Чтение онлайн

– Какое там, – вздохнул Макс, подходя к окну. – Пора. Да кто вы и что вы здесь…?

– Я… чтобы… Но дверь была открыта… Я подумала, что никого нет… Вот, мы решили с другими… – она начала что-то выкладывать на стол. – Всё домашнее.

Нашим-то ещё нельзя. А вы… Ну, надо же и вам…

– Да что вы! Перестаньте! – кинулся Максим к столу, пытаясь перехватить руку с очередным пакетом. И замер. Где он видел такие глаза? Или не видел вообще? И такое лицо? Нет, и это лицо!

– Вы… – начал было он.

– Да, я, – улыбнулась молодая женщина, – узнали?

– Не в тундре живу. Хотя, и "тундра" вас знает.

– Тундра? – изумилась девушка.

– Неважно. Вы так ворвались… Знаете, все мои друзья в вас влюблены. Ну, платонически, конечно. А на ваш концерт всем классом ездили. В областной центр.

– Всем классом? Это когда же? Ну да ладно. Вы меня знаете. А вы? Кто вы?

– Я… я просто… Максим. А что вы здесь делаете?

– Так просто – "Максим"? И это исчерпывающий ответ? Ладно. Я здесь потому, что мой младший братишка разбился на мотоцикле.

– А… мотоциклист. Но с ним ведь уже всё… Постойте, как это "младший"? – спохватился Максим.

Но гламурная певица, побледнев, тоже схватилась за недосказанную Максимом фразу.

– Что "всё"? Что "всё"? – в испуге схватила она юношу за плечи и заглянула в глаза. От близости этих глаз, тонкого аромата духов и коснувшегося лица шёлка волос у Максима захватило дух.

– "Всё", это значит, что он поправляется. Что больше ему ничего не грозит, – успокоил он новую знакомую.

– Но врач говорил, что печень… и почки… что останется инвалидом, – всё также, глаза в глаза прошептала дива.

– Это когда он говорил? – нахмурился Максим.

– Вчера.

– Ну, вчера. После сегодня он так не скажет. Вы были сегодня…

– Нет, я вот вечером приехала. Работа, семья…

– Семья?

– Да чему вы удивляетесь, милый юноша? Я ведь вам не ровесница. Это так – грим, макияж.

– Но сейчас-то вы без макияжа? И всё равно…

– Ну, это в утреннем свете.

– Да. В утреннем свете… Пора, – спохватился Максим. – Спасибо, конечно, за угощения, но, знаете… Заберите, пожалуйста. Это всё уже скоро понадобиться вашим родственникам.

– И не подумаю. Я пообещала остальным, что передам. Ну, Максим, ну пожалуйста.

Не заноситесь.

– Я!? Это можно так подумать? Хорошо, оставляйте. Я знаю, кому занести.

– А можно… Тут дело в том, что… вы только не обижайтесь. Ай, всё равно все уже знают. Всё-таки мы бы смогли вам помогать…

– Нет! Это будет отвлекать!

– Ну, среди нас есть женщины и постарше, – улыбнулась певица.

– Возраст здесь не причём, – покраснел Максим.

" Причём-причём" – опроверг это утверждение озорной взгляд женщины.

– Хорошо. Пойдёмте! – решил Максим, забирая снедь и цветы.

Глава 36

Поначалу они зашли к брату певицы. Что-то насторожили Максима высказывания врача.

"Врёт. Интересничает перед знаменитостью. В благодетели набивается. А, пусть.

Мне то что до неё" – решил Максим, обследовав своими чудесными лучами незадачливого мотоциклиста. Тот крепко спал. Вздохнув, Максим растворил в организме выздоравливающего свой золотой луч, после чего они направились в "тот корпус". Наверное, ещё один день… и одна ночь. Продержимся! А потом я им здесь ещё тот разгром устрою. Те, из детского дома здесь отдыхают! Обкрадывать этих!

Да что у нищих и красть – то? У-у-у, уроды! Как там у Алёны? – с этой мыслью он вошёл к несчастным. За ним последовала и набившаяся в помощницы дива. А когда, вечером, они вышли, с Максимом шла уже другая женщина. даже не спрашивая разрешения, она зашла к юноше в номер, упала на кровать и взахлёб, с подвыванием, разрыдалась.

– Сволочи! Сволочи!! Сволочи!!! – стонала певица. – А мы…, а я… Но я не знала! Я честное слово, не знала! Простите меня… Я завтра… А вы… вы их и правда… вылечите?

– Этих – да…

Максим не хотел разговаривать, ни обещать, ни успокаивать. Ничего не хотел. Вот, отдохнуть немного – и опять туда. А эта – пусть порыдает. Полезно пропечь душу стыдом. Пойти, что ли в номер Алёны? Не ложиться же здесь, рядом с артисткой. Гм…

Рядом.

В дверь очень коротко постучали. Максим даже обернуться не успел, как оказался в крепких объятиях.

– Ну, здоров, бродяга! – пробасил спецназовец. – А поворотись-ка, сынку! Да-а.

Это – совсем другой ракурс! Молодчина! И сразу – навёрстывать? – тормошил пол… нет, уже генерал юношу, косясь на лежащую на койке зарёванную девушку.

– Здравствуйте! Это… помогала мне сегодня в вашем госпитале.

– А-а! Ясно. Где-то я вас… ну, конечно! Поздравляю, Максим! Если у нас будут здесь такие помощницы…

– Вам шуточки, господин генерал? А вы сами, а? Видели, как они… существуют? – накинулась на него певица. – И вы там, чего улыбаетесь? Генералов, как собак нерезаных, а бардак прекратить не можете.

– Кто генералы? – взглянул теперь на погоны гостей и Максим. – Ого! Ну, поздравляю, поздравляю. Вам, Юрий Владимирович, оно конечно… а вот… ну, нет слов!

Действительно, теперь и бывший полковник, и бывший майор носили генеральские погоны.

– Мы всё же раскрутили их всех без тебя, – словно оправдывался, пожимая руку, бывший "майор Анатолий". Вот за это… Но это так, мусор. Спасибо дружище! Что спас, спасибо! И как я рад, что ты живой…

– Дымной жизнью труб, канатов и крюков! – вновь повторил улыбаясь Максим.

– Выйдем, разговор есть, – предложил Юрий Владимирович.

– Мне ваши секреты вовсе и не нужны. Сама выйду! – фыркнула певица, хлопнув дверью.

– Всё равно выйдем.

В пустынном по случаю позднего вечера лесопарке поговорили. Нет, Максим сейчас не может никуда поехать. Во-первых, надо закончить с этими ребятами. И с персоналом тоже. Того корпуса. Во – вторых, назревает разборка с Крокодилом. Кто это? Пока не важно. Кстати, генералов вам кто присвоил? Ага… А по чьему представлению? Понятно. На что намекаю? Да так. А кто по нам всё – таки там долбанул? Такие ракетки просто так не пустишь, правда? Или вот, в одной подводной лодке… проверка экипажей – ваше ведомство? Нет, в смысле, контора?