Чтение онлайн

Каждому структурному подразделению комбината выделялось для распространения среди его работников определённое количество санаторно-курортных путёвок, предоставленных, разумеется, не по рыночным ценам, что было бы абсурдно, поскольку совершенно нецелесообразно в рамках одного юридического лица одновременно быть и рентабельным продавцом услуг и их же покупателем, дополнительно формируя самому себе налогооблагаемую прибыль. Путёвки предоставлялись по предполагаемой плановой себестоимости, полученной расчётным путём с обязательным учётом инфляционных ожиданий. Если же реальная инфляция рубля оказывалась к концу года выше запланированных инфляционных ожиданий, то это приводило к убыткам, которые самому себе и вынуждено было возмещать отчасти из своих же прибылей государственное промобъединение Норильский комбинат (позднее ОАО «Норильский комбинат»).

Непосредственно трудящимся путёвки реализовывались с учётом льготных скидок, рассчитывавшихся опять же не от рыночной цены санаторно-курортного обслуживания, а от утверждённой руководством Норильского комбината стоимости. Размеры льгот, порядок и квоты выделения путёвок структурным подразделениям устанавливались совместными решениями руководства промобъединения и лидеров профсоюзных организаций.

К сведению читателя, поясним следующее:

а) в Указе Президента России № 1503 от 28 сентября 1993 года «Об управлении государственным социальным страхованием в Российской Федерации» устанавливалось, что управление внебюджетным Фондом социального страхования России осуществлялось в порядке и на условиях, предусмотренным положениями Указа Президента России № 822 от 7 августа 1992 года «О Фонде социального страхования Российской Федерации» . Фонд социального страхования России признавался самостоятельным государственным финансово-кредитным учреждением, на текущий счёт которого поступали обязательные платежи по государственному социальному страхованию, производимые всеми хозяйствующими субъектами независимо от форм собственности;

б) президентским указом Фонду социального страхования России было поручено осуществлять финансирование следующих выплат: пособий по временной нетрудоспособности (больничный лист), родам (при рождении ребёнка), по уходу за ребёнком до достижения им возраста 1,5 лет, санаторно-курортного лечения и оздоровления трудящихся и членов их семей;

в) норма права постановления Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 года «О страховом тарифе взносов в Фонд социального страхования Российской Федерации» устанавливала, что страховой тариф взносов в Фонд социального страхования России для всех хозяйствующих субъектов был равен 5,4% по отношению к начисленной оплате труда по всем основаниям.

Руководствуясь действовавшим в то время законодательством, норильский государственный территориальный орган управления социального страхования предоставлял возможность государственному промобъединению Норильский комбинат (позднее ОАО «Норильский комбинат») частично компенсировать стоимость путёвок, включавшую в себя понесённые комбинатом расходы на финансирование содержания своих санаторно-курортных комплексов, из Фонда социального страхования России.

Это позволяло возмещать всю, или почти всю, отрицательную разницу, возникавшую от реализации работникам промобъединения путёвок по льготной стоимости в сравнении с принятой расчётной стоимостью этих путевок, которая на начало финансового года предположительно включала в себя все запланированные расходы Норильского комбината на санаторно-курортное оздоровление и лечение северян.

Период экономического кризиса 90-х годов XX века, период повсеместной практики вынужденных неплатежей и финансового мошенничества с меньшими потерями пережили те центры санаторно-курортного отдыха, которые функционировали «под крылом» мощнейших рентабельнейших промобъединений России, а не пытавшиеся самостоятельно выжить, экономически и хозяйственно сохраниться в только намечавшихся тогда предпосылках свободного рынка санаторных услуг.

Независимые, полностью самостоятельные здравницы (санатории, пансионаты, дома отдыха), пытаясь выжить в холодное время года, снижали свои условно-постоянные затраты, увольняя или отправляя в неоплачиваемые отпуска часть персонала, уменьшали возросшие в условиях низких температур расходы на энергопотребление путём полугодового исключения из работы части своих основных фондов. В сравнении с ними санаторно-курортные комплексы Норильского комбината, как и аналогичные комплексы других гигантов российского промышленного производства, стабильно функционировали на полную мощность, обеспеченные необходимыми финансовыми ресурсами и гарантированно загруженные отдыхающими, приезжавшими в любое время года.

