Чтение онлайн

– Спи… вояка!

Он что-то пробормотал во сне и вдруг, поймав мою ладонь, прижался к ней щекой, задержал на миг и отпустил, отвернувшись к стене. Я замерла, но его дыхание было все таким же ровным, и я на цыпочках вышла из комнаты.

В голове была полная каша. Пылали щеки, бешено колотилось сердце. Что со мной происходит? Почему меня так тронул этот бессознательный жест? Откуда вообще взялось нелепое желание погладить его по голове, почувствовать под пальцами волосы? Только этого мне еще не хватало…

Я снова взялась за книжку, но буквы плыли перед глазами, упрямо отказываясь складываться в слова. В конце концов, обругав себя сентиментальной идиоткой, я отложила книгу, спихнула с кровати обиженно запыхтевшего Рея, укрылась одеялом и задремала.

........Мне вновь снился небольшой деревянный дом, уже однажды виденный в лаборатории. Неказистый, старый, серый. Полуоторванная ставня хлопает по ветру, словно подбитая птица крылом. Во дворе грязь, комки черного, ноздреватого снега. Невысокое крыльцо почти утонуло в луже, к нижней ступеньке привалилась лопата. В небе носится, громко каркая, стая ворон. Тоскливо…уныло….

Я замечаю в окне свет. Подхожу ближе, заглядываю внутрь, и внезапно на меня накатывает чувство нереальности происходящего. Там, внутри, тоже я, но совсем другая – счастливая, улыбающаяся. Что-то напевая, я ставлю тарелки на старенький, рассохшийся стол. За спиной, на древнего вида плите, булькает какое-то варево.

Я, та, что под окном, вижу, что тарелок три штуки и отчего-то мне кажется, что их меньше, чем должно было бы быть. Девушка в доме, нарезает хлеб, немного, подумав, идет к выходу и, накинув куртку, выходит на крыльцо. И внезапно меня пронзает предчувствие близкой беды. Легкие сжимаются в два крошечных комочка, воздух становится вязким, точно патока. Медленно я поворачиваю голову, и вижу, как к дому неторопливо подъезжает автомобиль. Черный, грязный, с тонированными стеклами. Водителя не видно, но от машины буквально волнами исходит опасность. Она настолько сильна, что в ужасе я хватаюсь за разбухшие бревна, пытаясь крикнуть, предупредить, но неожиданно слышу странный тихий шелест, и древесина под пальцами вспыхивает, точно спичка.

Пламя моментально охватывает стены, заслоняет их обжигающей стеной. Сквозь огонь я вижу, как девушка на крыльце, вместо того, чтобы убежать, кидается обратно внутрь. Жаркие языки вздымаются высоко над крышей, и она начинает рушиться, балка за балкой проваливаясь внутрь, складываясь, будто карточный домик. Целый рой искр взвивается к небу, освещая мерцающим светом место, где я стою. Падает на лицо, на волосы, жалит, словно стая разъяренных ос. Я пытаюсь их смахнуть, но они как будто прилипли к коже, прожигая до самой кости.

От невыносимой боли я начинаю кричать и…......

– Яна!!! Яна, да проснись же, черт тебя дери!!!

Белое лицо Сергея было первым, что я увидела, открыв глаза. Он тревожно смотрел на меня, крепко держа за плечи – видимо, тряс, чтобы разбудить, – и, не задумываясь, боясь, что сейчас он уйдет, а я останусь один на один со своим кошмаром, я уткнулась ему в грудь и разревелась.

– Тихо, тихо… все хорошо, это просто сон. – Одна его рука обнимала меня, крепко прижимая к себе, а вторая гладила, как ребенка, по голове, осторожно убирая с лица растрепавшиеся волосы. Я всхлипывала ему в футболку, уже насквозь мокрую от слез, но только крепче прижималась к его груди, чувствуя себя в безопасности в кольце теплых рук. Не делая попыток отодвинуться, он продолжал укачивать меня, баюкая, тихо шепча что-то успокаивающее. И постепенно кошмар стал отступать.

