Чтение онлайн

Зря на пузе елозил. Никто не собирался этого статиста наказывать: его ведь так удачно вбросили!

Пиар продолжался.

Тогда раскручивали некое общество «Память», вроде как патриотическое. Крику о нем в прессе было много, в основном клеймили за «шовинизм» и «черносотенство». Именовавшие себя демократами демонстративно боялись его, визжали об угрозе «русского фашизма» – отчего народ невольно начал этому обществу симпатизировать. Хоть кто-то за нас вступился!

Так вот, Ельцин однажды встретился с руководством «Памяти». Зачем? Как же – теперь он прослыл «русским патриотом»!

Однако есть нюансик: это общество тогда насчитывало около 400 человек на всю страну – и не могло представлять ни опасности, ни какого бы то ни было значения. Обоснованной мне кажется версия, что Горби создал его специально: чтоб было о чем визжать и чтоб занять «патриотическую нишу», а настоящие патриоты остались не у дел. Эту версию косвенно доказывает вот что: после развала СССР «Память» куда-то испарилась – а ведь именно тогда начался геноцид русских, и патриотические силы стали особенно нужны!

Забавно, что в разгар перестройки появилась и вторая «Память», только с названием, переведенным на импортный язык: «Мемориал». Этой второй рулили неприкрытые либералы-диссиденты, в том числе Сахаров. Занимался «Мемориал» в основном тем, что огульно, не глядя, объявлял невиновными поголовно всех, кто сидел при Сталине, – чем «доказывал преступность советского строя». А финансировали его в основном Фонд Сороса и американское агентство USAID [212] (то самое, сотрудники которого в девяностых писали Конституцию и прочие законы РФ – короче, напрямую управляли ельцинской Россией). Вроде бы две диаметрально противоположные «Памяти»: либерально-русофобская – и патриотическая. Но суть одна: они с двух сторон рушили Советский Союз.

Пиар Ельцина велся еще и так. На него якобы покушались злые вороги: сбросили под мост с мешком на голове; чудом спасся. От русской тоски он якобы покончил с собой, ударив в грудь тупыми ножницами. Потерял две капли крови, выжил чудом… Сердобольный наш народ, душевный, любит страдальцев – манипуляторы это учли.

Впрочем, уже 14 января 1988-го (через два месяца после жуткой опалы) специально для Ельцина Горби выдумал новую должность: «первый заместитель председателя Госстроя, в ранге министра». Сами понимаете: если б действительно хотел избавиться от «смелого критика», то просто уволил бы его – или отправил послом в далекую страну. Нет! «Оппозиционер» нужен был тут, под боком.

И его продолжали раскручивать, как эстрадную певичку. Уже в июле на XIX партконференции свердловчанин опять клеймил – а телевидение транслировало его чегеварево на всю страну. И дважды повторило.

Тут началась шумиха с выборами в Верховный Совет СССР – номинально высший орган власти. Раньше он был чисто декоративным, ничего не решал, лишь подмахивал решения политбюро; и депутатство в нем означало лишь некоторые привилегии, но никак не власть. Кстати, Ельцин давным-давно уже был депутатом и даже членом президиума: это бесплатно прилагалось к обкомовской должности.

Теперь закричали, что выборы впервые пройдут реально, честно, демократически, а Совет вернет себе руководящее значение. Пост депутата внезапно стал чертовски престижным, выборы сделались самой модной новостью.

Мало кто догадывался, что из чисто декоративного этот орган станет грязно-декоративным. Только и всего…

Пиар помог: в марте 1989-го 91 процент избирателей выкликнул Ельцина депутатом. Так он стал коллегой наших свидетелей Сахарова, Роя Медведева, Бориса Олейника… Они красочно показали нам, в какой дом-2 выродилось телешоу «Съезд Верховного Совета». Болтовня, скандалы – а толку ноль. Торжество демократии.

Налюбовавшись междусобойчком, народ выдумал анекдот. На трибуну съезда поднимается мужик:

– Можно я вас перебью?

– Только, пожалуйста, соблюдайте регламент!

– Ничего, я быстро. У меня «калашников»…

Звучала в этом некая затаенная мечта…

Часть депутатов тут же отделилась в оппозицию, которая назвала себя Межрегиональной депутатской группой (МДГ). Правильно, давно пора было объявиться противникам обвального курса Горбачева, спасителям страны!

Но нет… Эта «оппозиция» критиковала генсека не за разрушительную перестройку, а за то, что она происходит слишком медленно. Быстрей круши, с хрустом, с чавканьем! Бороться же за сохранение Державы стало немодно, «замшелым консерваторам» голоса не давали.

В МДГ громче всех шумели Б. Ельцин, А. Сахаров, А. Собчак, Г. Попов, Г. Бурбулис, Т. Гдлян, Ю. Карякин, М. Полторанин, Ю. Черниченко… Их гордыня была беспредельной, все они жаждали урвать личную власть – хоть никто из них (кроме Ельцина) не управлял ничем крупнее кафедры в институте. С чего они взяли, что способны руководить?!

На съезде прошли выборы № 2: народные депутаты из своего числа выдвигали супердепутатов – членов Верховного Совета. И тут нарисовалась проблемка… То ли избранники были все же умнее «электоральной массы», и пиар на них не подействовал, то ли случилась некая подковерная возня – но Ельцин в супермены не попал!

Горбачеву он там был нужен. И произошел такой финт: некий омский депутат А. Казанник (прошедший в «супер») вдруг уступил строителю свой мандат. Это нарушало закон, но прокатило.

Казанник поступил, конечно, абсолютно бескорыстно. И абсолютно случайно Ельцин в 1993 году сделал его Генеральным прокурором РФ… Между этими событиями нет никакой связи, клянусь пятном Горби!

Вы спросите:

– Да зачем свердловчанина укореняли в Верховном Совете? Какой смысл??

– Смысл тот, что партию генсек готовил к сносу. И нужным ему партфункционерам обеспечивал иной вариант карьеры.

Кстати, лично себя он подстраховал, скользнув на пост президента СССР.

10 июля 1989-го забастовали триста шахтеров Междуреченска. И как-то так вышло, что 12-го стоял уже весь Кузбасс, стачка расползалась, и 21-го замерла вся угольная промышленность СССР. Затем власть выполнила большую часть условий, и через несколько дней шахтеры уже повсеместно трудились.

Это тоже отлично вписалось в «перестройку», то есть во всеобщий развал. Ведь казна от забастовки потеряла несколько миллиардов, а там и так было негусто – после антиалкогольной аферы и Чернобыля. Подрыву экономики шахтерский загул очень помог. И помог развихлять общество. Так что, уж понятно, стихийным он не был.

Кто его организовал?

Бывают лесные ручейки, в которых плывут разные веточки, листья, хвоя. Плывут себе и плывут, чинно, спокойно… Но если две-три палочки зацепятся и встанут, поверх них непременно взгромоздится затор. Поверхность ручья перекроет баррикада, и будет на ней скапливаться всякая муть, которую в спокойном ручье даже не разглядишь.

Так и в обществе. Проблемы есть всегда и везде, но в ровном течении жизни они почти незаметны. Однако если кто-то поднимет бузу, устроит затор из трех веточек – из него может вырасти «волна народного гнева». На ровном месте.