Чтение онлайн

Особенно их много в коридоре, где жил Фаник и в его комнате. В ней мне пришлось разрядить десяток смертоносных игрушек, от гильотины на двери до прелестной статуэтки змеи, снабжённой иглой на пружине с ядом. Достаточно было просто прикоснуться к ней, чтобы она, повинуясь магическому заклинанию, изогнулась и укусила. По магическому полю эта ловушка и была обнаружена. Впрочем Агапа, усевшись в кресло, сполне мог взять эту статуэтку, а этот яд убивает почти мгновенно. Под подушкой у Фаника лежали маленький элегантный арбалет и клинок из серебрянки. Их я забрал – пригодятся. Последняя ловушка разряжена и стало ясно, что можно было к Фанику не спешить. Ешё день-другой-третий и бейлиф собственоручно отправил бы себя на тот свет без чьего-либо постороннего вмешательства. Моё появление наверное подарило ему несколько часов жизни.

Ещё пришлось поискать себе спальню – в комнате Фаника и в соседних находится было невозможно. Слишком грязно и воняло. К счастью в неиспользовавшейся части Дома, мне удалось найти квартиру, состоящую из рабочего кабинета, гостиной и спальни со всеми удобствами. Уборщиц у нас с собой не было, поэтому пришлось убирать пыль магией, а бельё мне постелили Лейра с Люшей. На всякий случай спустился в тюрьму и убедился, что Мартин и его бойцы службу знают. Потом проверил, как Кооремис и компания «роют землю» и попросил постараться к утру что-будь откопать. Поднявшись в свою новую квартиру, попытался договориться с Домом. Поначалу он меня отказывался признавать, но потом сменил гнев на милость и согласился подумать. Весь разговор протекал на уровне ощущений, почти непереводимых на человеческий язык. Но его последнее переданное ощущение можно было выразить следующими словами: –«пока живи, а там видно будет». Это сопровождалось ворчливыми, но добродушными интонациями и можно было надеяться проснуться утром в своей постели целым и невредимым. Последнее было актуально – не раз бывало, что бейлиф так и не просыпался, убитый своим Домом. А за что и почему можно было только гадать.

Рано утром, едва умывшись и перекусив, спешу к Кооремису и компании. Его напарников не видно, наверное ушли спать, а сам он, сидя за столом, ждёт меня. Перед ним лежит список, некоторые строчки которого помечены красными галочками. Глядя на меня красными воспалёнными глазами он сказал, что в списке указаны все разговоры, которые велись в последнее время, включая три дня до смерти Маарани. Записей самих разговоров мало, но установлены все абоненты, кроме троих. Причём с каждым из них хотя бы один разговор вёл кто-нибудь из младших помощников. В списке абоненты были указаны в строго обратном хронологическом порядке, хотя данные были сняты с разных устройств. Неопознанные абоненты были помечены, как Чёрный, Рыжий и Синий. Кооремис очень устал и был отправлен отдыхать, а ко мне был вызван Туниус. Он казался мне самым деловым из младших помощников, но передо мной стоял дрожащий мальчишка. Чтобы привести его в себя, потребовалось накормить парня и заставить принять душ. Пока он приводил себя в порядок, я переговорил с «девочкой». Этому парню было уже семнадцать лет, но он никак не мог понять, чего от него хотят. Похоже, что он умел только услаждать других, а поэтому был отправлен обратно в камеру. К разговору с третьим из них надо было сначала подготовиться, поэтому я решил дождаться Туниуса.

Поев, приняв душ и переодевшись, парень понял, что немедленно его убивать никто не собирается и начал с готовностью отвечать на мои вопросы. А они были просты – кто есть кто в списке и о чём шёл разговор. Многое мне уже было известно от Кооремиса и тогда получалась проверка бывшего младшего помощника. Получилась нормальная деловая беседа, в ходе которой мне расказали немало интересного. Рыжий был командиром довольно большого отряда наёмников, который хотел нанять бейлиф. Но узнав, что им придётся иметь дело с Лекесом, он струхнул и затребовал тройную плату, а ешё аванс. Скорее всего, он собирался взять деньги и походить рядом с Сокейном, а воевать не стал бы. Синий был агентом Маарани и должен был нанять наёмников и магов. Но опять-таки все они требовали значительную предоплату. А платить бейлифу было нечем. Ещё два разговора были с четвёртыми помощниками его и Маарани с требованием собрать и выслать деньги. Помощник Маарани его попросту послал куда подальше, а Байяр Сени-Коот предложил самому приехать за ними к нему в Пеоро-Тоон. Ехать же туда можно было только мимо моих замков – либо Бирейнона, либо Фериона и бейлиф на подобную поездку не решился. Тем более, что Байяр мог запросто продать Фаника мне, сообщив о предстоящей поездке. Часть этих разговоров были записаны и хранились у Туниуса в комнате. Прослушивание их только подтвердило его слова. Остальные разговоры были со старостами деревень, от которых он требовал деньги и продукты, а они юлили и тянули время. «Они больше боялись тебя, чем его» – объяснил это Туниус.

