Правда о Порт-Артуре. Часть II
Шрифт:
— Слава въ вышнихъ Богу, и на земли миръ… — тихо, мелодично отвтилъ хоръ.
Желтая масса халатовъ волной опустилась на землю.
Я не могъ стоять дольше — у меня закружилась голова, и горло сдавило.
Жалость, безсиліе, безпомощность… Тяжело!
Вышелъ за ограду церкви.
Тихій вечеръ. Звздъ много. Народившійся мсяцъ какъ бы въ полусн льетъ свой слабый свтъ на дремлющій Квантунъ.
Лишь на сверо-восточномъ фронт раздаются рдкіе орудійные выстрлы. Щелкнетъ, словно хлопушка, ружейный выстрлъ. Зататакаетъ и оборветъ пулеметъ. Опять все тихо. На мор тишь. Городъ спитъ. Кругомъ враги притаившіеся.
— …и на земли миръ… — неотвязно звучитъ мотивъ великаго христіанскаго славословія.
Нтъ, никогда еще на земл не было мира и не будетъ, пока люди не начнутъ славить Бога не только на словахъ, но и на дл.
Объ этомъ теперь можно только мечтать.
2 октября.
"…Въ виду неудачи первой вылазки ршено было сдлать новую попытку произвести съ форта № 2 развдку… Охотниковъ собралось 62 человка и 5 саперъ. Руководителемъ вылазки взялся быть бывшій штурманъ дальняго плаванія, прапорщикъ флота Алалыкинъ…
…По плану, Алалыкинъ со стрлками долженъ былъ пробраться съ лвой стороны форта, какъ мене наблюдаемой противникомъ: два сапера съ надрывными патронами, въ 18 ф. пироксилина каждый, должны были итти сзади, остальные 3 сапера, также съ патронами, вышли по лстницамъ, выходящимъ въ углу форта къ проволочной сти расположенной по гласису, и отсюда должны были броситься вмст съ двумя, шедшими слва по гласису, стараясь отыскать минные колодцы и подорвать ихъ въ то время, когда охотникамъ-стрлкамъ удастся оттснить японцевъ изъ ближайшей параллели.
Въ 12 ч. ночи съ форта II-го произвели условный выстрлъ изъ миннаго аппарата миной Уайтхеда съ 70 ф. пироксилина. — Раздался страшный взрывъ — повидимому, мина не попала въ окопы… и черезъ 10 минутъ японцы снова принялись за работу… По этому сигналу, охотники должны были, обогнувши фортъ, двинуться на японскія параллели.
…Прошло 10–15 томительныхъ минутъ… раздалось 67 выстрловъ… все стихло.
Черезъ полчаса вернулись люди, а за ними чуть не плачущій Алалыкинъ. Оказалось, что посл того, какъ съ японскаго поста послдовали выстрлы, ранившіе 2 охотниковъ, остальные повернули назадъ, и когда Алалыкинъ обернулся, то увидлъ, что остался съ 3 матросами, и, конечно, принужденъ былъ вернуться обратно.
Вылазки снова потерпли полную неудачу — ужъ очень ослаблъ нервами нашъ солдатикъ, въ немъ нельзя узнать прежняго легендарнаго русскаго воина. Обидно, придется итти впередъ нашими контръ-минами на ощупь".
Я не могу согласиться съ покойнымъ Сергемъ Александровичемъ.
Не нервами ослабъ нашъ "солдатикъ", въ немъ живъ еще духъ суворовскихъ чудо-богатырей.
Не то!
Съ нашимъ солдатомъ-воиномъ нужно умть обращаться. Не нужно забывать, что эта "безотвтная срая скотинка" хоть и немного, но умственно и духовно постепенно развивается.
Не нужно забывать, что она уже полуграмотная. Нужно помнить, что она уже понемногу начинаетъ относиться критически ко всему вокругъ происходящему.
Приказъ генерала Стесселя по адресу поручика Ендрежіевскаго глубоко запалъ въ души стрлковъ.
Они и такъ, благодаря ненормальному теченію нашей войсковой жизни, большей частью лишь боятся, но не любятъ и не довряютъ своимъ офицерамъ.
Стессель же своимъ глумленіемъ надъ геройски-храбрымъ Ендрежіевскимъ усилилъ это недовріе къ офицерамъ вообще, а къ офицерамъ, вызывающимъ ихъ на дло крайне рискованное, въ частности.
А вдь жить и жить подольше всмъ хочется. Все равно какъ, но лишь бы жить.
Для того, чтобы подвигнуть нижнихъ чиновъ на героизмъ, нельзя глумиться надъ офицерами, съ которыми они идутъ умирать.
