Чтение онлайн

— Неправда ваша! В любом случае, демоны не приглашены.

— Как будто это их когда-либо останавливало!

— Закрыли тему! — тетушка Плам скрестила руки, останавливая спор. Подобная перепалка могла затянуться на неделю, без перерывов на еду и сон.

— Согласен! Кто-нибудь собирается кормить гостя в этом доме?

— Кормись в столовке! — в последний раз вспыхнула Матильда, чуть-чуть попыхтела и повернулась ко мне, — Как экзамен, кенгуренок?

— Лучше всех, — улыбнулась я, — Он бился в корчах, но «отлично» поставил.

— Что-то вид у тебя не очень радостный, — как всегда, тетушка зрит в корень.

— Вишневскую придется спасать.

— Бедная, как будто ей мало доставалось от этого жука навозного, — мисс Плам фыркнула, умудрившись совместить в простом звуке сочувствие Танюше и презрение к Падле, — Думаю, сами справитесь?

— Конечно. Со щитом или на щите.

— Только — умоляю! — без фанатизма и членовредительства. Это мелко и недостойно.

— Кто бы говорил, — я наконец собралась с силами и оторвала расслабленную тушку от кресла, — Самый умеренный план тетушек По-Плам не оставил бы от Кистецкого и мокрого места.

— А ты не сравнивай, — встрял дядька Кимш, — Они старые и злобные, им положено. А ты пока еще белая и теоретически пушистая… Ай!

Старинный бронзовый подсвечник слетел с каминной полки и с приятным звоном отвесил разошедшемуся жнецу подзатыльник.

— Что и требовалось доказать, — не унимался наглец, — Да ладно, ладно, молчу! Я старый, больной человек!

— На голову ты больной, — Матильда временно перестала обращать внимание на Анатолия и обеспокоенно наблюдала за мной, — У тебя усталый вид. Может, спать пойдешь?

— Хорошая мысль, — я обняла тетушку и лукаво подмигнула дядьке Кимшу, — До завтра не беспокоить, не плющить, не тащить и не кантовать.

Внезапно мисс Плам ухватила меня за рукав.

— Мы к тебе гостя подселили, — неожиданно серьезно сказала она.

— Кого? — спросила я, хотя и так уже знала ответ. Сердце екнуло.

— Пришельца нашего ночного! Долгая история… В гостевых номерах яблоку негде упасть, не то что взрослому мужчине, так что…

— Что за история-то? — загорелась я.

— Сама у него и спросишь. Только он, наверное, спит еще. Бедняга, даже не поел толком, как его срубило.

Я уже мысленно смирилась с наличием соседа и следующий вопрос задала скорее по инерции:

— Надолго?

— Недели на две, если все пройдет нормально, — у тетушки был виноватый вид, — Ты точно не против?

— Не в первый раз, — всплеск любопытства прошел под натиском усталости и мигрени, честно говоря, больше всего хотелось упасть лицом в подушку и отключиться часов на двадцать, и меньше всего беспокоило наличие незнакомого мужчины в моей комнате. Главное, чтобы не храпел.

— Погоди, — мисс Плам бесцеремонно ухватила меня за подбородок и что-то быстро начертила на лбу. Кожу обожгло холодом, и головная боль наконец выпустила мой мозг из когтистых лапок.

— Спасибо, — промурлыкала я, жмурясь от облегчения, — что это было?

— Будешь смеяться, но я просто написала «Бодун» и перечеркнула. Видимо, более емкого слова для похмелья еще не придумали, — тетушка бессовестно подмигнула, мол, знаем мы, чем студенты нынче балуются.

Вот так вот. Все гениальное просто.

На полдороге к двери Матильда снова остановила меня:

— Ты… поаккуратнее с ним, ладно? Он сейчас весь, как струна — вот-вот порвется, еще и мы с Оливией добавили сгоряча. Успокой его. Накорми, напои, выслушай — пусть знает, что здесь ему ничего не грозит.

— Будет сделано, — отсалютовала я и твердо решила показать бедному парню лучшую сторону гостеприимства По-Плам.

Я тихонько повернула ручку первой двери справа от камина и на цыпочках вошла в свою комнату. Свечи не горели, только лава-лампа на прикроватном столике рассеивала темноту своим призрачно-голубым свечением. Вместо фиолетового ковра на полу лежал толстый матрас, явно в спешке вытащенный из «аврального» хранилища мебели, а под разноцветным лоскутным одеялом едва угадывался силуэт нового постояльца. Несказанно радовало отсутствие храпа, в ином случае кому-то из нас пришлось бы искать другое место для ночлега.

