Чтение онлайн

Сегодня мы по разные стороны этого стола, и он кажется мне стеной, отделяющей нас друг от друга.

Папа не может сидеть спокойно, он вскочил и ходит туда-сюда, шумно недовольно дыша.

Останавливается напротив и чеканит, подавляя раздражение:

– Не рассказываю, Алина, потому что это не твое дело!
– резко парирует он, еще сильнее повышая голос.
– Большой бизнес - не место для маленьких девочек. Не рассказываю, и, как выясняется, правильно делаю…

– Нет, мое!
– тоже вскочив, возражаю, и голос дрожит от нарастающего возмущения.
– Я тоже причастна к тому, что происходит в компании.

На мгновение наступает звенящая тишина. Папа не двигается, но его взгляд становится острым, как лезвие.

– Именно поэтому, Алина, - подавшись вперед, вонзается он в меня своими лезвиями - впервые в жизни смотрит на меня так .
– Именно поэтому я не хочу, чтобы ты вмешивалась. Ты достаточно "помогла". Ты это хотела услышать?
– добавляет после долгой паузы, во время которой я тускнею и тухну от его неприкрытых обвинений.
– Этого хватит, чтобы ты поняла и перестала путаться у меня под ногами?

Я замираю, будто меня ударили.

– Не путалась у тебя под ногами?
– переспрашиваю я, голос мой звучит глухо.
– Ты… правда этого хочешь?

Он молчит, стиснув челюсти. Я вижу, что ему трудно. Что он сам сожалеет о своих словах, но не собирается забирать их обратно. Большего упрямца, чем мой отец, отыскать трудно.

Но и я не отступлю - упрямство я унаследовала у него. Хоть и не пойду в открытую конфронтацию - хитростью я пошла в маму.

– Хорошо, - выдыхаю, чувствуя, как в груди поднимается ком обиды.
– Я не буду мешать.

Разворачиваюсь, чтобы уйти, но слышу его голос за спиной:

– Алина!

Замерев в центре кабинета, не оборачиваюсь.

– Это не значит, что я не ценю твою помощь… - в голосе больше нет ни капли гнева - папа остывает так же быстро, как вспыхивает.
– Или тебя.

– Я знаю, - делаю последние шаги до двери, берусь за ручку и только тогда поворачиваюсь к нему:

– А почему ты сам не обратился к Поланскому как обещал мне? Ты говорил, что он - наш единственный шанс, но до сих пор так и не был у него. Почему?

– Потому что… Это сложно, Алиненок, - он слова ласков со мной.

– Герман Поланский ждет в приемной. Может, хоть сейчас вы поговорите и объединитесь против общего врага.

– Общего?
– вскидывается отец.
– Безруков присосался только к нам.

– На самом деле нет, - входит без приглашения Герман.
– Не только. Ваш зять оказался умнее моего алчного братца, и провел его. Я не знаю подробностей - пока, - но выходит так, что Владлен нанял Безрукова, намереваясь внедрить его в вашу фирму с целью промышленного шпионажа. Иван же, похоже, оказался не дураком и, когда понял, что ему удалось не только проникнуть в фирму, но и завоевать сердце ее наследницы, - говоря это, он не смотрит на меня, а мне хочется раствориться в воздухе, испариться, исчезнуть - так мне стыдно что оказалась такой легковесной дурой.

Что позволила себя обмануть, что не увидела его корысти…

Я думала, Иван любит меня, что мы - родственные души, две половинки… Но не я ему была нужна, а мои деньги. Точнее, деньги моего отца…

– То решил кинуть старого дружка, и поиметь больше, став зятем самого Каурова, - усмехается Герман, чем заслуживает недобрый взгляд от папы.

Боже, они как два боевых быка на арене! Брови насуплены, ноздри раздуты, взгляд исподлобья - только и ждут сигнала, чтобы кинуться друг на друга! Каждый хочет быть главным, тянет одеяло на себя и не хочет уступать. Разве они договорятся?..

– Я все еще не понимаю, как это объясняет, почему он и твой враг тоже, - напоминает отец нелюбезно.
– Здесь пока только про нас.

– Безруков вместо того, чтобы шпионить на брата, стал шпионить против него - чтобы кусок, который ему достанется, был больше. За последние полгода мы проиграли вам немало контрактов.

– Потому что я умнее?
– с ядовитой улыбкой парирует отец.

– Потому что я был занят, - не менее ядовито отвечает Поланский.

Кажется, его ледяное спокойствие начинает трещать по швам.

– Так занят, что не было времени уследить за братом?
– усмешка папы почти презрительна, и Герман не уступает ему в этом.

– Влад выбрал очень удачный момент для своей маленькой революции. Я был сосредоточен на других объектах и немного отпустил управление проектами на самотек. Поэтому нездоровую тенденцию повальных проигрышей заметил не сразу.

– Ты же не думаешь, что я их тебе уступлю, - сухо бросает отец, выпрямив спину, - раз они, по-твоему, достались мне нечестно?

– Нет, не думаю. Я просто хочу поквитаться.

– Поквитаться?
– папа сдвигает брови, в его глазах появляется мрачное понимание.
– И ты думаешь, я стану помогать тебе в этом? Мне нет дела до твоей вендетты.

– Потому что у тебя своя?
– парирует Поланский.

Его лицо неподвижно, но глаза холодно мерцают. Отец оскаливается, уголки его губ опускаются в зловещей полуулыбке, а затем, спустя долгую паузу, всё же отвечает:

– Хотя бы поэтому. У меня личные счеты с Безруковым, и делиться своей добычей я не намерен. Я сам с ним разберусь. Ничья помощь мне в этом не нужна.

Воздух в кабинете будто сгустился, становясь липким и вязким. Настенные часы едва слышно тикают, отмеряя секунды молчания, напряжение нарастает.

– Папа, но ты же сам говорил… - пытаюсь напомнить я ему наш разговор, когда он сам считал, что союз с Германом - наш единственный шанс спасти компанию от наглых притязаний Ивана.

Даже собирался чем-то поступиться, чтобы склонить его к сотрудничеству, а теперь, когда Герман пришел сам и сам предлагает партнерство в этом вопросе, он отвергает его.

Почему?..

Ничего не понимаю.

– Я ошибся, - отрезает он жестко.
– Неправильно оценил ситуацию, теперь я знаю, что мне хватит своих ресурсов, чтобы ни с кем не делиться планами и не делить свой бизнес.

– Я и не претендую на твой бизнес, Кауров, - цедит Герман, а его стальные глаза опасно поблескивают - ему явно не понравились намеки отца на его тайные притязания.

А, может, они правда есть и просто я их не вижу?..

– Я лишь предлагал объединить усилия в этой борьбе. Но раз ты не нуждаешься, - он разводит руками.