Чтение онлайн

— Дырку протрешь, — запасы моего дружелюбия, и так не беспредельные, истощились окончательно.

Кажется, помогло. Незнакомец закрыл глаза и глубоко вдохнул. Потом вдруг резко выдохнул и обхватил руками голову, словно хотел вырвать все волосы разом. Я отпрянула. Припадочный, что ли?

— Пойду-ка я, чаю попью, — промямлила я, пятясь к двери. В комнате стало неожиданно прохладно. Пальцы уже нашарили дверную ручку, когда парень вдруг поднял голову и посмотрел на меня совершенно адекватными глазами.

— Прости, — сказал он так тихо и хрипло, что я даже усомнилась — а не показалось ли?

— Wablief? — переспросила я, на миг превратившись в Лешак.

— Прости, — повторил незнакомец приятным баритоном.

Его руки подрагивали. Я ощутила острый приступ жалости.

— Начнем сначала, — протянула руку, — Я Даянира, тебе наверняка обо мне говорили. Это моя комната. Мы некоторое время будем жить вместе.

— Ерш, — парень с некоторым замедлением ответил на рукопожатие. Его ладонь была холодная и сухая.

— Как?

— Ерш, — кажется, он слегка смутился.

— Хорошее славянское имя, — сжалилась я, — Какими судьбами ты здесь, Ерш?

— Долгая история.

— Вот и ладненько, — я решительно стянула с парня одеяло, — Пойдем!

— Куда? — подозрительно поинтересовался Ерш, целомудренно натягивая одеяло обратно. Спал он, впрочем, в джинсах и свитере.

— Исправлять впечатление, — я дернула его за руку и чуть не упала, в худощавом мужском теле обнаружилась неожиданная непоколебимость, — Да чаю я хочу, чаю! И твою долгую историю. Долгая история под чаек — что может быть лучше?

Если Ерш и хотел отказаться, тело решило само за себя. Его желудок разразился таким жалобным рычанием, что мне стало смешно.

— И тебе поможем, — я довольно фамильярно похлопала парня по животу, мимоходом отметив каменную твердость пресса, — Найдется и для этого жерла палка колбасы.

Да что со мной, в самом деле? Веду себя, как какая-то бордель-маман!

— Чай так чай, — смирился со своей судьбой пришелец и нехотя натянул ботинки. Он оказался довольно высоким и длинноногим.

— Ты только не обижайся, — я сморщила нос, — но тебе не помешали бы горячий душ и чистая одежда.

— Непременно, — буркнул Ерш и неожиданно улыбнулся, преобразившись в лучшую сторону, — Только сперва — горячая пища и чистая ложка.

В гостиной мисс Плам и дядька Кимш сосредоточенно просматривали черные пергаментные списки, периодически выписывая какие-то цифры, вокруг них в первобытном беспорядке скопились справочники по нумерологии, астрономии и магическим воздействиям. Увидев Матильду, Ерш едва не смылся обратно в спальню, но я решительно вытолкнула его прямо к креслу тетушки. Та подняла голову, с трудом сфокусировала взгляд на парне и горестно вздохнула:

— Перестарались…

— Упырицы, честное слово, — Кимш оторвался от свитков и с наслаждением потянулся, отчетливо хрустнув всеми суставами, — Парень, ты расслабься, она хоть и ехидна редкостная, но сердце у нее доброе.

— И правда, — поддержала я, — Худшее позади, считай, что вообще ничего не было.

Ерш нахмурился, непроизвольно сжав кулаки.

— На прочность испытывали, что ли?

Кажется, кто-то слишком серьезно воспринял специфический ведьминский юмор. Мисс Плам размяла шею и бесстрашно встретила разом заледеневший взгляд оборотня.

— Испытывали, — мягко, как буйному, сказала она, — Проблем в мире много, а нас таких, готовых помогать, только двое. К нам постоянно являются экзальтированные личности с надуманными катастрофами, а то и вовсе с пустяками. На таких слегка надавишь — и уже беда не кажется такой большой, и желание загрести жар руками ближнего своего исчезает. А раз так, то и проблема не стоит нашего внимания. Можешь обижаться сколько хочешь, — тетушка расплела толстую русую косу, встала, подошла вплотную к парню и протянула руку, — Ну что, примешь трубку мира, или так и будешь изображать гордый столб на краю утеса?

Ерш поколебался, зачем-то посмотрел на меня и, покорившись судьбе, пожал теплую ладошку мисс Плам.

— Вот и славно, — тетушка вернулась в кресло и снова потянулась к свиткам, — Запомни, дорогуша — у дурака и шутки дурацкие.

Я поспешила увести оборотня на кухню, пока тот искал глубинное значение слов Матильды. Знакомство с дядькой Кимшем можно и отложить, хорошенького понемножку.

— Вот видишь, — назидательно приговаривала я, доставая из ледяного куба большую блестящую кастрюлю, банку сметаны, сырую рыбину и копченый окорок, — У страха глаза велики, а у тебя так вообще с блюдце. Ну проверили — не умер же?

— Они со всеми так? — спросил Ерш, уселся за массивный дубовый стол и стал с интересом наблюдать за моими действиями.

— Только с теми, кто хочет получить от них помощь, — сгрузив окорок на стол, я вручила парню разделочную доску и широкий нож, — Хочешь стать клиентом — пройди проверку и докажи, что достоин усилий.

— Ну и самомнение…

— При чем тут самомнение? — я уперла руки в боки, и холодная рыбина смачно шлепнулась о мое бедро, — Тетушки — одни из сильнейших ведьм Европы, дергать их по пустякам — все равно что просить Доминго спеть на детском утреннике! Клиенты разные попадаются, иногда и такие, что изначально притащатся с какой-нибудь ерундой, а потом еще неделями капают на мозги. Проверка таких отсекает, вот и все.

Я открыла дверцу винтажной духовки и ласково кис-киснула. Послышалось урчание, и здоровенный, размером с хорошего барсука жар-кот перевернулся на другой бок и шумно зевнул, показывая острые золотые клыки. По его огненно-рыжей шерсти пробегали искры, усы потрескивали, а большие круглые глаза отбрасывали красноватые блики на полкухни. Ерш присвистнул:

— Ничего себе!

— Таких во всем мире всего шестнадцать, — я скормила коту рыбину и почесала размякшего пушистика за ухом, — если не считать остальных жар-зверей.

Кошак потянулся, шкрябнул когтистой лапой по стенке духовки и весь, от хвоста до кончика носа, вспыхнул ярким пламенем, мгновенно накалив металлическую пластину, заменяющую обычные газовые горелки. Я аккуратно закрыла дверцу.

— А пироги вы где печете? — спросил Ерш, пытаясь разглядеть зверюгу сквозь толстое темное стекло.

— А пироги мы ему на пузо кладем. Он форму лапами обнимает и засыпает, так пламя тише и пирог не горит.

Я звонко шлепнула по протянутой руке парня.