Чтение онлайн

— Ты чего улыбаешься? Я вызвал нам такси, подождем здесь. — Сообщил Леонс, вновь закуривая запрещенный нам стит, но я не стал его одергивать. Теперь мне было уже все равно. Я тупо смотрел на прохожих фриков вокруг, на то, как мой друг делает первую затяжку и выпускает облачко цветного дыма, и чувствовал, как страх холодком пробегает по спине от мысли, что мы задумали. А почему, собственно мы? Я по прежнему не давал согласия помогать Леонсу в этом деле, я повар, а не шпион! Зачем ему обязательно тащить меня с собой, опубликовать материалы я могу и позже, в более безопасном месте, мне не обязательно для этого вместе с ним лазать по запрещенным уровням корабля. Пиная мусор под ногами носком своего ботинка, я охрипшим от волнения голосом спросил:

— Как думаешь, с какой вероятностью мы найдем в отсеке что то стоящее?

Леонс ответил не сразу. Продолжив курить, он оперся чистыми рукавами своего пиджачка на пыльные перила, отделяющие пешеходную зону от проезжей части. Наконец, он нервно тряхнул челкой:

— Джек, я вижу, что ты по-прежнему сомневаешься, и я не хочу сейчас запугивать тебя. Найдем мы там точно не коллекцию капитанских платьев! Ami, не накручивай себя, хорошо? Я позабочусь о том, чтобы они не пронюхали, что мы там были. Если никто из нас не проговорится о том, что видел, то все будет отлично! — с этими словами он ободряюще улыбнулся.

— Ну предположим найдем мы там «нечто», передадим журналистам и что дальше?

— Грязные дела комитета никто не будет публиковать открыто, журналюги же не умалишённые. Скорее всего, распространят по даркнету, но за эту информацию нам заплатят очень много, Джек. Мы передадим ее инкогнито и можем считать свой гражданский долг исполненным. Если там вообще будет что-то стоящее. К тому же, нам надо отыскать Хлою, я переживаю за нее.

Это и вправду чуть-чуть помогло, стало легче. Но он был прав, хоть я сильно колебался. С одной стороны мне действительно ничего не стоило просто взглянуть что там, учитывая, что со мной опытный техник, а на корабле сейчас происходит суматоха. И куда, в конце концов, подевалась Хлоя? — этот вопрос я задал уже вслух, тревожно переминаясь с ноги на ногу и мешая утомленным прохожим, торопящимся домой.

— Возможно, они узнали, что она вылечила тебя этим медпринтером, о котором ты знать не должен был. — Леонс сделал последнюю затяжку и выбросил окурок стита. — Или, возможно, она не выдержала того, что ей довелось узнать на борту нашей старушки. Мы попробуем найти ее. Смотри, наша малышка подана.

В этот раз за нами подъехал новенький электрокар «Diplomat». Водитель — Гладко выбритый, молчаливый мужчина, — явно купил его недавно, и сделал это в кредит, судя по его недовольному выражению лица. Мы сели на заднее сиденье и заговорщически глянули друг на друга, взгляд Леонса был азартным — он предвкушал предстоящую вылазку. Я, пытаясь унять чувство тревоги, рассматривал город, а там было на что посмотреть. За окошками представительного автомобиля проплывали высотные здания и надземные шоссе, по паутине монорельсов неслись грузовые и пассажирские составы. Улицы Полиса щедро освещались пёстрой иллюминацией рекламных огней и голограмм. Они становились все безлюднее — близился комендантский час. Было непривычно видеть город таким пустым, по ночам Полис всегда жил полной жизнью. Водитель срезал при любой возможности, явно торопясь в пункт назначения, ведь ему нужно было еще успеть домой, а комендантский час был уже на подходе. Едва мы захлопнули дверцы, выйдя у портовой площади, как он дал по газам. Леонс последовал его примеру, быстро устремившись к главному входу в здание порта. Я едва поспевал за ним, ощущая невероятную усталость, — послевкусие насыщенного дня. Или ноги подкашивались от приступов паники, усиливающихся по мере нашего приближения к кораблю. Я не мог понять, что чувствует Леонс, страшно ли ему, он с невозмутимой легкостью взбежал по ступеням и пересек порог порта. Если ститы действительно дают ему такой всплеск энергии, может и мне стоило попробовать? Между тем мы без приключений миновали притихшие в наступивших сумерках погрузочные ангары порта. Я с некоторой обеспокоенностью готовился к нашему разговору с помощником капитана, и вообще ожидал увидеть на борту нашего корабля настоящую суматоху. У трапа «Колодца-1» я с тревогой рассмотрел дежуривших корпоратских агентов. Они проверили наши браслеты и молча пропустили нас внутрь транспортного отсека. Там нас заприметил Николай:

