Чтение онлайн

— Всё связано со струнами. Бессмертные души едины с ними и вместе составляют целостную систему мира. А колдовство портного сотрясает их, что вызывает подобную аномалию. Все ранее убитые существа, обладавшие смертным телом, но бессмертной душой, снова восстают. Только в виде духов.

— И что это за колдовство? Зачем портной сотрясает эти струны?

— Хочет воскресить того, кого нельзя воскресить.

— Как это?

— Иногда душу убитого запечатывают сильной магией или проклятием. Тогда её нельзя будет вернуть к жизни, даже если она бессмертна. А портной хочет обойти этот запрет.

— И кого же он хочет воскресить? — глаза странника загорелись.

Гавиедль раздражённо поморщился.

— Ох… Ладно, мне всё равно, — махнул рукой старик. — Он воскрешает короля Адельштейна.

— Я так и знал! — воскликнул Ян.

Он торжествующе ударил кулаком в ладонь, устремив взгляд в потолок.

— Да! Значит все догадки были верны! — поднял палец вверх юноша. — Он собирается исполнить своё предназначение и воскресить короля Арилидилла! И тогда всему точно конец!

— Только вот пёс его знает, зачем ему это, — пробурчал астроном сам себе. Ян тут же замер, вслушиваясь в его речь. — Адельштейн вроде весьма посредственный мирозахватчик. Один раз он уже прогорел со своим Арилидиллом…

— Подождите, что вы говорите? — прищурился странник.

— Я говорю, что Адельштейн — жалкий плут. Просто так воскрешать его смысла нет. Нужно в добавок всучить ему какой-то огромный источник силы, как это было в прошлый раз с Лирой. Хотя он даже и с ней не смог страну удержать…

Ян взялся за подбородок рукой, слушая старика и задумчиво смотря в пол.

— Так вы идёте к нему? — развернулся тот, взглянув на путников.

Юноша поднял взгляд на него, и его лицо тут же приняло враждебный вид.

— Да, — отрезал он угрюмо. — Вы же сказали, что вам всё равно?

— Так и есть. Меня это не касается.

— Ещё вопрос.

— А?

— Можно ещё вопрос? — быстро произнёс странник, пронзительно смотря на астронома.

— Валяй, — махнул рукой тот.

— Скажите, я проклят? Вы можете сказать точно?

— Иди сюда.

Старик быстро поманил Яна рукой. Тот подошёл к столу, опустив глаза на диковинные устройства из шестерней и пластин.

— Бери вот это, — брезгливо указал на одно из них Гавиедль, будто стараясь сделать дело побыстрее.

Ян взял в руки странный инструмент, похожий на перчатку с кучей стержней и дисков, приделанных сверху.

— Одевай на руку.

Юноша сделал, что сказано. Старик тут же поднёс свои костлявые руки в дискам на перчатке и попытался коснуться их, но прошёл сквозь.

— Проклятье… Придётся тебе.

— Что делать?

— Бери вот здесь.

Странник и астроном долго крутили шестерни на перчатке, двигали диски и стержни, выстраивая их в ведомом только старику порядке. Когда они скрестились в нужном положении, он ударил странника по руке.

— Всё! Хватит. Убери руку.

Юноша отстранился от перчатки, дав место учёному. Гавиедль нагнулся над ней и заглянул в специальный окуляр на верхушке всех механизмов. Через секунду он резко вскинул голову и деловито встряхнул руками.

— Снимай. Ты не проклят.

— Как это? — изумился Ян.

— Не знаю, как вы прошли мимо палача… — начал бубнить себе под нос астроном, отойдя в сторону и вернувшись к своим делам.

— Подождите, может, перчатка не точная? — взволнованно догнал его путник. — Может, проклятье слишком сильное?

Он стал рядом с духом, наблюдая за тем, как он рассматривает свитки на столе. Старик молча развернулся и пошёл к шкафу. Ян проследовал за ним.

— Ответьте же!

— Что? — угрюмо покосился на него Гавиедль. — Не понял с первого раза? Не проклят ты, не проклят! Сгинь! Вы уже и так узнали всё, что можно, и что нельзя!

