые чуть в профиль к нам, прикрывались длинными золотистыми волосами, что опускались на плечи. Сквозь волосы прорезались остроконечные уши. На голове поблескивал серебряный венец. Зубцы его были сделаны в виде тонких переплетающихся веточек, а на них «росли» рубиновые листья зирральского древа. Работа талкских ювелиров была столь тонкой, что на просвете листа была видна каждая жилка. Сам король был облачен в длинное зеленое платье, расшитое серебряной филигранью с лиственными узорами. За это платье при дворе императора короля прозвали «эльфом в юбке».

Король стоял за мольбертом с палитрой и кистью в руках. Перед ним была еще только начатая картина. Но и сейчас в мазках и первых очертаниях виднелось мастерство. Говорили, что часть фресок во дворце король расписал самолично, а некоторые его картины украшают замки и дома знатных особ. Помимо его увлечения живописью, король прославился как боец, которому не было равных, что он и доказал в битве у Серой горы.

Позировала ему нагая эльфийка, что возлежала на разбросанных подле трона подушках. Перед ней стояли ваза полная фруктов, букет цветов и хрустальные бокалы, полные вина.

Первым делом, как вошли в зал, мы поклонились традиционным приветственным поклоном. Гилгар отложил кисть и обернулся к нам. Окинув нас глазами цвета чистого неба, он и вовсе положил палитру на мольберт. Затем на нерике своим певучим, но, тем не менее, властным голосом приказал эльфийке выйти. Она со всей грацией поднялась с подушек и легкой походкой долетела к задним дверям, что скрывались за помостом. Напоследок она окинула зал взглядом, и взор ее упал куда-то рядом со мной. Я понял, что она смотрела на Дерека.

Я повернулся к нему. Тот заулыбался эльфийке в ответ. Чтобы вернуть его с небес на землю, мне пришлось легонько ткнуть его локтем. Он непонимающе посмотрел на меня.

— Не о том ты думаешь, — шепнул я ему.

А эльфийка с хохотом выбежала из зала.

Король тем временем подошел к нам.

— Elai’raess ilier tal’dreim, — начал он. — Я помню те времена, как будто это было вчера. Помню каждого повелителя в лицо. Помню и ужасные события, и великие подвиги тех времен, — король присматривался к Дереку; казалось, глядел прямо ему в душу. — Отрадно видеть, что ты, elai’raess, пытаешься изо всех сил не посрамить своих предшественников. Пожалуй, мне стоило бы благодарить тебя за помощь моим подданным с Ходячим городом, — король сложил руки за спиной и двинулся к помосту.

— Vedir, не стоит, — учтиво заговорил Дерек. — Ходячий город точно не моя заслуга.

— Разве? — удивился король, восходя на помост. — Мне доносили обратное, — король остановился подле трона и развернулся к нам. — Жаль. Однако мне доносили и о том, что временное перемирие на севере твоя заслуга. Эта война была нам… противна. Глупо проливать братскую кровь из-за короны. Теперь мои подданные там вне опасности и все благодаря тебе, Дерек Гиблер.

— Я рад, что ваше величество больше не беспокоится за народ, — Дерек поклонился еще раз, — но мне довелось узнать на собственном опыте, что не всем приятен наступивший мир. Посол при дворе Нордгарда Элаундир посылал за мной и архимагом агентов. Я чудом остался жив. Тогда как на границе стянуты войска, объемы которых мне не посчастливилось подсчитать.

На мгновение Гилгар задумался, устремил свой взор куда-то в стену. Но затем снова принял статный вид и стал держать ответ.

— Действия посла… непростительны. Но возможно, он неверно понял распоряжения или неверно отдал его. Горе нам, если бы ты пострадал. Что до границы… Как ты прикажешь мне поступить? Война прямо подле моего порога. Крылатые бестии вернулись в небеса. А мы брошены, беззащитны. Магистры и те оставили мой народ, хотя клялись не выбирать сторону. Сидят у императора за пазухой, блаженствуют и даже не думают покидать свою башню.

— Магистры все еще верны своей клятве, ваше величество, — вступился я. — Когда нам дадут выбор: люди или неры — мы ответим: и люди и неры. Нам нет дела до вражды, истоки и смысл которой забыты в веках. Я, как и любой магистр, будем защищать простой народ.

— Слова… просто слова, — пропел король. — Видишь, elai’raess? От моего народа отвернулись все. Кто-то скажет ради соблюдения баланса. А я скажу, что все эти басни про «баланс» лишь прикрытие для того, чтобы дергать за ниточки, чувствовать себя властителем мира.

— Я знаю, к чему вы клоните, ваше величество, — сказал Дерек.

— Знаешь? — король, наконец, присел на трон и сложил пальцы домиком, поставив руки на подлокотники. — Тогда оставим все прелюдии. Мне прекрасно известно, что тебя видели у императора. Не нужно быть светилом науки, чтобы догадаться, зачем он устроил тебе аудиенцию и что предложил. Меня не интересует, что ты, elai’raess, ответил ему. Самое главное, что ты ответишь мне.

Свои доводы я привел. Великие магистры отвернулись от неров, а совет ими учрежденный не считается с моими магами. Мой народ покинут. Оставишь ли ты неров на произвол судьбы, elai’raess?

— Правда ли, что Совет не учитывает мнения магов Форестанара? — спросил Дерек у меня после некоторого молчания.

— Его величество не совсем точно выразился, — отвечал я. — В Совет входит общество алхимиков и чародеев Форестнара и они, как и все, имеют членство в обоих капитулах. Но вот некроманты, стоящие при Его величестве, вне закона, как и всякий некромант на Туурниле.

— Архимаг, что за двойные стандарты? — усмехнулся Гилгар. — Сам Алдрен Белый не брезговал практиковать некромантию когда-то. А когда ему это стало неугодно, то стало вне закона.