«Я — кошка», — усиленно думала я, пытаясь быстро и бесшумно снять берцы, — «Мои движения плавны и грациозны. Мои шаги легки, как тополиный пух, и бесшумны, как тень…»

Как назло, под ноги подвернулся резиновый мяч Броми. Издав душераздирающий писк, игрушка отскочила к дальней стене.

Вот вам и аутотренинг. Вот вам и грациозная кошка.

Я втянула голову в плечи и с опаской покосилась на матрас. Если несанкционированный звук и потревожил таинственного гостя, тот не подал виду и продолжал спокойно сопеть в две дырочки. Кажется, пронесло. Прижав к груди берцы, я бочком скользнула за старинную ширму, подаренную тетушкой По на прошлый день рождения. На темно-синем шелке, натянутом на ореховую раму, изумрудные лягушки легкомысленно перебрасывали друг другу золотые мячики, время от времени роняя их в воду. Воровато высунув нос из-за ширмы, я попыталась рассмотреть ночного гостя, но он спал на животе, и из-под одеяла торчала только шоколадно-каштановая макушка. Подавив разочарованный вздох, я кое-как скрутила волосы в пучок, подошла к зеркалу и закрепила их двумя длинными спицами для вязания. За спиной раздался шорох.

Незнакомец уже не спал.

Слегка приподнявшись на локтях, он пристально наблюдал за каждым моим движением. В полумраке черты его лица смазывались настолько, что даже возраст определялся с большим трудом, зато глаза буквально светились в темноте, как у кошек. Секунд десять мы не двигались и не произносили ни слова, а потом эта игра в гляделки мне надоела.

— Привет, — сказала я, за неимением более остроумного варианта скатываясь в банальность. Незнакомец не ответил, демонстрируя прискорбное отсутствие хороших манер. В «Клубе прекрасных принцев» его бы вызвали на дуэль, я же предпочла не кипятиться и списать грубость на нервы. Я медленно и плавно протянула руку, коснулась выпуклого орнамента в виде пучеглазой жабки на стене, и в комнате зажегся свет. Матильда специально настроила контур таким образом, чтобы крошечные магические огоньки на потолке загорались по очереди, давая зрению время привыкнуть к перемене, но гость все равно недовольно сощурился. Вопреки ожиданиям, ничего звериного в его облике не обнаружилось, даже повышенной волосатости. Молодой, лет двадцать пять. Стройный, с легким уклоном в худощавость. Из-за одеяла нельзя было точно определить рост, но не коротышка. Блестящие шоколадные волосы до плеч, предмет моей безграничной зависти. Немного вытянутое лицо, волевой подбородок, сильная линия челюсти, прямой нос, красиво очерченные губы, легкая небритость и большие светло-серые глаза под густыми темными бровями — его можно было бы назвать красавцем, если бы не изможденная бледность впалых щек и бесконечно параноидальный взгляд.

— Я Даянира. Тебе наверняки обо мне говорили, — продолжила я знакомство, внутренне все больше раздражаясь, — Это моя комната, некоторое время мы будем жить вместе.

Молчание. Даже позу не поменял.

— Как тебя зовут?

Идиотизм ситуации возрастал в геометрической прогрессии. Словно с истуканом разговариваю.

— Язык проглотил?

Ничего не ответила рыбка.

В конце концов, у всякого терпения есть предел.

— Ну и дурак, — я обиженно отвернулась и одним движением стянула с себя свитер. Вообще-то, я девушка скромная и голой спиной перед первыми встречными не кручу, но ломать этот лед глупого молчания как-то надо! Где же платье? А, на кровати!

— Ч-что ты делаешь? — чуть хрипловатый баритон так неожиданно раздался в тишине комнаты, что я едва не подпрыгнула.

— Переодеваюсь, — буркнула я, не оборачиваясь. Как назло, одна из спиц зацепилась за ткань платья, и теперь я пыталась отделить одно от другого без потерь.

— Э-эм…

— Повторюсь — это моя комната.

Сзади стихли вообще все звуки. Я наконец справилась с одеждой и повернулась ко вновь окаменевшему гостю. Опять ноль ответа. Я вздохнула и наклонилась, чтобы вытащить из-под кровати тапочки, и наткнулась на настороженный, сверлящий взгляд.