— Где вас носило? — с порога заорал он, играя желваками на раскрасневшемся от ярости лице. Несмотря на то, что обращение это было адресовано нам обоим, смотрел он при этом конкретно на Леонса, и вены на его квадратном лбу вздувались всё сильнее. — Мы тут ищем эту чертову медичку уже весь вечер, а ты где-то прохлаждаешь свою задницу, а?

— В свободное время я занимаюсь тем, чем захочу, и не тебе указывать мне, где моей заднице лучше прохлаждаться, понял, Ник? — неожиданно резко ответил мой спутник и, сделав выразительную паузу, продолжил:

— А сейчас, с твоего позволения, нам нужно к Флоресу.

Ник сквозь зубы зашипел что-то нечленораздельное. Я оторопел, пораженный резко изменившейся манерой моего друга. С чего вдруг такие перемены? Мысли за доли секунд лихорадочно проносились в моем мозгу, лопаясь, словно спелые черри. И внезапно на меня снизошло озарение, повлекшее за собой ужас: Леонс пошел ва-банк! Я удивлялся его выдержке, его терпению, с которым он изображал здесь своего, но самообладание отказало ему, он устал играть в эту игру, сейчас он отбросил маски и уверенно прошествовал мимо ругающегося Ника, грубо толкнув его плечом. Я остановился, глядя на удаляющуюся спину француза в ярко-красном пиджаке. А готов ли я пойти ва-банк? Я, конечно, не люблю комитет Полиса, и понимаю, что они делают неправильные вещи, распределяя воду между людьми как между пустынными сорняками и розами на огороде. Но взять и отбросить хоть какое-то комфортное существование сейчас, вот так, нужно ли мне это? Всё происходило слишком стремительно, слишком! Мой разум метался между страхом и желанием что-то изменить. Ну кто узнает, что я побывал в секретном отсеке «Колодца-1», никто же, верно? Смешно. Зачем мне это? Что изменит наша находка в этом месте, народ уже бунтует, справятся и без нас. Так я и застыл с в растерянности. Мне очень хотелось помочь Леонсу, мне нравился этот парень, но я же не имплантированный киборг-убийца, я просто повар. Неожиданный тон Леонса удивил не только меня: на проходной отсека в полном недоумении застыл наш физик Хардман. Слегка встряхнувшись, он обратился ко мне, опасливо косясь на француза:

— Джек, так значит, вы не встречали в Полисе Хлою?

— Да где уж там! — рассеянно отмахнулся я, одолеваемый тревогой, — Мы только до закусочной прошвырнулись, а как сообщение получили — сразу обратно сюда.

— Досадно, досадно! — Пробормотал ученый, качая головой. Машинальным движением поправив свой синий форменный кардиган, он сказал:

— Очень уж интересный экземпляр она с собой утащила. Этот абориген — крайне необычный субъект! Или может он ее утащил? Но тогда хотя бы он еще цел и вполне пригоден для изучения. — когда Хардман говорил о жёлтом человеке его глаза горели едва ли не фанатичным огнем. Едва только речь зашла о похищении аборигеном Хлои этот блеск в сменился холодным равнодушием. Я уловил эту перемену, и почувствовал, как внутри меня через толщу слизкого страха и сомнений клокоча от возмущения пробивается настоящая злоба. Все-таки я был неравнодушен к Хлое. Дураку понятно, что ее исчезновение напрямую связано с джинновщиной, творящейся на корабле. Пропади все в зыбунах, сейчас, или никогда! Леонс молча застыл у дверей монорельса за спиной ученого, выжидающе глядя на меня. Он наверняка понимал, через какую душевную бурю я сейчас прохожу, и потому лишь мягко кивнул мне, поманив рукой. Я, подбадриваемый моим другом, почувствовал, как ноги, сбросив с себя страх, сделали первый шаг в его сторону. Голова за ногами не успевала, вяло сопротивляясь и страшась. И всё же как во сне я делал шаги. Раз-и-два, раз-и-два. «Назад дороги уже не будет. Подумай, Джек Салливан, ты потеряешь всё зайдя в этот долбаный лифт» шептал мне голосок, но я продолжал шагать. Хардман уже потерявший к нам интерес и озиравшийся вокруг в поисках чего-то одному ему ведомого проплыл мимо меня, вернее это я миновал его, приближаясь к монорельсу. Сквозь сомнение и страх, раздражение и нежелание что-либо менять я дополз таки до дверей лифта, рукой уцепившись за проём монорельса.

