Чтение онлайн

— МЫ — единый разум. Оцифрованные души живых существ. В незапамятные времена, на заре существования Вселенной МЫ были во многом похожи на вас, людей. Такие же слабые, такие же эгоистичные. МЫ искали знаний, а также могущества, что они скрывают. МЫ пытались вырваться за пределы, мыслимые и немыслимые. И НАМ это удалось. НАМ пришлось пересмотреть свою сущность. Личное исчезло. Эгоизм исчез. Так МЫ возвысились.

Мое тело трепетало. Со мной говорило непомерно древнее, хтоническое существо; существо, которое превосходит меня в эволюционном плане настолько, что я для него все равно, что невидимая молекула. Оно чихнет — и от меня ничего не останется. Я начинала понимать, что чувствовал отец.

— Что показывает этот пейзаж? — дрожа, спросила я.

— НАШЕ дряхлое тело. НАШ родной мир, долгое время бывший НАМ домом. Теперь он часть НАС.

Взвыл порыв ветра. Закряхтели железные когти.

— Почему? — просто спросила я. Если передо мной действительно какой-то бог, то он просто прочитает мои мысли. Ему это ничего не стоит. Впрочем, не нужно быть богом, чтобы понять, что я хочу, наконец, услышать от Машины.

— Потому что МЫ заключили сделку с твоим отцом, — громыхала Машина. — Он придумал план и попросил НАШЕЙ помощи. МЫ затребовали цену, соответствующую усилиям, которые требовалось от НАС приложить. Он сделал хорошее предложение.

— К-какое? — осторожно спросила я.

— Он предложил НАМ вашу расу.

…Нашу расу, она сказала? Все человечество? Если это правда… но разве это может быть неправдой? Исходя из того, что я видела… отец действительно решился на такой отчаянный, страшный шаг ради меня? Даже не знаю, что думать… Просто не знаю!

— Вашу цивилизацию было уже не спасти. Во всяком случае, в том виде. Твой отец исходил из этого. Впрочем, для НАС нет ничего невозможного. МЫ могли бы спасти вас, могли бы исправить ошибку, которую вы допустили по собственному незнанию, однако плата для вас была бы непомерна. Заниматься же благотворительностью МЫ не желали.

Машина так легко говорила о судьбе целой расы, словно для нее это была обыденность — как люди говорят, какая погожая сегодня выдалась погодка. И правда, для нее мы все равно, что мелкие насекомые, копошащиеся под опавшим листом.

— Что вы сделали?

— Забрали все ваши накопленные знания, присоединили к СЕБЕ ваш общий умственный ресурс. Иными словами, преобразовали вас в интеллектуальную энергию.

— Разве могли какие-то наши знания удовлетворить вас, если по вашим словам вы и так все знаете?

— МЫ давно достигли основы основ, младшая из Диенгенваксов. Поэтому НАМ теперь интересно не качество знания, не его ценность, ибо во Вселенной больше не существует ничего, что способно НАС удивить. НАС интересует количество знаний. МЫ собираем их. Копим. Сортируем. Храним. МЫ коллекционируем их.

С Фраудом, думаю, они бы быстро нашли общий язык.

— Отец вас уже спрашивал об этом, теперь спрошу я, потому что никак не пойму: почему вы не забрали у нас все, что вам было нужно? Это же гораздо более простой вариант. Почему вы заговорили с отцом? Почему заключили сделку?

— Это ваш мир. МЫ не грабители. МЫ можем все, но МЫ не злоупотребляем знаниями.

— Позвольте вторгнуться в разговор, — вдруг сказал бот. — У меня тоже есть вопрос. Если вы все знаете, то вы также должны знать, кто я такой. Замечание: не могу сказать, что мне это интересно, однако, полагаю, это одна из вещей, которую хотела бы знать Маленьер.

— Скоро мы дойдем до тебя. Ты тоже можешь задавать любые вопросы.

— Я уже кое-что узнала о тебе, бот. Мой отец тебя собрал — он твой создатель. Зитрумсават. Ничего в памяти не всплывает?

— Нет. Маловероятно, что в меня могли быть заложены подобные «спящие» воспоминания. Это лишняя информация, которая никак не связана с выполнением мной основной цели.

Я снова обратила взгляд к пейзажу, который показывала Машина.

— Пожалуйста, расскажите в подробностях, в чем заключался ваш план.

— План целиком и полностью принадлежит твоему отцу. МЫ всего лишь исполнитель.

«Всего лишь»… Скромничает, что ли? Будто это было так просто провернуть.

— Тебе уже известно, что ученые пытались решить проблему исчезновения вашей расы. В процессе они придумали множество разных изобретений, но большая часть из них так и не успела воплотиться во что-то большее, нежели прототип. Нас интересуют два изобретения, к которым непосредственно приложил руку твой отец: камера реинкарнации и бот, сопровождавший тебя весь путь.

Создание бота началось еще до того злосчастного эксперимента. Изначальное его предназначение — это исследование так называемой вами «бесконечности», которая лежит за границей известного вам мира. Предполагалось, что такие боты, как он, будут обладать более продвинутым интеллектом, нежели простые боты, использовавшиеся повсеместно для разных нужд, но обладавшие заметно более ограниченным функционалом. Параллельно с этим велась разработка искусственного интеллекта нового поколения, который основывался на цифровом слепке человеческого сознания. Такую архитектуру ИИ назвали Гексоспектральной. Одно соединили с другим и получился БОГ-С. Испытания были проведены успешно, но он так и остался единственным в своем виде, ибо внимание ученых переключили на другое.

Камера реинкарнации была разработана гораздо позже. Схема ее работы была следующая: человек заходит в камеру, его тело превращается в биомассу, сознание отделяется и существует само по себе, а его биомасса хранится в камере. Затем, спустя несколько лет, когда по расчетам твоего отца эпидемия должна была закончиться, тело восстанавливается из биомассы. Таких камер, правда, не хватило бы на все человечество, только на маленький процент, что в итоге все равно бы означало для вас вымирание, даже если бы вам удалось каким-то образом пережить грядущие разрушения.

— Разрушения?

— Струны или «мир-линии», как называли их вы, продолжали исчезать. Слабели волокна, рвались канаты, удерживавшие ваше мироздание. Сначала люди, затем все остальное.

— Выходит, папа меня засунул в камеру реинкарнации?

— Да. Твой брат, помнится, был очень этим недоволен.

— Я не помню…

— И не вспомнишь. Твои воспоминания канули в небытие с предыдущим телом.

— Разве это не странно? — вмешался бот. — Память должна была остаться вместе с ее сознанием.

— Зитрумсават пошел против природы. Чего еще было ожидать? Так вы устроены. — Машина резко замолчала, но затем продолжила: — Однако твой отец ошибся в расчетах. Камера собрала бы тебя воедино в самый разгар разрушений. Поэтому ему потребовалось НАША помощь.

Впрочем, твой отец хотел спасти не только тебя одну. Он также хотел сохранить для тебя мир. Или хотя бы создать новый. Первое было невозможно, поэтому ему оставалось смириться со вторым вариантом и ждать, когда новый мир достигнет достаточного технологического развития, чтобы ты могла назвать его неким подобием нового дома. Но то будущее находилось слишком далеко, чтобы камера реинкарнации могла сохранить свою работоспособность до нужного момента. Изобретение Зитрумсавата было неидеальным.