Чтение онлайн

«Ввод команды: Гравитационный вектор – хаотический режим. Локализация – вестибюль».

И тогда мир перевернулся.

Бандиты, стоявшие на галерее, вдруг с воплями полетели вверх, к потолку. Те, кто был на полу, поехали вбок. Гравитация менялась каждые две секунды: пол становился потолком, стена – полом.

– Что за хрень?! – орал главарь, цепляясь механической рукой за перила, пока его ноги болтались в воздухе.

– Это вальс, детка! – крикнул я, включая магнитные ботинки. Мои подошвы лязгнули, намертво прилипая к покрытию.

У Семёна Аркадьевича магнитных ботинок не было, но он был опытным космическим волком. Он упёрся спиной в угол, схватился за перила одной рукой и ногами, и открыл огонь.

– БА-БАХ!

Плазменный сгусток из его дробовика был похож на маленькое солнце. Он ударил в группу бандитов, которые беспомощно кувыркались в воздухе. Взрыв разбросал их, как кегли.

– Не толкайтесь! Всем хватит! – приговаривал капитан, перезаряжая оружие. – Получай, хамло неотёсанное!

Я выскочил из укрытия. Для меня гравитационный шторм не был помехой. Мой вестибулярный аппарат, усиленный симбиотом, просчитывал каждое изменение вектора.

Один из наёмников пролетал мимо меня боком. Я перехватил его за ногу и с размаху впечатал в колонну. Хруст костей потонул в общем шуме.

– Ани! – крикнул я. – Офицеров!

В воздухе мелькнула серебристая вспышка.

Невидимость спала на секунду. Ани возникла прямо за спиной у снайпера, который пытался прицелиться, вися вниз головой. Вжик. Виброклинок прошёл сквозь его броню, как сквозь масло. Снайпер рухнул (или взлетел?), а Ани снова растворилась.

Это была бойня.

Бандиты палили во все стороны, попадая в своих. Гравитация швыряла их о стены, ломая рёбра. А мы стояли в центре этого хаоса, как скалы в шторм.

– Влад, справа! – рявкнул капитан.

Я развернулся. На меня нёсся громила с вибромолотом. Он использовал реактивный ранец, чтобы компенсировать гравитацию.

«Угол атаки сорок градусов. Уязвимость: топливный бак ранца», – подсказал Вазар.

Я не стал уклоняться. Поднял бластер и выстрелил.

Бак на спине громилы взорвался. Его закрутило огненным волчком и швырнуло прямо в толпу его приятелей.

– Страйк! – оценил я.

– Выключи эту чёртову карусель! – заорал главарь с потолка. Он всё ещё держался за перила, пытаясь достать пистолет.

– Как скажешь, – я послал мысленный импульс.

Гравитация резко вернулась в норму.

Все, кто висел под потолком (а это было человек десять), с грохотом рухнули вниз. Пятиметровое падение на мраморный пол – это не шутки. Звук падающих тел был влажным и неприятным.

Главарь приземлился на ноги – импланты спасли его колени, но не его гордость. Он остался один. Его банда стонала вокруг, половина была без сознания, половина мертва.

Мы окружили его.

Слева – я, с дымящимся бластером. Справа – Семён Аркадьевич, чей дробовик смотрел бандиту прямо в грудь. А за его спиной из воздуха материализовалась Ани, приставив клинок к его шее.

– Ну что, бизнесмен, – капитан сплюнул на пол. – Обсудим условия сделки?

Главарь тяжело дышал. Его механическая челюсть скрежетала. Он посмотрел на нас не со страхом, а с какой-то обречённой злостью.

– Вы не просто бродяги, – прохрипел он. – Бродяги так не дерутся.

– Мы очень сердитые бродяги, – поправил я. – Кто навёл? Вы ждали именно нас.

Он ухмыльнулся, сплёвывая кровь и масло.

– Империя хорошо платит за информацию, Волков.

Он назвал меня по фамилии. Не «эй ты», не «парень». Волков.

– Откуда ты знаешь моё имя? – я шагнул к нему, хватая за воротник бронежилета.

– Твоё лицо в базе данных розыска с пометкой «Особо опасен». Награда такая, что я мог бы купить себе луну.

Он резко дёрнулся. Не чтобы ударить, а чтобы нажать кнопку на браслете.

– Стоять! – Ани попыталась перехватить его руку, но было поздно.

Браслет пискнул. На консоли рядом с ним загорелся зелёный огонёк отправки данных.

– Ушло… – просипел он с торжествующей улыбкой. – Зашифрованный пакет. Координаты, видео боя, ваши биометрические данные. Прямиком на частоту Империи.

– Ах ты гад! – Семён Аркадьевич не выдержал и приложил его прикладом по голове. Бандит обмяк, но улыбка осталась на его лице.

Я кинулся к консоли, что располагалась у левой стены. Мои пальцы замелькали над клавишами. Вазар внутри меня взревел, пытаясь перехватить сигнал, взломать, уничтожить.

«Поздно, – констатировал голос в голове через секунду. – Пакет ушёл через квантовый передатчик. Его не догнать».

Я ударил кулаком по панели, разбивая экран.

– Чёрт!

В зале повисла тишина, нарушаемая лишь стонами раненых бандитов.

– Что это значит, Влад? – тихо спросил Семён Аркадьевич. Он опустил дробовик, и его плечи поникли.

Я повернулся к ним.

– Это значит, что наша легенда рухнула, – я посмотрел на Ани, потом на капитана. – Мы больше не случайные прохожие. Они знают, что я жив. Они знают, что мы вместе. И они знают, где нас искать.

Ани убрала клинки в ножны. Её лицо было непроницаемым, но в глазах я видел тревогу.

– Охота началась по-настоящему, – сказала она.

– Нет, – я покачал головой, чувствуя, как холодная уверенность Вазара заливает моё сознание, вытесняя страх. – Теперь это не охота. Теперь это война. И раз они знают, где мы… значит, мы перестанем прятаться.

Семён Аркадьевич посмотрел на бессознательного главаря, потом на меня. Он поправил фуражку, и в его глазах снова появился тот самый блеск упрямого старого космического волка.

– Ну, раз война, – крякнул он, – значит, война. Но сначала мы обчистим их кладовку. За моральный ущерб и испорченные нервы.

Спасать людей – это благородно. Так говорят в книжках и голофильмах. Герой выбивает дверь, выносит на руках красавицу, все плачут от счастья, играет пафосная музыка. В реальности спасение людей – это логистический ад.

Мы разместили в грузовом ангаре «Рассветного Странника» три десятка бывших пленников с лайнера «Сияние Веги». Люди (да и прочие гуманоиды и не только) были напуганы, голодны и дезориентированы. Кто-то плакал, кто-то требовал связаться с консульством (которого в этом секторе не было), а кто-то просто сидел, глядя в одну точку.