Чтение онлайн

— Чушь собачья! — Лиам продолжает постукивать по рулю. — Она сама это выбрала. Управление полиции не одобрило ее миссию. Она пошла сама – несмотря на мои возражения; вот почему ее дисквалифицировали. Не повторяй ее ошибку, Грозный Мячик. Иначе исчезнешь, подобно ей.

— Не исчезну, — я улыбаюсь, чтобы снять напряжение. — Мы ведь вместе, верно?

— Конечно, конечно. Ты добьешься моего увольнения из-за этих секретных миссий, — он вскидывает руки вверх. — Итак, что касается плана. Первое и самое важное: никогда не подвергай себя гребаной опасности. Любая угроза – и ты уходишь. Понятно?

Я киваю, и мои пальцы сжимают браслет. То, чего Лиам не знает, не причинит ему вреда. Я не покину это место, пока Зои не будет привязана к моей руке.

— Второе, — продолжает он. — Расскажи мне, что ты знаешь о «Фирме».

— Серьезно? — я закатываю глаза. — Мы проходили это тысячу раз.

— Нам нужен миллионный раз, потому что ты склонна к физическим поступкам и действуешь прежде, чем думаешь. Этого не должно быть, если собираешься стать шпионом.

— Эй! Это неправда.

Он вздергивает бровь.

— Хочешь, я перечислю тебе случаи, когда ты сначала била, а потом задавала вопросы?

Я пожимаю плечами.

— Люди уважают тех, у кого есть сила.

Сила – это все на улице. Любой признак слабости – и меня съедят заживо. Прямо как мою маму.

Лиам поднимает бровь, пристально наблюдая за мной.

— Отлично, — вздыхаю я. — «Фирма» – это подставная фирма, занимающаяся торговлей электроникой, которую возглавляет Оуэн Грин. Под землей они барыги, торгующие наркотиками. Они также занимаются отмыванием денег и направляют их в свой самый престижный клуб «Ле Салун» (на фр. ориг. название).

— Но? — настаивает Лиам.

— Но полиция и финансовый департамент пресекли незаконные налоговые платежи Оуэна и посадили его в тюрьму. Однако «Фирма» не остановилась. На самом деле, торговля наркотиками стала еще более отвратительной, чем когда-либо, после того как кто-то другой возглавил «Ле Салун».

— Призрак, — Лиам сжал челюсти. — Это все, что у нас есть на него. Просто гребаное уличное имя. Некоторые считают, что он русский шпион. Другие говорят, что он даже не существует. Никаких следов.

Мои пальцы крепко сжимают браслет. Ярость бурлит под поверхностью.

Призрак – последнее имя, которое Зои назвала Лиаму в день своего исчезновения более шести недель назад.

Я убью его голыми руками, как только найду. Никто не может стать причиной исчезновения моей единственной семьи и остаться в живых.

— И что мы имеем в качестве перспективы? — спрашивает Лиам, как будто спрашивает маленького ребенка.

— Да ладно, Лиам, — я складываю руки. — Я провела бесчисленные часы в этой вашей пещере со всеми этими досками и именами, написанными красным.

— Ты имеешь в виду, что провела бесчисленное количество часов, избивая мешок, свисающий с потолка той пещеры.

— Я... занималась и тем, и другим.

— Итак, на ком ты собираешься сосредоточиться?

— Туман!

Я точно помню, она – единственный путь к Призраку, потому что она – мадам из «Ле Салун». Но у Лиама вроде как был пятистраничный отчет, с которым я не ознакомилась. Или прочитала и забыла. В основном потому, что там только рассуждения о ней, как и предположения о том, что Призрак – русский шпион. Ничего конкретного.

Я предпочитаю факты.

И получу их сама.

— Запомни, твоя первоочередная задача – найти любую запись с камер наблюдения о том дне, когда исчезла Зои, — он снова что-то увлеченно выстукивает. — Старайся звонить мне почаще, но не подвергай себя риску.

— Понятно.

Мы провели много бессонных ночей, готовясь к этому. Он даже попросил свою коллегу-женщину обучить меня ходить на каблуках и сводить в клубы. Так я подошла к одной из девушек «Ле Салун», Лили, и добилась встречи с Туман. Мы с Лиамом посвятили этому много времени и сил – даже если Лиам пытался меня отговорить. Но теперь я чувствую, как вокруг нас зарождаются сомнения. У меня всегда были Лиам и Зои.

Теперь я останусь в полном одиночестве. Как в тот день, когда я нашла маму неподвижно лежащей рядом с мусорным баком в темноте.

Я сжимаю пальцы, чтобы они не дрожали.

Зеленые глаза Лиама изучают меня с ног до головы.

— С тобой все будет в порядке?

— Должно быть.

Потому что это единственный способ вернуть мою семью.

После того как Лиам уезжает, я стою в туалете старого ресторана Халеда, держа в руках туфли на невероятно высоких каблуках. Они убьют мои ноги. Неважно, сколько я тренировалась, это чертова пытка.

Не представляю, как женщины ходят в них целый день. Я уже оплакиваю свои удобные кроссовки, которые не смогу носить в ближайшее время.

Но я должна выглядеть соответствующе, чтобы убедить Туман принять меня в свой клуб.

Из окна общественного туалета доносится возбужденный ропот. Я бы не обратила на него внимания, но девушка говорит «нет» тихим тоном, и голос у нее ужасно знакомый.

Я должна была уже одеться и отправиться в «Ле Салун», но не могу просто проигнорировать это. Зои сказала бы мне, что я всегда бросаюсь очертя голову в неприятности, и остановила бы меня при любой возможности.

Но Зои здесь нет.

Я запихиваю платье и туфли в чемодан и прячу его под стойку. Затем выхожу на улицу, откуда доносится шум. Как только я оказываюсь на заднем дворе, меня начинает тошнить от запаха мочи и рвоты. Возле мусорного бака ресторана худощавый мужчина прижимает к стене девушку пониже ростом. Хотя его фигура закрывает мне обзор, я могу различить дрожащую фигуру и руку, сжимающую подол фланелевой юбки.

Это школьная форма?

— Не бойся, — говорит мужчина мерзким хрипловатым голосом с намеком на акцент кокни (прим. перев. – жители беднейшего района Лондона, для них характерно особое произношение, а также рифмованный сленг). — Я буду снисходителен к тебе, детка.

— Н-нет, пожалуйста, — бормочет она, и тут я различаю розовые и зеленые пряди.

Хейли. Черт.

— Давай, — уговаривает он.

— Разве ты не понимаешь, что значит «нет»? — мой голос громкий и ровный.

Мужчина быстро оборачивается, и на его лице появляется гримаса злобы. От середины лба к левому глазу тянется потускневший шрам. Даже без оскала он кажется чудовищным.

— Пошевеливайся, сука.

Он высокий. Наверное, выше меня более чем на десять дюймов. Нанести удар по жизненно важным частям будет непросто, если только он не оставит брешь. Я встаю на цыпочки, чтобы получше разглядеть Хейли и убедиться, что с ней все в порядке. Она должна быть в школе. Я знала, что из-за этих головорезов, с которыми она тусуется, у нее будут неприятности.