Кроме организационно-технических и финансово-экономических плюсов такого взаимодействия производственных и непроизводственных подразделений в структуре одного государственного многоотраслевого промобъединения немаловажное значение для трудящихся Норильского комбината имел тот факт, что вблизи этих санаторных комплексов предпочитали относительно компактно селиться выезжавшие «на материк» норильские пенсионеры. Это способствовало образованию в разных частях страны своеобразных «норильских диаспор», что помогало выезжавшим с Крайнего Севера на постоянное место жительства в другие регионы страны норильским пенсионерам в окружении своих земляков легче адаптироваться к условиям жизни на новом месте. По возможности, при наличии желания, соответствующих профессиональных навыков и опыта, некоторые доброго здравия пенсионеры-северяне устраивались на работу в те же санаторно-курортные комплексы, пионерские лагеря или сельскохозяйственные и ремонтно-строительные подразделения, обеспечивавшие деятельность лечебно-оздоровительных социальных объектов.

В конечном итоге, после завершения приватизации акционировавшегося Норильского комбината в составе концерна «Норильский никель», проведения внутренней реорганизации дочерних компаний РАО «Норильский никель», образованных в результате акционирования дочерних предприятий концерна, и создания ОАО «ГМК «Норильский никель», в распоряжении которого оказались производственные и природно-сырьевые активы Норильского комбината, всё это прекратилось.

Новые собственники, закрепившись в своём положении, предпочли избавиться от санаторно-курортных комплексов и пионерских лагерей, как от непрофильных активов, чья даже полностью самостоятельная деятельность в лучшем случае приносила ничтожный экономический эффект, едва ли сравнимый с получаемыми инвалютными миллиардными прибылями, приносимыми фактически безвозмездной эксплуатацией прихваченных у Государства инфраструктурно обустроенных богатейших горнорудных месторождений. Неосязаемый же эффект от ежегодного отдыха и оздоровления тысяч северян, проявлявшийся в восстановлении их жизненных сил, российских «ПРИВАТ-капиталистов» интересовал гораздо в меньшей степени, чем перспективы умножения частного капитала (!).

Руководство ОАО ГМК «Норильский никель», исходя из опыта зарубежных компаний, предпочло занять якобы сугубо рыночную позицию, заключавшуюся в чётком ограничении перечня обязанностей работодателя, наиважнейшей в котором была обязанность своевременной и полноценной выплаты работникам зарплаты. Главное в этом подходе то, что труд каждого специалиста в итоге имеет свою конкретную денежную оценку (зарплата), с точки зрения работодателя являющуюся достойным и полновесным эквивалентом вклада конкретно каждого работника в получаемый окончательный экономический результат от деятельности компании в целом. Следовательно, выдачей трудящемуся заработной платы наиважнейшая обязанность работодателя считается исполненной, а все остальные вопросы, возникающие из противоположности интересов «труда и капитала», решаются в рамках законодательства страны и положений Коллективного договора, которые не обязывают работодателя содержать собственные санаторно-курортные комплексы, доступные самым широким социальным слоям его работников.

Получивший заработную плату трудящийся самостоятельно определяет направления расходования своих наличных денежных средств: на питание, мелкие бытовые расходы и коммунальные платежи; на приобретение одежды и обуви; на образование детей и помощь родителям; на покупку мебели и бытовой техники, на приобретение изделий из благородных металлов и драгоценных камней, либо автомобиля или квартиры.

По логике работодателя работник компании посредством ежемесячного накопления части заработанных денежных средств на банковском счёте вполне способен обеспечить себе и своей семье возможность провести отпуск в любом понравившемся ему санаторно-курортном месте в России или за её пределами. Из расчёта своих накоплений в будущем, возможно, по выходу на пенсию, а может быть, и раньше ему также предстоит решать проблему переезда на постоянное место жительства «на материк». Всё это – личное дело каждого в отдельности взятого работника.

С этим можно согласиться, одновременно признав, что во всём этом есть серьёзный изъян, конкретно касающийся тех работников ОАО «ГМК «Норильский никель», у которых после расходов на еду и удовлетворение самых необходимых бытовых потребностей просто не остаётся заработанных денежных средств, чтобы отложить сколько-нибудь серьёзную сумму на банковский счёт. Эти люди не в состоянии присоединиться к своим более высокооплачиваемым сотоварищам по труду в ОАО «ГМК «Норильский никель», чьи заработанные, но неизрасходованные денежные средства ежемесячно формируют значительную часть так называемого отложенного спроса Норильского промрайона.

Работая в прежние времена в структурах государственного промобъединения Норильский комбинат, трудящиеся имели возможность в определённой очерёдности, приобретя через профсоюзную организацию льготную путёвку, пусть ориентировочно один раз в четыре года, но с семьёй отдохнуть и подлечиться в санатории «Заполярье» или «Озеро Белое», насладившись красотами черноморского побережья или природой центральной полосы России. Каждый год их дети в летние каникулы имели возможность отдыхать и физически крепнуть в пионерских лагерях «Таёжный», общаясь со сверстниками на фоне прекрасной природы южного Красноярья.