Особняком стояли разговоры с Саан`авиусом и ещё одним магом из Ко-оро де Лоон. Саан просто издевался над бейлифом. Например, предлагал тому пойти работать к нему уборщиком. Фаник стойко вынес эти насмешки, не сказав и слова поперёк. Интереснее был второй разговор. Кто именно был собеседником бейлифа Туниус не знал, имён в разговоре они не называли, а в списке было написано – «маг из Лоона». Этот таинственный незнакомец сначала сказал Фанику, что ни он ни какой-либо другой маг помогать ему не будут, так как Круг Магистров категорически запретил им выступать против Лекеса. Поэтому он рекомендует согласиться с предложением магистра, так как тому на решения Круга наплевать. Либо пойти в услужение к Саан`авиусу и приносить тому по утрам в зубах тапочки. Почему вдруг Круг вынес такое решение этот маг не знал и сам этому удивлялся.

Об этом магистре Туниус ничего не знал, так как в эти переговоры его не посвящали, а участвовал в них другой младший помощник – Гиерон. Для начала мы залезли к тому в комнату, где после тщательного обыска нашли тайник с записывающими кристаллами. Кроме переговоров на них было записано много такого, на что Туниус не мог смотреть без отвращения. Этого младшего помощника Фаник сманил у одного из западных бейлифов сеймена и позволил мерзавцу развернуться. Но последний и не собирался оправдывать доверия, собирая для кого-то компромат на своего хозяина. А вот сами переговоры были весьма интересны. Хотя собеседник Фаника сидел в тёмной комнате, закутавшись в тёмный плащ с надвинутым на лицо капюшоном, но мне сразу стало понятно, что это магистр высокого круга. Скорее всего этот магистр и был таинственным Чёрным. В первой записи Фаник просто просил о помощи, напирая на оказанные бейлифом услуги. Никаких конкретных обещаний, кроме «посмотрим», он не получил. Вторая запись была сделана вскоре после убийства Маарани, где бейлиф заявлял, что у меня меч, кинжал и кольчуга со шлемом из серебрянки. Магистра это явно заинтересовало, но он хотел доказательств. В третьей записи Фаник сказал, что от надёжных людей он узнал, что я нашёл месторождение серебрянки в средних слоях и отвёз первую добычу гномам. На вопрос Туниуса – «правда ли это?», я поинтересовался – «кто из Бирейнона или Фериона посещал Дом бейлифа после убийства Маарани?». Выяснилось, что вообще их никто не посещал и они никуда не выходили, даже в посёлок за оградой. В четвёртой записи говорилось, что я беседовал с кем-то в городе Пеоро-Тоон и интересовался, как обрабатывать серебрянку и делать из неё оружие и доспехи. Это сообщение явно заставило магистра призадуматься и он обещал вскоре заехать.

Серебрянка была моей главной и самой страшной тайной, поэтому спекуляции Фаника на эту тему меня крайне обеспокоили. Я был уверен, что фактов у магистра нет никаких, но это его похоже не останавливало. Туниусу же была сказана правда, точнее часть правды, что в Пеоро-Тооне мне никогда бывать не приходилось. Обыскав ещё раз комнату и освободив её от всего мало-мальски полезного, мы пошли к Тиуму. Втроём ещё раз просмотрели записи и стали планировать допрос Гиерона. После обсуждения мы решили, что вопросы будет задавать Туниус – ненависть к «коллеге» буквально сочилась из него и должна была того напугать. Тиум должен был изображать палача, а я и двое воинов – его помощников. Мы одели кожанные маски и кожанные халаты, а Туниусу вернули его роскошный пояс с кинжалом. Помимо прочего это означало полное прощение. Гиерона притащили в допросную, раздели, надели колодки и посадили в пыточное кресло. Он вёл себя спокойно и даже равнодушно. Только когда перед ним уселся Туниус появилось лёгкое удивление.

