Право на любовь
Шрифт:
– Ну, решай, милая. Остаёшься или возвращаешься со мной.
Она обхватила себя руками и подошла к окну, пытаясь убедить, что безопаснее и удобнее будет остаться здесь. По крайней мере, её жизнь будет спокойной, без всяких опасных приключений. Но внутренний голос зловредненько так шептал, что она теперь не сможет без приключений, слишком Дени к ним привыкла, и спокойная жизнь её не устроит. Да и... Она не сможет без Дика. Врать бесполезно, он ей нравился, девушке было хорошо с ним, и с этим ничего нельзя поделать. Он заботится о ней, он всегда рядом, готовый помочь, успокоить, защитить. И целуется он просто отлично, что ни говори. Вот так. Даниэль нервно вздохнула, повернувшись к нему, её глаза, казалось, мерцали в полутьме каким-то странным светом.
– Ты выиграл, - сказала она, глядя на Дика.
– Я возвращаюсь. Мне не жить без Арании... и я слишком привыкла к твоему присутствию.
Про поцелуи она решила промолчать. Ричард улыбнулся, крепко обняв её.
– Ты не представляешь, какой камень свалился с моей души, - прошептал он.
– Родная моя, я очень тебя люблю...
Она вдруг чуть улыбнулась, удивившись той теплоте, что разлилась в груди от этих слов.
– Спасибо.
Они зашли в машину, и через несколько мгновений оказались в Арании. Зайдя в гостиную, Даниэль вздохнула, покачав головой:
– Боже, здесь даже ночью жарко.
– А мы устроим небольшой сквознячок, - Дик открыл балкон и дверь на террасу.
– Надеюсь, ты и вечером дашь мне спокойно помыться и переодеться, - сказала Дени, прежде чем зайти в ванную.
– Кто знает...
– Ричард посмотрел в потолок.
– Мне может надоесть быть хорошим парнем.
– Только попробуй, - усмехнулась она.
– Моё возвращение не значит, что тебе всё можно.
Холодный душ немного освежил Даниэль, надев тонкую ночную рубашку, она вышла из ванной.
– Я бы сейчас с удовольствием искупалась в том озере, - вздохнула Дени.
– Милая, а где твой халат?
– небрежно поинтересовался Дик, не в силах отвести взгляд.
– В нём жарко!
– пожала она плечами.
– Ночь и так душная, не хватало ещё таскать на себе этот балахон, - она растянулась на кровати поверх одеяла.
– И куда же делась твоя патологическая стеснительность, а?
– он стоял, облокотившись на спинку кровати, и смотрел на Даниэль. Тонкий шёлк мягко обрисовывал плавные изгибы фигурки, и Дик с трудом сдерживал желание прикоснуться к девушке.
– Что, мне удалось избавить тебя от неё?
Она неожиданно хихикнула.
– Знаешь, не думаю, что это ты, - протянула Дени, в голосе слышалось сдерживаемое веселье.
– Кажется, это всё-таки климат.
Глаза девушки откровенно смеялись.
– Да ну?
– изогнул он бровь.
– Климат, говоришь? А может, твои собственные чувства ко мне?
Вспыхнув, Даниэль запустила в него подушкой. Дик легко поймал её, притворно грозно сказав:
– Это что значит, женщина?
– А нечего задавать нескромные вопросы, - она скрестила руки на груди.
– Хм... Ты считаешь нескромным то, что я тебе нравлюсь?
– Ричард приблизился к ней.
– А как же тогда охарактеризовать мою любовь к тебе, леди Колючка? Верх непристойности, да?
– Дик, иди к чёрту, - решительно отозвалась Дени, - и давай спать. Я очень устала сегодня...
– Хорошо, хорошо, - негромко рассмеялся Ричард, снимая рубашку и направляясь в ванную.
– Не буду больше злить тебя, милая.
Даниэль успела задремать, когда он вернулся, так велика была её усталость. Когда же Дик погасил свечи и лёг рядом, она привычно свернулась калачиком у него под боком.
– Спокойной ночи, котёнок, - шепнул он, коснувшись приоткрытых губ девушки.
Она только сладко зевнула в ответ, уже уплывая в сон.
Даниэль проснулась среди ночи, почувствовав, что в спальне очень душно, несмотря на открытое окно. Девушка осторожно встала, постаравшись не разбудить Дика, и тихо выругалась.
– Я бы всё отдала за то, чтобы искупаться в озере, - подумалось ей, и вдруг улыбка медленно появилась на её лице.
– Собственно говоря, а почему бы и нет?
Она быстро переоделась в купальник, что не забыла захватить у Дарьи, натянула рубашку и штаны, и выскользнула из комнаты. Оказавшись в парке, она тихо свистнула, надеясь, что единорог бродит где-то поблизости и услышит её зов - так и получилось. Когда животное появилось на дорожке, казалось, его шерсть светится в мягких лучах луны.
– Ну, милый, прогуляемся с тобой, - улыбнулась она, садясь на единорога.
Лёгким галопом животное выскочило на улицы спящего города, выехало за его пределы, и углубилось в лес. Предпринятый девушкой вояж здесь, в Арании, был абсолютно безопасен, поскольку разбойников и прочих сомнительных элементов здесь отродясь не было.
Оказавшись, наконец, на берегу заветного озера, она соскользнула на песок, очарованная красотой этого места, быстро сняла штаны и сапоги, оставив рубашку, и окунулась в прохладную воду. Посреди озера выступал над водой большой камень, Даниэль направилась к нему. Выбравшись на него, она выпрямилась, откинув назад голову, и положила руки на затылок.
– Никогда не думала, что ночь может быть такой прекрасной, - прошептала она, закрыв глаза.
– Чёрт возьми, я начинаю любить жизнь!
Тряхнув головой и негромко рассмеявшись, она подняла руки и нырнула в озеро. Все сомнения, страхи, неуверенность покинули её, Дени чувствовала себя лёгкой и свободной, спокойствие и радость переполняли душу.
Внезапно Даниэль почувствовала чьи-то руки на талии, и испуганно обернувшись, увидела голову Дика.
– Я должна была догадаться, что никто кроме тебя не может оказаться здесь в этот час, - проворчала она, отплыв подальше от него.
– Как ты понял, что я тут?
– Ты разбудила меня, когда уходила. Милая, ты не могла бы в следующий раз оставлять хотя бы записку, если тебя тянет по ночам гулять на природе?
– улыбнулся он.
– А то я мог подумать, грешным делом, что Эрик совсем обнаглел.
– Не притворяйся, что сердишься, - она со смехом плеснула ему водой в лицо.
– Ты прекрасно знаешь, что я к утру вернулась бы, и ты даже не догадался, что я куда-то отлучалась.
– Тебе не следовало так шутить, - Ричард вытер лицо.
– Радость моя, в гневе я страшен.
Даниэль взвизгнула и быстро поплыла к берегу, но у самого пляжа Дик догнал её и схватил за талию. Они рухнули в воду, весело смеясь и подняв тучу брызг.
– Потише, зверь, утопишь, - она отбивалась от Ричарда, пытаясь встать на ноги.