Чтение онлайн

Тюрьма – приземистое двухэтажное здание, прижавшееся задней стеной к холму. Чувствуется, что в ней не меньше пяти подземных этажей. Перед ней толпа народа – комендантт в дверях, староста в двух шагах перед ним, а сзади толпа мужиков с топорами. Вылетевший на площадь взвод заставляет толпу податься назад, многие потихонечку расходятся. Подхожу к старосте и интересуюсь, а что происходит? Он начинает орать и ругаться на меня. Становится понятно, что передо мной человек, который слов не понимает. Поэтому приказываю солдатам схватить его, а мужикам быстренько соорудить медленную виселицу. Народ с явным удовольствием и знанием дела принимается за работу, а староста, стоя на коленях, бледнеет и под ним начинает образовываться лужа. Этот язык он понимает и начинает оправдываться, что хотел наказать родственников злодеев, служивших Фанику.

– Подлец и дурак – выношу я вердикт.

Староста, брызжа слюной, начинает вдруг орать, что пожалуется на меня … Лекесу (!), который … – дальнейшие его слова заглушает хохот солдат. В отличие от старосты до мужиков дошёл комизм ситуации и они быстро собирают медленную виселицу из уже готовых блоков. По потёртостям видно, что она использовалась часто. Подхожу к двери и комендант чётко мне докладывает, что эта тюрьма используется для содержания заложников – родственников служащих Фаника и Маарани. Конечно, с ними надо бы разобраться, причём персонально с каждым, но я нахожусь в жутком цейтноте и поручить это разбирательство мне некому. Уточнив у коменданта, что в тюрьме только заложники, приказываю всех выпустить. Он тут же отдаёт приказы, а мне подсовывает бумагу, где уже записано соответствующее распоряжение от моего имени. Подписываю и ставлю магическую печать. Комендант с облегчением подшивает бумагу в папку и улыбаясь смотрит на выходящих из его тюрьмы. «Хорошая тюрьма – пустая тюрьма» – выдаёт он сентенцию. Можно с ним поспорить, но зачем? Наша цель – Фаник.

Но сначала надо закончить дела в посёлке – бросать его без старосты, как после налёта бандитов, не годится. Приказываю коменданту командовать повешением и начать эту процедуру. Блоки скрипят медленно прокручивая толстую верёвку. Нахожу в толпе Кооремиса и интересуюсь, кто был у них старостой до этого болвана. Выясняется, что став бейлифом, Фаник повесил того, но живы его сыновья. Поручаю окружающим меня мужикам найти их и привести в Дом Урожая – это что-то вроде сельсовета. Сам иду туда, сопровождаемый взводом и толпой народа. До бывшего старосты наконец дошло, что его жизненный путь завершён и он начинает пронзительно визжать на весь посёлок. Люди к этому относятся на удивление равнодушно и Кооремис мне пояснят, что при Фанике каждую неделю кого-нибудь казнили, вот и привыкли. Меня слегка умиляет, что бейлифа они уже списали и говорят о нём, как о мёртвом. Вхожу в Дом Урожая и сажусь в кресло за большим столом, место главного начальника видно сразу. За мной робко входят четверо мужиков, судя по всему братьев и мнут в руках шапки. Кооремис представляет мне их как сыновей предыдущего старосты.

Должность старосты, как и большинство других должностей, обычно наследственная и одного из этих жители посёлка примут без особого скрипа. Внимательно осматриваю их – старший здоровый мужик, но чуточку за счёт силы обделённый умом. Второй – хитёр и умён, наверное подойдёт. Третий то же не глуп, но несколько прямолинеен. А четвёртый ещё слишком молод, его народ не примет. Подзываю второго из братьев, выясняю его имя – Баанипал и интересуюсь, чем он занимается. Мужик смущённо мнётся, но удаётся выяснить, что в обход запретов Фаника он организовал подпольную торговлю между сёлами и даже снабжал едой разбойников. – «Одним словом – контрабандист» – подвожу я итог, глядя на его хитрую рожу, изображающую смущение. И, после паузы, добавляю – «для старосты подходишь». Из глоток собравшихся доносится облегчённый вздох – народ одобрил мой выбор. В специальный журнал, поднесённый секретарём, записываю:

– Сего числа Баанипал, сын Куурумана назначается старостой посёлка Северный. – И подписываюсь – Дон Лекес, маг, барон и граф, владетель Фериона, властитель Сокейна.

