Приват-капитализм России, или Дело «Норильский никель»
Шрифт:
Ну, а норильские пенсионеры прозябали в совершенно бесполезных ожиданиях чуда, когда же это комбинат сподобится и решится всё-таки выполнить ранее взятые на себя обязательства (в ряде случаев совместно с этими же пенсионерами) по строительству жилья «на материке» по программе переселения северян за пределы Заполярья.
Прошло почти два года, и 25 июня 1999 года заместитель гендиректора РАО «Норильский никель» Лев Кузнецов в своей служебной записке на имя гендиректора РАО «Норильский никель» Александра Хлопонина так отчитывался по сложившейся ситуации с незавершённым гражданским строительством «на материке»:
«1. В течение ряда лет АО «Норильский комбинат» предпринимало неоднократные попытки проведения инвентаризации объектов, незавершённых строительством … В результате проведённой работы реальное решение существующей проблемы не достигнуто .
2. АО «Норильский комбинат» передало в филиал АО «Норильский комбинат» Московская контора архив по объектам незавершённым строительством, состоявшим из 260 дел по 320 объектам . Архив, который создавался в течение 1996 – 1999 гг., представлен в виде дел …
7. Проведена предварительная систематизация имеющейся информации по 52 объектам , анализ юридических, финансовых и бухгалтерских документов по незавершённым строительством объектам жилищной сферы и гражданского строительства.
8. Проведены предварительные переговоры с ЗАО «Красноярское представительство», риэлтерскими фирмами Московской, Волгоградской, Рязанской, Самарской, Саратовской областей о возможностях проведения оценки незавершённых строительством объектов и перспектив их последующей реализации . Необходимость привлечения не только московских, но и региональных риэлтерских консалтинговых компаний обусловлена знанием ими конъюнктуры местного рынка, наличием контактов с местной Администрацией …
Ведётся работа по подготовке технических заданий, договоров с контрагентами на оценку незавершённых строительством объектов и их последующей реализации.
9. Подготовлена смета расходов (на 52 объекта) на проведение инвентаризации объектов с привлечением и оплатой услуг сторонних организаций на сумму 11 131,0 тыс. рублей (445,5 тыс. $).
10. Выделены объекты (всего 5), на завершение строительства которых возможно привлечение финансовых средств из федерального бюджета (компенсационные выплаты)» .
В тексте служебной записки заместителя гендиректора РАО «Норильский никель» Льва Кузнецова и речи не шло о том, что незавершённые строительством дома вообще-то следует достроить и предоставить под программу переселения норильских пенсионеров за пределы полуострова Таймыр. За исключением, пожалуй, того, что всего-то 5 объектов Лев Владимирович посчитал целесообразным предложить своему руководству достроить, но ни в коем случае не за счёт прибылей приватизированной компании, а за счёт финансовых средств федерального бюджета .
Зная больше, чем можно было доверить бумаге, и понимая, что необходимо было снять с новых менеджеров прихватизированного у Государства горнометаллургического бизнеса всякую ответственность за неисполнение доприватизационных обязательств Норильского комбината, Лев Кузнецов развил активную кампанию по формальному уточнению, что, где и почём строилось, всячески затягивая процесс принятия решений по существу проблемы. Параллельно, действуя через своих подчинённых, он изыскивал возможности выручить «живые» деньги от продажи прав на незавершённую строительством недвижимость третьим лицам, опасаясь, что пока «суд да дело», «козырную незавершёнку», расположенную в центральных или курортных регионах страны, успеют достроить ушлые ребята, совсем не настроенные считаться с интересами хозяев РАО «Норильский никель». В ряде случаев его опасения оказались не напрасными.
В итоге этих длительных проволочек, обставленных разнообразными надуманными аргументами, стартовавшая ещё при гендиректоре государственного промобъединения Норильский комбинат Борисе Колесникове, успешно реализовывавшаяся его преемником Анатолием Филатовым, социально-значимая для многих норильских пенсионеров программа строительства жилья «на материке» фактически перестала существовать (!).
Причём большую часть ответственности за это Лев Кузнецов предпочёл возложить на того же начальника управления капитального строительства Норильского комбината Валерия Анишина, человека действительно болевшего за дело и работавшего не за галочку в отчёте, а на конкретный результат, но не в полной мере обеспечившего правильность формально-юридического оформления сделок. В частности, в некоторых случаях Анишин при подписании строительных контрактов действовал на основании должностной инструкции, а не на основании соответствующей доверенности, что позволило впоследствии ОАО «Норильский комбинат» вообще отказаться от своего участия в таких контрактах, особенно там, где «незавершёнка» была на начальном этапе возведения, совершенно неинтересном для коммерческой организации.
Это автоматически ускорило добровольно-принудительное освобождение Валерия Анишина от занимаемой должности, как лица, с точки зрения руководства РАО «Норильский никель», формально неоднократно превышавшего свои полномочия. С другой стороны, это был человек, несомненно, не желавший соглашаться с совершенно неконструктивной политикой «охоты на ведьм», проводимой московскими ставленниками Владимира Потанина, вместо продуктивной работы в направлении строительства жилья за пределами полуострова Таймыр для организации переселения норильских пенсионеров.
Сам же Лев Кузнецов, оставшись как бы не при делах, вполне мог рассчитывать на материально-моральный комплимент от своих высокопоставленных московских боссов, выражавшимся или в деньгах, или в карьерном росте, или ещё в чём-то … совершенно неважном для тысяч людей, желавших и желающих одного – в преклонном возрасте жить вне пределов Заполярья.
Новые же хозяева приватизированных производственных мощностей Норильского комбината предпочли просто «прогнать картину» , поручив своим управленцам всячески изображать активную деятельность, но не подкрепляя её серьёзными финансовыми обязательствами компании и не ввязываясь в невыгодные для неё проекты.
В связи с этим был задействован весь административный ресурс, направленный на достижение цели снова закрыть город для свободного въезда в него граждан, не имевших местной прописки, как это было до 1989 года, чтобы поставить преграду на пути неконтролируемой миграции. Одновременно предпринимались попытки решения проблемы переселения норильских пенсионеров через участие в социальных программах Европейского банка реконструкции и развития, который был готов выделять норильским аборигенам, предварительно сдававшим муниципалитету свои квартиры, для переезда «на материк» столько денег, сколько, в лучшем случае, хватало бы на приобретение жилья на самых окраинах периферийных городов России.
Однако не все пенсионеры, проживая в Норильске, Талнахе и Кайеркане, имели и имеют достаточно привлекательные для сдачи муниципалитету квартиры, расположенные к тому же не в аварийном жилом секторе, уж не говоря о домах, планируемых под снос. Поэтому этот оптимальный для собственников и руководства РАО «Норильский никель» (позднее ОАО «ГМК «Норильский никель») вариант переселения лиц преклонного возраста «на материк», привлекательный тем, что не влёк за собой обременения компании какими-нибудь серьёзными финансовыми обязательствами, постоянно буксовал и продолжает буксовать, практически не влияя на обратную миграцию людей из российского Заполярья.