Чтение онлайн

— О, я… — Я почти готова отказаться. Почти перечисляю все причины, по которым не гожусь: отсутствие квалификации, опыта, возможностей. Я даже почти возвращаю визитку. Но останавливаюсь.

Может, из-за надежды на их лицах и улыбки Генри.

Может, из-за Бо, который твердил мне, на что я способна.

Но в основном, думаю, это из-за меня самой. Из-за того, насколько сильнее я стала чувствовать себя в последнее время.

Я позволяю себе гордиться тем, что сделала сегодня с Генри, годами учёбы, которые подготовили меня к этому, жизнью с моей рукой и опытом, который она мне дала. И поднимаю голову выше.

— Спасибо, — говорю я. — Я обязательно свяжусь. Спасибо, — повторяю, потому что не могу удержаться. — Было приятно познакомиться, дружище. У тебя всё получится с мистером Кэмом.

— Ещё раз спасибо, — говорит Тоня, уводя Генри в раздевалку.

Кэм закрывает за ними дверь и смотрит на меня с улыбкой «я же говорил».

Я смотрю на визитку в руке и глубоко вдыхаю.

Джеймс Барроу, президент «Burrough Financial Holdings».

— Уин, кажется, ты получишь свой лагерь.

— Ну, он может передумать. Мне ещё нужно составить предложение, найти… — Снова останавливаюсь. Иногда… хорошее — это просто хорошее. Я могу всю жизнь ждать подвоха или начать учиться верить в лучшее. Принимать добро и отпускать скепсис. — Это… это же очень круто, да? Шанс встретить тебя здесь, Генри и его родителей… Это…

— Очень круто, — соглашается Кэм, направляясь к раздевалке. — Ты раньше сказала «мы». У тебя есть партнёр или кто-то ещё?

— Разве?

— Да. Ты сказала: «Мы начали планировать», когда Тоня спросила.

— О, я… — Размышляю, как описать наши с Бо отношения, и решаю упростить. — Мой сосед. Он работает в финансах и помогает мне.

— А, понятно, — говорит Кэм, криво улыбаясь и прищурившись. Ой-ой. Я знаю этот взгляд. — Может, тогда выпьем? Или поужинаем?

Ну вот, началось.

Я кривлюсь, кладу руку на плечо Кэма и однократно похлопываю.

— Вообще-то, забавная история про моего соседа…

— Понял, — смеётся он. — Всё сложно, да?

— Очень сложно.

— Тогда может, просто дружеский напиток и поговорим?

Я смеюсь, глядя в потолок.

— Вообще-то, мне сейчас нельзя пить.

— О… — Его взгляд опускается на мой живот.

— Ага…

— Соседа?

— Да, — выдыхаю я.

— Вот это действительно сложно. — Он кривится, но всё ещё улыбается.

— Ага.

— Значит, в этом году без Вестклиффа?

Я мотаю головой.

— Не в этот раз.

— Что ж, будем скучать.

— Я тоже.

— Знаешь, если захочешь, уверен, родители Генри предпочтут, чтобы ты с ним занималась. У меня и так плотный график, а ты могла бы взять его уроки. Это двести в неделю после аренды бассейна.

— Двести?! — чуть не кричу я. — За час?

— Я же говорю… — Кэм наклоняется за полотенцем и перекидывает его через плечо. — У Джеймса есть деньги на лагерь.

— Я бы с радостью. Ты уверен?

— Просто вспомни обо мне, когда будешь нанимать людей для своего лагеря, — подмигивает он.

— Обязательно, — улыбаюсь я в ответ.

— Тогда напишу детали. Увидимся, Уин.

— Спасибо! — кричу ему вслед, когда он скрывается из виду.

Глава 24

19 недель беременности. Малыш размером с манго.

— Если бы ты могла телепортироваться прямо сейчас, куда бы отправилась? — спрашивает Бо, засовывая в рот очередную ложку мороженого.

Колода вопросов, которую мы использовали, закончилась неделю назад, а за последний месяц совместной жизни у нас выработался свой ритуал. Каждый вечер мы ужинаем, убираемся под звуки очередной пластинки, а затем задаем друг другу вопрос. В спокойные дни, когда играет джаз или софт-рок, Бо разгадывает судоку на диване. В другие вечера, когда музыка зовет двигаться, он воображает себя гитаристом или барабанщиком, размахивая руками и прыгая по кухне, чтобы развлечь меня, пока я заканчиваю уборку.

Теперь, когда вопросы закончились, Бо придумывает их на ходу.

Те самые «20 вопросов, чтобы влюбиться» действительно оправдали свое название.

На этом этапе я уже безнадежно влюблена в Бо. Платонически, конечно. В основном. Правда, гормоны беременной женщины иногда не согласны с «платонической» частью. Обычно это происходит, когда он массирует мне ноги во время просмотра фильмов, или когда его взгляд скользит к моему декольте в не самый подходящий момент, или когда он…ну, знаете…просто дышит рядом.

Но, несмотря на всё это, мы держим себя в руках.

— О, хороший вопрос, — говорю я, забирая у него общую ложку, пока он протягивает мне коробку. — Куда-нибудь где тепло, на пляж, однозначно. Но не в место, куда можно дешево слетать — ведь это я могу сделать и сама. Может, в Грецию? Да, Греция.

— Я тоже хотел сказать Грецию, — отвечает Бо, забирая ложку обратно. — Хочу увидеть Храм Посейдона.

— Конечно, — смеюсь я. — Поедем вместе.

— Отлично, — говорит он с набитым ртом.

— Кстати, звонил доктор Салим. УЗИ через две недели.

— Как ты к этому относишься? — спрашивает Бо.

— Немного нервничаю. Но рада увидеть Гаса.

— Какого числа?

Я цокаю языком, пытаясь вспомнить.

— Не уверена. В пятницу. Кажется, десятого? — Приподнимаюсь, чтобы взять телефон.

— Тогда приедет мой отец, — говорит Бо, проглатывая еще одну порцию и передавая мне коробку. — Если ты всё еще не против?

— Бо, я клялась тебе, что это более чем нормально. Много раз. Я с нетерпением жду встречи с твоим отцом.

— Просто уточняю, — он поднимает руки в защитном жесте. — В тот день у меня выходной, так что, может, отвезем отца куда-нибудь и заберем после приема.

— Нет, не пропускай время с ним.

— Ты что, с ума сошла? Как будто я пропущу УЗИ. В этот раз он уже выглядит как ребенок, да? А не как фасолинка?

— Да, думаю, так, — забираю последнюю ложку мороженого, опустошаю коробку и ставлю ее на журнальный столик. — А как ты относишься к тому, что скоро стукнет тридцать, старичок? — говорю я, закидывая ноги ему на колени. Он закатывает глаза и из-за нового прозвища, и из-за моего молчаливого требования, но начинает массировать мне ступни.