Это мой самый короткий титул, а полный занимает почти две страницы. Ставлю печать и магическое подтверждение. С этим всё – староста назначен. Приказываю ему подготовить обоз с продовольствием в дом бейлифа и выхожу с Кооремисом на улицу. Прежний староста ещё визжит, но с каким-то дребезгом в голосе. У своего спутника выясняю, кто из прежних служащих бейлифа сейчас в посёлке и чем они занимались. Выясняется, что все они здесь, вместе с освобождёнными родственниками. Прошу его найти ещё троих и поехать со мной в Дом бейлифа. Мне не требуется добавлять – «и прошу ещё считать мою просьбу приказанием» – это всем понятно и так. Кооремис хочет сесть ко мне в машину – для него это статус, но слышит – «хватит греться между девками» и садится в следующую. Лейра и Люша смеются. Моя машина перестраивается в голову колонны и мы выезжаем из посёлка и спешим на север. Вскоре догоняем и обгоняем роту и едем впереди. И вот перед нами Дом бейлифа.

Красивый трёх-пятиэтажный дом, стоящий в саду и обнесённый металлической изгородью. У меня появляются мысли, как превратить его в замок, который прикроет Сокейн с севера. Но об этом думать пока рано – сначала надо закончить с бейлифом. Дверь в ограде не заперта и охраны в саду нет – все сбежали, даже собаки. Но фрукты на деревьях и ягоды на кустах висят нетрогутые – никто из окрестных деревень не решился залезть в сад. Дом расположен ко входу под углом и ко входу в него ведут несколько тропинок. Выбираю ту, на которой нас сложнее рассмотреть и направляюсь к парадному подъезду. Со мной идут Тиум и Та-ня, а сзади Мартин, Лейра и Люша, далее взвод бойцов, а среди них бывшие служащие. Конечно, Фаник уже знает, что у него гости, но ещё думает, а кто именно. Скорее всего, он ждёт Агапу и пусть пока пребывает в неведении. Пытаюсь придумать, что он мог заготовить моему недавнему противнику, но моей фантазии хватает только на магические ловушки. Всё остальное либо неэффективно, либо опасно для него самого. Эти размышления не мешают мне внимательно осматривать дорожку и деревья вокруг, а после и крыльцо подъезда. На всякий случай усиливаю свою защиту, хотя она и так рассчитана на прямой выстрел танковой пушки. Убедившись, что мин нет, прикладываю к двери ладонь и посылаю коды паролей. Она вздрагивает и обе её створки начинают медленно открываться.

Входить не спешу и правильно делаю – над моей головой со свистом проносится тяжёлый болт. Двери наполовину раскрылись в глубине холла вижу Фаника, который с одним из младших помощников спешно заряжают тяжёлый самострел на станке. Ещё двое с арбалетами в руках стоят по бокам. Мягко говоря, подобная встреча мне не нравится и в ответ в холл влетают мои четыре осы. Всё пространство между мною и встречающими взрывается в магическом шторме. Здесь и файерболы и ледяные стрелы и прочая магическая дребедень первого уровня. Судя по всему, болт предназначался Агапе, но я ниже ростом и ещё не поднялся на последнюю ступеньку порога. Магическая заготовка тоже опасна ему, но не мне, тем более, что она уже затихает. Спокойно иду через холл к лежащей на полу лицами вниз четвёрке. Осы впились им в затылки и они поняли команду правильно. Подходя, осматриваю самострел. Он рассчитан на три полуметровых болта в залпе, но тетива для правого порвана, а левая направляющая перекосилась. Отзываю осу с затылка Фаника и за волосы поднимаю его. Он мёртв – принял яд. Ножом взрезаю халат с меховой жилеткой и майкой, достаю подвеску и вижу на ней два коснувшихся и cлипших камня – красный и жёлтый. Поэтому он и не мог назначить пятого помощника. Срезаю подвеску и снимаю камни, далее отбираю камни у младших помощников, их раздевают и привязывют к стульям. Сзади каждого становится воин с обнажённым кинжалом, но видно, что никто из них и не дёрнется.

Для сначала вызываю Вадима и Та-аню и распоряжаюсь о порталировании двух взводов роты в Ферион и размещении взвода на баранах в посёлке за оградой. В нём видимо проживала обслуга Дома бейлифов, но все его жители сбежали. Посёлок крохотный – менее десятка домов, но на один взвод хватит. Последний взвод останется со мной в Доме, а мне необходимо разрядить все ловушки, иначе в нём находиться будет невозможно. В холле и на первом этаже их оказалось несколько десятков, но по настоящему пришлось помучиться, расчищая дорогу в подвал. Последний состоял из трёх частей – небольшой тюрьмы на шесть камер, блока из двух залов и десятка комнат для тренировок, а ещё конференц-зала с подсобными помещениями. Начал я с тюрьмы, занимавшей два подземных этажа. На верхнем были комнаты для допросов и довольно большой архив. На нижнем, кроме камер, две большие пыточные и склад для тюремного специнвентаря и продуктов. К складу примыкала небольшая кухня. Моей фантазии нехватало, чтобы сообразить для чего нужна такая развитая инфраструктура – ведь в камерах разместить более шестнадцати человек можно было разве что стоя.