"Нашъ крестьянинъ до такой степени изголодался, — пишетъ одинъ изъ величайшихъ современныхъ русскихъ умовъ [26] ,— что военныя качества русскаго солдата непремнно должны были понизиться, и заслуживаетъ величайшаго удивленія та стойкость, которую все-таки обнаружилъ русскій солдатъ на Дальнемъ Восток".
Совершенно и безусловно врно.
26
Г. В. Плехановъ. Дневникъ, № 1. Мартъ 1905 г. Мукденъ.
Не говоря уже про хроническое недоданіе на земл, артурскій крестьянинъ-воинъ давно уже въ самой крпости началъ питаться очень умренно, при максимум физическаго и душевнаго напряженія.
Что же удивительнаго, если онъ издергался и пересталъ быть упругимъ?
Съ одной стороны, ненормальное питаніе, люди физически слабютъ.
Съ другой стороны — люди духовно (въ военномъ отношеніи) растлваются нетактичными, дикими выходками старшаго начальника.
Удивительно ли, что солдатъ нашъ началъ терять обликъ легендарнаго воина?
Люди, умиравшіе отъ ранъ, цынги, истощенія, долбимые, какъ въ ступ, снарядами — защищались.
Защищались до тхъ поръ, пока не приказали имъ положить оружіе и сдаться.
Русскіе люди, потерявъ обликъ легендарнаго воина, создали артурскаго страстотерпца.
Телефонограммы.
3 октября.
Копіи.
Вылазка съ форта 2 не удалась.
Передъ фортомъ 2 и Куропаткинскнмъ люнетомъ японцы въ мертвомъ пространств успленно работаютъ.
Удерживать свои окопы тяжело.
Капитанъ Головань.
4 часа 20 м. утра.
Капониръ 3 въ орудійномъ огн. Все разрушено. Держаться трудно. Надются удержать.
Капитанъ Головань.
3 часа 20 м. дня.
Стрлковая капитана Мошинскаго [27] батарея подбила два орудія, стрлявшія по городу.
Мичманъ Вонлярлярскій.
5 час. 40 м. вечера.
Передняя часть капонира 3 взята японцами. Приказано отобрать.
Капитанъ Головань.
5 час. 50 м. вечера.
27
Стрлковая батарея, подъ командой капитана Мошинскаго, отличалась въ теченіе всей осады замчательно мткой и удачной стрльбой.
Наши занимаютъ заднюю часть капонира 3. Лвая передняя горитъ, правая въ рукахъ японцевъ. У нихъ метательный мннный аппаратъ, пулеметы, бомбочки. Выбить трудно.
Капитанъ Головань.
10 час. 40 м. вечера.
Телефонограммы.
3 октября.
Копіи.
Развдчики 26 полка [28] , подъ командой заурядъ-прапорщика Макурина, подползли къ непріятельскимъ окопамъ и, забросавъ бомбочками, заставили бжать. Испортили окопъ на 700 шаг. Забрали шанцевый инструментъ.
Флигель-адъютантъ полковникъ Семеновъ.
6 час. 20 м. утра.
28
Полкъ флигель-адъютанта Семенова.
На западномъ фронт безъ перемнъ.
Капитанъ Романовскій.
9 час. 55 м. утра.
3 октября.
"День неудачъ: прежде всего, въ нашей лвой галлере образовался провалъ, и изъ нея мы увидли ясное небо… Пришлось задлать чуть ли не на сажень готовой галлереи и опуститься сразу колодцемъ до материка.
…Очень скоро подъ выстрлами изъ осадныхъ мортиръ и 150 м/м пушекъ рухнули блиндажи на капонир № 3, придавивши бывшихъ въ нпхъ людей; начались пожары упавшихъ покрытій, и весь капониръ заволокло дымомъ… а еще боле отъ рвавшихся гранатъ…
…Комендантъ донесъ, что держаться не можетъ, и ему разршено было очистить укрпленіе… Когда огонь утихъ, приказано было снова занять капониръ, но японцы засли въ передней его части, втащили сюда пулеметъ и отбили нашу попытку взять капониръ обратно. Но наши такъ и остались въ тыловой части капонира до поперечнаго хода сообщенія къ орудію, стоявшему на самой горбушк горки. занятой капониромъ…
…За день мы потеряли 14 убитыми, 137 ранеными…"
Телефонограммы.
4 октября.
Копіи.
Капониръ 3 въ прежнемъ положеніи. Удерживать его трудно — обстрливается съ фланговъ и тыла.
Капитанъ Головань.
4 часа 25 м. утра.
Телефонограммы.
4 октября.
Копіи.
На западномъ фронт безъ перемнъ.
Капитанъ Романовскій.
9 час. 35 м утра