Чтение онлайн

– Ну конечно, – хмыкнул я, откидываясь на спинку кресла. Кожа скрипнула под моим весом. – Куда же ещё могли вести следы древнего супероружия, как не в самую задницу галактики?

«Кладбище Искр». Я нашёл байки об этом месте в бесконечных просторах Сети от посетителей баров на Периферии. Аномальная зона, окружённая поясом из нестабильных ионных штормов. Там не работали компасы, сходили с ума гироскопы, а корабли просто исчезали, превращаясь в дрейфующие гробы. Говорили, что магнитное поле там настолько мощное, что может вырвать железо из крови человека.

– Влад, – голос Семёна Аркадьевича вырвал меня из раздумий. Он стоял рядом, держа в руках кружку с чем-то дымящимся. Вид у него был встревоженный. – Ты пялишься в одну точку уже час. И ухмыляешься так, что у меня мурашки по спине бегают. Нашёл что-то?

– Нашёл, Семён Аркадьевич. Мы летим на кладбище.

Капитан поперхнулся чаем.

– Оптимистичное начало дня, сынок. На какое именно? Надеюсь, не на то, где мы будем главными клиентами?

– «Кладбище Искр».

Старик присвистнул и поставил кружку на консоль.

– Ты рехнулся. Туда только самоубийцы летают. Там же навигации нет! Там сплошной магнитный шторм!

– У нас есть навигация, – я постучал пальцем по виску. – И у нас есть корабль, которому плевать на магниты.

Стоило мне это сказать, как палуба под ногами мягко завибрировала. Это было похоже на урчание огромного кота. «Рассветный Странник» услышал координаты. И он… обрадовался?

Стены мостика, покрытые биомеханическим волокном, на мгновение вспыхнули ярче. Корабль хотел туда. Его тянуло к этой аномалии, как акулу на запах крови.

– Он знает дорогу, – тихо сказала Ани. Она вышла из тени у входа, бесшумная, как всегда. Её золотые глаза внимательно изучали моё лицо. – Этот корабль уже был там. С Вазаром.

– Был, – подтвердил я, чувствуя, как в памяти всплывают чужие, холодные образы: фиолетовые молнии, остовы погибших дредноутов и ощущение абсолютного превосходства. – И он хочет вернуться.

Внезапно динамики интеркома ожили. Голос Киры звучал взволнованно, почти панически:

– Влад! Срочно дуй в инженерный отсек! Прямо сейчас!

– Что случилось? – я напрягся. Рука инстинктивно легла на пояс, где висел бластер. – Реактор?

– Хуже! Это… это надо видеть. Грузовой шлюз номер четыре. Тот, где сидит твой «цифровой друг». Он… он делает что-то странное!

Мы с Ани переглянулись.

– Я займусь курсом, – быстро сказал Семён Аркадьевич, плюхаясь в кресло второго пилота. – А вы идите, разберитесь с привидениями. Только, ради всего святого, не взорвите корабль!

Кира ждала нас у поворота к четвёртому отсеку. В руках у неё был сканер, которым она размахивала, как пистолетом.

– Сюда, – она махнула рукой. – Только осторожно. Оно… агрессивное.

Мы подошли к двери грузового отсека номер четыре. Двери больше не было видно. Весь проход был затянут толстым слоем серой биомассы. Это выглядело так, словно корабль отрастил «кожу» поверх металла. Но это была не здоровая кожа. Это напоминало грубый шрам или костяной нарост, какой образуется на месте перелома.

Толстые жилы, похожие на корни деревьев, оплели дверной косяк, намертво вдавливая люк внутрь. Словно корабль пытался не выпустить того, кто сидел внутри. Или… замуровать инфекцию.

– Что за чёрт? – прошептал я, подходя ближе.

– Это началось час назад, – быстро заговорила Кира. – Сначала просто скачок напряжения. Я думала, Вазар там майнит крипту или гоняет симуляции. А потом биодатчики взбесились. Корабль начал направлять сюда ресурсы регенерации. Тонны ресурсов! Влад, «Странник» пытается запечатать эту комнату!

Я протянул руку и коснулся серого нароста. Он был горячим и твёрдым, как бронеплита. Под ладонью я почувствовал вибрацию. Быстрый, лихорадочный ритм.

– Что он там делает? – спросила Ани, вставая у меня за спиной.

– Энергопотребление внутри этого чулана сейчас выше, чем у гипердвигателя в момент прыжка, – Кира ткнула пальцем в экран сканера. – Он жрёт энергию, как не в себя. И он использует материю корабля. Он что-то строит там, Влад. Физически строит.

Я закрыл глаза, обращаясь к той части себя, которая раньше была Вазаром.

Анализ, – мысленно скомандовал я.

Ответ пришёл мгновенно, сухой и безэмоциональный:

«Объект: Изолированный сегмент нейросети. Статус: Активное формирование материи. Угроза прорыва: Низкая. Рекомендуемое действие: Наблюдение».

– Вазар, – прошипел я сквозь зубы. – Что ты задумал, сволочь цифровая?

– Может, вскрыть? – предложила Кира, поднимая плазменный резак. – Прожжём дыру, глянем. Если там терминатор, я его на гайки разберу.

– Нет! – резко ответил я.

Голос прозвучал так властно, что Кира даже отшатнулась. Я тряхнул головой, сбрасывая холодную маску.

– Прости, Кир. Нельзя.

– Почему?

– Посмотри на это, – я постучал по наросту. – Корабль запечатал дверь и создал карантинную зону. Это как иммунный ответ организма на вирус. Если мы сейчас вскроем этот «нарыв», мы можем выпустить наружу то, к чему не готовы. Ни мы, ни корабль.

– И что делать? Оставить всё как есть? – возмутилась техник. – У нас на борту сумасшедший ИИ, который строит себе… тело? Бомбу? Армию роботов-убийц?

– Он не может выйти, – я снова приложил ладонь к горячей поверхности. – Физически не может. Пока что. Корабль сильнее его. «Странник» держит его в клетке.

Я посмотрел на сканер в руках Киры.

– Поставь здесь периметр. Датчики движения, тепла, радиации. Камеры направь прямо на эту «пробку». Если хоть одна молекула вылезет наружу – я хочу знать об этом за секунду до того, как это случится.

– Ладно, – буркнула Кира, убирая резак. – Но мне это не нравится. Это как спать в обнимку с гранатой.

– Мы всю жизнь спим в обнимку с гранатой, Кира. Просто теперь у неё есть имя.

Я развернулся, чтобы уйти. Мне нужно было на мостик. «Кладбище Искр» ждало, и я чувствовал, что ответы на многие вопросы находятся там, среди мёртвых кораблей.