Все тюремные помещения были довольно грязные, а склад превосходил всякое воображение. Инвентарь сгнил и проржавел, продукты испортились – заведи заключённого в такую кладовку и через пару часов он будет готов рассказать что-угодно, лишь бы выйти оттуда. Одна из кладовок меня особенно восхитила – узкая комната со стелажами до потолка. На них треснувшие банки с прокисшими овощами, расползающиеся мешки с испортившимися крупами, копчёные окорока многолетней выдержки и коробки с яйцами даже не второй свежести. И всё это было готово в любой момент рухнуть. У дальней стены чувствовалось что-то любопытное, но рисковать оказаться заваленным этой помойкой не хотелось. Эта кладовая являлась ловушкой сама по себе без всякой магии. Сюда надо было послать самых тяжких преступников для уборки и считать им день за три, если не за пять. В тренировочном блоке портиться было не чему, но им не пользовались уже много лет, хотя ловушки имелись. Следы на многолетних слоях пыли позволили их без труда обнаружить, а затем и обезвредить. Их установили только на верхнем этаже из трёх. Чище всего было в конференц-зале, хотя и в нём на столах лежали огрызки, остатки салатов и тому подобное. Последнее засадание состоялось в нём чуть ли не год назад, и прибраться никто не удосужился.

Разобравшись с подвалом поднялся в холл передохнуть. Не мешало бы поесть, но делать это под голодными взорами пленных не хотелось. Взвод был уже размещён на первом этаже и я попросил Мартина выяснить, не знаком ли кто-нибудь из солдат с тюремным делом. Он сразу ответил, что в этом взводе таких нет, но его отец был тюремщиком и основам профессии его научил. Правда это занятие ему не нравилось, поэтому став взрослым, он ушёл из дому. Но несколько дней он согласен потерпеть. А дольше держать их в тюрьме не потребуется, успокоил я его. Пленные при этих словах сникли. Передохнув, попросил Мартина взять пару воинов, вынести тело и голову Фаника в сад, и там закопать. Затем прошу подвести ко мне младших помощников. Один из них, Туниус мне заочно знаком, другой накрашен и одет как девочка, а третий совершенно безликий и хорошо закрыт. Надо будет с ним разобраться, но это завтра. А сейчас объясняю им возможные варианты. Их могут медленно удавить. Или могут отправить в каменоломни – Сокейн после хозяйничания бейлифов надо восстанавливать. Ещё могу отпустить, если мне расскажут что-нибудь весьма интересное. Они дружно хором начинают рассказывать про ловушки, установленные в Доме. Например в комнате Фаника сразу за дверью установлена гильотина. Он даже шутил, что как-нибудь забудется и она его разрубит. А в капканы в своей комнате он уже дважды попадался. После смерти Маарани наш бейлиф двое суток пил, а потом заявил, что Агапа сначала покончит с ним, заберёт камень, а затем займётся Лекесом. Затем он вдруг стал деятельным и установил в Доме массу ловушек, они даже боялись ходить без него. А ещё он собственоручно убил всех заключённых в тюрьме и тюремщиков, и им пришлось выносить трупы в сад и там их закапывать. На меня вылилась река информации, но важного среди неё не было. Я чувствовал, что они что-то умалчивают, но надеялся успеть разобраться с этим завтра. Поэтому каждый из мальчиков получил кувшин с водой, пяток лепёшек и был препровождён в одиночную камеру. Они были посажены через одну, чтобы не могли перестукиваться.

После ужина поручаю Кооремису и другим бывшим служащим выяснить, с кем связывался Фаник в последнее время и о чём был разговор. И уточнил, что меня интересуют все без исключения случаи. Я предполагал, что раз он вызвал Агапу, то значит отчаялся справится со мною сам. Следовательно, он вынужден был искать помощь на стороне. Дом покидать он не рисковал. Таким образом он должен был связываться с кем-то по телефону-амулету. А этому могли быть свидетелями мальчики, да и в здании хватало всяких штучек для записи и наблюдения. Поэтому можно было надеяться найти следы разговоров. И просто зная с кем разговаривал бейлиф, можно догадаться о многом. Я чувствовал, что нахожусь на правильном пути, но ещё чувствовал, что времени осталось мало. Знать же, с чем мне придётся столкнуться, было крайне важно. «Предупреждён – значит вооружён». Устройства связи разбросаны по всему зданию, поэтому пришлось очищать этажи от ловушек. Почти все они примитивные и плохо замаскированные, но их много, свыше сотни. И все они сооружены Фаником собственоручно при помощи трёх пацанов. Эту бы энергию, да на мирные цели! Ещё хорошо, что только треть Дома обжита, а другими двумя третями при нынешнем бейлифе, а может быть и ранее не пользовались. Поэтому ловушки расположены плотно, нередко одна на другой, что облегчает их розыск. Второй и третий этажи в жилой части вычистил выборочно, а в непросмотренных коридорах повесил таблички «Хода нет».