— Но портной, игла… А Кало? Вы хотите сказать, Кало соврал?

Вдруг астроном замер и резко развернулся на странника. Он дико округлил глаза и яростно сдвинул мохнатые брови.

— Вы были у Кало?!

— Да. А что? — осторожно спросил юноша.

— Ха! Знавал я этого шарлатана! Тьфу! — учёный раздражёно отряхнул рясу сухими руками и засеменил к столу. Ян снова пошёл за ним.

— Но он же демон!

— И что? Он старый маразматик, помешанный на философии и духовном покое! Не удивлюсь, если он сморозил первое, что пришло ему в голову!

— Вы о моём проклятии?

— Ну а о чём ещё? Что за глупейшие вопросы? Глупейшие вопросы вы задаёте, юноша! — заворчал старик, сотрясая густую бороду.

— Ну ладно, забудем об этом. Можно ещё…

— Хватит! Выметайтесь отсюда! Вы мешаете мне! И на том свете покоя не дадут!

Астроном отмахнулся от Яна и побежал к следующему столу, ощупывая драгоценные инструменты прозрачными руками. Юноша замер посреди комнаты, молча наблюдая за ним. Его горящие увлечённые глаза потухли, лицо снова сковало, и он сдвинул брови, пронзая старика презрительным взглядом. Таситурн коснулся его плеча. Путник развернулся и двинулся к выходу.

— Вы отвратительный человек, — бросил он не оборачиваясь.

— Скатертью дорога! — помахал рукой астроном, не отрываясь от своих дел. — Хотя постойте-ка…

Ян вопросительно обернулся.

— Вы к портному?

— Да, — отрезал путник.

— Тогда выход там, — небрежно указал старик на дверь рядом с собой.

Юноша подозрительно прищурился и пошёл к ней, не отрывая взгляд от Гавиедля. Тот даже не посмотрел на него. Странник приблизился к каменной двери, потянул кольцо и покинул арену. Таситурн ушёл за ним, оставив злобного старика в гордом одиночестве, наедине со своими механизмами и рукописями.

Путники снова попали в кольцевой коридор. Получилось так, что они вышли с другой стороны зала. Здесь же их встретили огромные каменные врата, такие же, какие были на входе. Ян быстро подошёл к ним, не дожидаясь Таситурна. Он навалился на тяжёлую дверь и со скрежетом отворил её. Странника сразу же ослепил яркий свет, а дыхание перехватило так, что он едва не задохнулся. Юноша вышел из обсерватории, оперевшись на двери и судорожно кашляя. Привыкнув к ослепительному свету, он с трудом раскрыл дрожащие веки и в тот же миг остолбенел на месте. Ян оторвался от врат и медленно подошёл к обрыву. Прямо над его головой висел громадный шар, полыхающий огнём хрусталя. Солнце безмолвно плыло по абсолютно голубому чистейшему как воздух небу так низко, что он мог, казалось, дотянуться до него. Юноша опустил голову, посмотрев вниз с обрыва. Прямо под его ногами нёсся зловещий чёрный поток грозовых туч, в которых время от времени сверкали молнии. Путешественник изумлённо окинул взглядом округу и понял, что он находился на вершине столь высокой горы, что она пронзала собой облака и буквально упиралась в небо. Через минуту к нему сзади подошёл Таситурн, тоже удивлённо запрокинув голову и водя глазами, вдыхая ледяной ветер. Они очень долго стояли в оцепенении и смотрели в синюю даль, щурясь от столь близкого солнца. Но вскоре странники, вдоволь надышавшись до головокружения чистым воздухом, двинулись по тропе, уходящей по спирали вниз по склону. Миновав слой плотных туч, Ян и Таситурн вновь попали в объятые морозной бурей северные земли, словно в другой мир. Однако здесь ураган уже успокаивался, и горизонт постепенно очищался. Внимательно присмотревшись, путники разглядели среди мощных громад скал очертания одинокой столицы и отправились прямиком к ней, увязая в снегах и закрываясь руками от шквального ветра.