Я встал сзади и хорошо видел наложенную ментальную защиту и встроенные ментальные блоки. Ставил их явно специалист, но сделано это было несколько небрежно – торчали едва заметные кончики. Впрочем магистр скорее всего просто спешил. Ниже шеи в его теле был накр, связанный с защитой и блоками, а ещё с двумя накрами спереди. Прочесть их было не сложно, закрыты они были чисто символически. Задний накр при снятии блокировки должен был выжечь мозг, один из передних был простеньким «слухачом», а другой предназначался для создания портала. Конечно, если бы он сработал, то Гиерона просто разорвало бы на кусочки, но магистра это явно не смущало – мавр сделал дело и он более не нужен. После моего знака Туниус начал говорить медленно, без интонаций и об ерунде. Я же наложил на допрашиваемого сонные чары и попросил у Тиума специальные иглы. Снабжённые должным заклинанием и вот-кнутые в накр, они блокировали его работу. Вкалывать их требуется весьма точно, но с ви'дением это не составляет проблемы. Вырезать накры под местной анестезией и уничтожить их было и того проще. С блоками и защитой пришлось немного повозиться, но небрежность, допущенная при их наложении, здорово облегчила мою задачу. Помогла мне и сетка из серебрянки, оказывается она не только обеспечивает ментальную защиту, но и упрощает сканирование.

Проснувшись, Гиерон сразу понял, что он ментально раздет. Хорошо, что он был прикреплён к тяжёлому креслу, иначе скрутить его было бы весьма непросто. А так его клокочущая ярость выплеснулась словесным потоком. В основном он состоял из многочисленных ругательств, довольно бледных и примитивных. Но в нём присутствовало и немало ценной информации. Когда он выговорился, то мы собственно и начали допрос. Без блоков и ментальной защиты Гиерон быстро сломался, а сетка из серебрянки помогала мне чуствовать любую его попытку умолчать. Говорить ему пришлось долго и подробно и всю его вынужденную исповедь мы записали. История же его была довольно простой. Он служил у одного из бейлифов на востоке сеймена помощником без камня. Ему было уже за тридцать, только выглядел он молодо. И его очень раздражало, что любой младший помощник был над ним начальником. А это были мальчишки от пятнадцати до двадцати пяти, и они старались ткнуть и унизить Гиерона. На жалобы же бейлифу последний то ли в шутку, то ли как предлагал ему зарезать обидчика и забрать его камень. В общем там был такой же гадючник, что и у Фаника, только жили намного беднее. И богатство западных бейлифов, раздуваемое завистью и воображением, их просто оскорбляло.

Месяц назад к бейлифу по какому-то делу заехал Барк – магистр высшего круга. На всём Сэрэсе и прилегающих мирах таких было только двое. Что ему было нужно от бейлифа, Гиерон так и не узнал, но магистр приметил его и предложил своё участие. Он пообещал, что Фаник возьмёт его к себе младшим помощником и позволит порезвится. А взамен будущий младший помощник должен был разрешить наложить на себя ментальную защиту и вставить накры, а перейдя на новую службу докладывать Барку – своему настоящему хозяину, всё, что он услышит о серебрянке. Фаник, скорее всего, знал о двойном подчинении Гиерона, но не возражал – магистр был бейлифу нужен. А тот требовал от своего протеже проверки заявлений Фаника о серебрянке и подтверждения их. Проверить младший помощник возможности не имел, но не желая злить своего основного хозяина – Барка, подтверждал. И теперь ожидал, что он заявится в Дом бейлифа, схватит Лекеса и освободит Гиерона. Ещё раз обыскав его, мы нашли спрятанную в волосах за ухом магическую палочку. Сломать её означало послать абоненту сигнал о помощи. Легко прочиталось, что этот сигнал должен был принять магистр.

Выяснив всё, я велел воинам отвести его в сад и отправил Туниуса отдыхать, а сам поднялся с Тиумом к себе обсудить услышанное. Ситуация складывалась весьма неприятная – с магистром высшего круга сражаться было бенадёжно. Тиум ещё сказал, что изредка в Тао-Эрис вдруг появлялись большие партии серебрянки, но это были разовые события с интервалами свыше ста лет. На мой вопрос, а насколько большие, он уточнил – одна-две друзы и несколько пучков травы и добавил, что за пару стержней Барк возьмёт штурмом Бирейнон и перебьёт всех в нём живущих.