Чтение онлайн

– Тогда завтра с утра в травматологию.

– А за ночь?

– Ну, мы сделали всё возможное…

– Пойдёмте сейчас. Хотя, нет. Заведующие отделениями?

– Рабочий день закончился.

– Это при умирающих-то?

– Мы сделали всё, что смогли, – повторил толстяк. – И я же не говорю, что они вот-вот. Просто… Есть такое понятие – безнадёжность. А дежурные врачи на местах.

– Давайте нам дежурных врачей. Пусть проведут.

– Вам обоим отдохнуть надо. Вы бы утром с новыми силами.

– Я ещё не умею воскрешать. Ну, почти… Даже с новыми силами. А ты чего молчишь? – спохватился он, глядя на Алёну.

– Я… ничего.

– Тогда пойдём, – встал Максим навстречу вошедшим дежурным врачам. – А Вам, Станислав Егорович, спокойной ночи и приятных снов.

Когда они вышли, толстяк, тяжело вздохнув, позвонил жене, чтобы его не ждала – дела. И пошёл вслед за этими странными визитёрами. Насторожило его это пожелание приятных снов.

В травматологии умирал один молодой матросик. Где-то перехватив спирта, набрался и на угнанном мотоцикле въехал в толпу стоявших на автобусной остановке.

– Двое там. В морге. Тоже молодые. А этот после них – в столб. Не жилец, – сообщил врач. Мы, конечно, сделали всё возможное… Но…

Максим протянул руки. Сосредоточился. Да ничего возможного они и не делали. Вон, печень не ушита. Раздробленная почка кровоточит. Лёгкое размозжено. Может, не умеют? Или не хотели?

– Пойдём к следующим, – тронула его за плечо Алёна.

– Подожди. Надо же здесь…

– Да пойдём же!

– Нет. Надо же…

– Не надо! Пускай!

– Да ты что? – переключил внимание на девушку Максим.

– Ты что, не слышал? Почему он здесь, не слышал? Я не буду. Понимаешь, не буду!

С минуту длилась пауза. Алёна аж дрожала от гнева и нетерпения. Пусть только этот… этот… она ему скажет… Всё скажет! Понял это и Максим. Не хватало здесь выяснения отношений.

– Ладно. Тогда иди к другим. Я скоро, – сказал он и вновь повернулся к умирающему. Максиму удалось сказать это таким обыденным тоном, как… ну как взрослый уступает на время капризному ребёнку. Лишь бы тот не мешал заниматься серьёзным делом. Поэтому девушке оставалось лишь негодующе фыркнуть и развернувшись, вернуться в ожоговое отделение. Здесь тоже умирало двое, в том числе и женщина. Где они облучились и при каких обстоятельствах дежурный врач не знал, а, может, и знал, но распространяться об этом не захотел. Алёна взялась за них, а когда её скрутило от боли, вдруг поняла, от чего её избавил Максим, предложив заниматься восстановлением сил уже избавленных от радиации моряков.

– Бедный Максимка, – с нежностью прошептала она. – Но всё равно дурак! – вздохнула девушка, начиная борьбу с недугом.

Когда в эту палату пришёл Максим и остававшийся при нём главврач, Алёна стояла у окна, набираясь лунного света. Дежурный врач сидел возле спящей пациентки, не сводя с Алёны восторженно – изумлённых глаз.

– Ну, что здесь? – озабоченно поинтересовался юноша.

– Вот. Женщину почистила. Сейчас и его…

– Давай вдвоём. Как там, хорошо?

Хотелось, ах, как хотелось Алёне отправить этого… этого… возиться дальше с пьянью-убийцей, но уж очень болезненным было это исцеление. Да и устала она.

Скоро сутки. А он? Ну, он парень. Мужчина.

– Хорошо. Ещё немного луны…

Они постояли у окна, а врач тем временем что – то шептал своему начальнику.

– Не только здесь, – ответил на сообщение главврач. – Но имейте в виду – военная тайна.

А таинственный дуэт вновь взялся за исцеление, ещё больше изумив очевидцев.

– Ну вот и всё. Мы завтра наведаемся. Чтобы завершить и закрепить.

– Всё на сегодня? – поинтересовался главврач, поглядывая на звёздное небо в окне.

– Уже и утро скоро.

– А у вас – всё? В смысле срочности?

– Всё. Остальные до утра доживут. Наверняка.

– А остальные где? – поинтересовался Максим.

– Какие остальные? – насторожился главврач.

– Те. Калеки.

– Ну те же… в отдельном корпусе. Но они же… как прикажете. Завтра посетим.

Они вышли из палаты и пошли по полутёмным сейчас коридорам и лестничным маршам.

Длинный коридор привёл в другое дальнее крыло, где их ждали две маленькие, гостиничного типа комнатки. Правда, с телевизорами, телефонами и санузлами в каждом.

– Это, как бы гостевые. Знаете, приезжают родственники. Некоторым мы разрешаем присматривать. За особо тяжёлыми.

– Что-то не видел я никого из родственничков, – озлобленно возразил Максим.

– Это сегодня. В связи с вашими эээ вашей деятельностью, мы попросили их сегодня… отдохнуть. Вам же не нужны свидетели?

– Ну, это другое дело, – согласился Макс. Они распрощались и вскоре подростки остались одни, пока в номере Алёны.

– Я никакая. Просто никакая, – констатировала девушка, расстилая постель. – Как ты всё это терпишь?

– Я же говорил, что у меня боль прошла. Ты мне скажи вот что… Я с твоими бусами мог бы их всех за ночь. Почему они у тебя не так…эээ… ну, эффективны, что ли?

– Я не знаю… Может… не научилась ещё?

– Время дорого. Некогда учиться. Боюсь, не такие лохи наши Крокодил с Кашалотом.

Чувствую, не так просто мы от них…

– Я тоже чувствую. Не тем мы занимаемся. Мне надо братишек… Аж сердце почему-то холодит, как о них вспомню.

– Слушай… дай мне эти бусы. Ну, на сутки какие. Я всё равно не смогу пока ничем другим… А ты…

– А я тогда с братишками…

– Холера наверняка добудет адрес!

– Тогда на, держи. Теперь – вон! Буду раздеваться и спать.

Максим вышел и в своем номере привычно намотал бусы на правое предплечье. Камни нежно прижались к коже, передавая ещё сохранившееся тепло девушки.

А главврач, озадаченно покачивая головой, вернулся в кабинет. Собираясь с мыслями, попробовал, как эта молодёжь попить лунного света. Ничего, кроме сонливости не почувствовав, пошёл по отделениям, в которых проводили свои странные опыты эти визитёры. Оказалось, что Станислав Егорович плохо думал о своих подчинённых. Ночной госпиталь подспудно бурлил. Не только заведующие отделениями, но и большинство врачей оказались в ординаторских, обсуждая происходящее. В принципе, это были профессионалы, знающие и любящие своё дело.

Догадки высказывались самые невероятные. Но факт оставался фактом – состояние всех, абсолютно всех пациентов, которых "лечила" эта странная парочка, резко улучшилось. У отдельных – вплоть до полного выздоровления. У остальных – можно ожидать этого же в ближайшее время.

– До исхода эксперимента молчать абсолютно! – приказал главврач. – Считайте происходящее военной тайной со всеми последствиями её разглашения! И предупредите подчинённых.

В эту ночь не спали ещё двое упомянутых здесь персонажа.