Когда мы вошли в просторную кабину лифта Леонс выдохнул и нервно рассмеялся:

— Pardon, ami, видел бы ты свое личико! Я думал что ты заплачешь и убежишь, ей богу.

Я не смог ему ответить, лишь шумно прочистил горло. Француз меж тем связался с помощником капитана и доложил, что мы прибыли на корабль, и ожидаем дальнейших указаний.

— Джек может отдохнуть в своей каюте, — Распорядился Гордон, — тебе нужно будет проверить состояние вашей поставки груза, инженеры сегодня с ног сбиваются, так что эта работа оставлена тебе. На корабле чрезвычайная ситуация, надеюсь, вы помните регламент. Скоро на борт прибудет временный медик, всем нужно будет пройти краткую диспансеризацию.

— Есть. — по струнке вытянулся техник.

— Конец связи! — ответил помощник капитана. Я выдохнул. Больше всего сейчас хотелось спрятаться в своей каюте и не выходить оттуда. Но едва голограмма исчезла с браслета Леонса, он подскочил к терминалу лифта и принялся рыться в интерфейсе.

— Что ты делаешь? — испуганно спросил я.

— На чертежах видно, что к скрытому уровню есть проход с монорельса, там тот самый небольшой коридор, ведущий к двери отсека. — затараторил Леонс, параллельно вскрывая интерфейс терминала и копаясь в исходном коде, — в эту секцию мне не удалось получить доступ, но я могу остановить лифтовую кабину прямо у вентиляционной шахты над ней. Там я и провёл разведывательного бота когда пытался вскрыть с его помощью отсек.

— Прямо как в комиксах. — Нервно усмехнулся я. — А ты уверен, что мы там пролезем?

— Места там маловато, но и мы с тобой не тюфяки, пролезем!

Он продолжал взлом. Я решил, что не стоит донимать вопросами Леонса. Чем быстрее мы поглядим, что там такое, тем быстрее вернемся к обязанностям, забыв на время про этот инцидент. Как бы я ни протестовал против задумки, но вынужден признать: Леонс был прав. Момент нам подвернулся на удивление удачный, такими потерянными и встревоженными я членов экипажа еще не видел, ну, если не считать Хардмана конечно. Николай абсолютно точно скрывал свой страх за показной яростью. Тут уж безопасникам Чарли, Сандре и остальным точно будет не до нас. Настолько, что у меня даже возникали подозрения, не причастен ли мой друг к исчезновению жёлтого человека и нашего медика? От мыслей меня отвлекло замигавшее освещение. Кабина монорельса дёрнулась, и замерла. Двери распахнулись, открывая внутреннюю обшивку с небольшой прямоугольной решеткой вентиляции. В руках Леонса словно по волшебству возник ключ, которым он ловко принялся снимать болты, фиксирующие решетку.

— Помоги-ка! — прокряхтел он. Мы подхватили ее с обеих сторон и, стараясь издавать меньше шума, задвинули внутрь шахты, облокотив на боковую стенку. Изнутри нас обдало облаком пыли, я чихнул.

— Отлично, полезли, Джек. — Глаза Леонса вспыхнули в предвкушении, потирая руками и радостно ухмыляясь, он буквально нырнул в открытый нами проем. Я с сожалением оглядел его прекрасный выходной костюм, выглаженные красные брюки, которыми француз будто тряпкой протирал недра вентиляции, ползя на пузе, и извиваясь, словно змея. Нехотя я последовал за ним, проклиная грязь, скопившуюся здесь за десятилетия и заодно себя, за свою отчаянную тупость. Внутри передвигаться можно было только ползком, но в ширину места было достаточно. Через пару метров Леонс оглянулся, убедившись, что я тоже внутри он с помощью браслета закрыл двери монорельса, лифт сразу же продолжил своё движение.