В последний раз всхлипнув, я отстранилась. В комнате было темно, и я могла этому только порадоваться, видок у меня сейчас, наверное, был тот еще.

Минуточку. Почему темно? Сколько же я проспала? Ведь засыпала, еще и четырех часов не было…

– Который час? – я безуспешно шарила по карманам, в надежде отыскать носовой платок.

– Понятия не имею. Но, судя по всему, мы с тобой оба проспали немало, – улыбнулся Сергей, протягивая мне свой. Похоже, заимствовать у него платки скоро войдет у меня в привычку.

Я нашарила взглядом циферблат электронных часов на музыкальном центре и громко охнула – они показывали без десяти два. Получается, мы проспали почти десять часов! Ничего себе вздремнули, называется! Я покаянно шмыгнула носом.

– Видимо, с машиной мы сегодня в пролете.

– Забудь. Что тебя так напугало?

Я задумалась. Сон уже растворялся в памяти, теряя свою остроту, поэтому я не так уж сильно и слукавила:

– Я уже не помню. Что-то про пожары…и про меня… Господи, давненько такого не было.

– А что, раньше было часто?

– Раньше да. После… после смерти родителей я почти каждую ночь кошмары видела.

И снова он ни о чем не спросил, только легонько шлепнул по носу, встал и направился к выходу из комнаты.

– Пойдем-ка, попьем чаю, а то от твоего слезного потопа у меня в горле пересохло, – уже от двери произнес он. И, усмехнувшись, добавил. – Кстати, с тебя новая футболка!

И вышел, гад! А я осталась одна, пытаясь понять, не померещились ли мне слова, которые он шептал, утешая: хорошая моя…любимая.

Когда я, умывшись, пришла на кухню, там уже стояли две чашки с чаем и Сергей, удобно расположившись на диванчике, смотрел телевизор.

– Ты извини, Ян, – сказал он, когда я вошла, – но до рассвета осталось всего четыре часа. Можно я уже не поеду домой? Когда посветлеет, пойду к твоему драндулету, попробую его завести, заодно и насекомое это на место прилеплю. Не возражаешь?

Я только рукой махнула. Не выгонять же его, в самом деле. Не успеет до дома доехать, как уже возвращаться придется. Пусть сидит. Зато сегодня на работу поеду на своей машине! Эта мысль немного взбодрила меня, и остаток ночи мы просидели на кухне, перебрасываясь ничего не значащими фразами. Спать не хотелось, видимо, организм, получив свое, чувствовал себя вполне комфортно в неурочное время суток. Закутавшись в плед, забравшись с ногами на стул, я сидела и размышляла, что все-таки кухня – это стратегическое место любой семьи. Именно здесь так хорошо разговаривается и думается за чашкой чая или кофе. Здесь решаются такие вопросы, как покупка автомобиля или нового шкафа. Здесь дети рассказывают о том, что нового было в школе.

Под столом послышалось одобрительное ворчание. Судя по всему, Рей был со мной полностью солидарен. Для него кухня в последнее время стала местом, где ему часто перепадали его любимые сосиски.

За окном незаметно рассвело. Вначале из темноты выступили контуры фонарей и деревьев, затем они потемнели, обрели цвет и форму, будто художник, наконец, закончил несмелый набросок. И вот нас уже встречало серое утро.

Сделав последний глоток, Сергей прошел в ванную комнату, умылся и стал собираться на улицу. Я же поднялась, чтобы приготовить нам завтрак, но, заглянув в холодильник, разочарованно вздохнула, обнаружив в нем повесившуюся от голода мышь: купить продукты я вчера забыла.

– Сереж, подожди! – крикнула я в коридор, видя, что он уже одевает ботинки.

– Что?

– Давай я сначала быстро в магазин сбегаю, куплю нам что-нибудь на завтрак, а потом ты пойдешь чинить машину? А я как раз еду приготовлю за это время.

– Да брось, кофе попьем и все дела, еще на улицу выходить ради этого.

– Ну тебе может кофе и достаточно, а вот моя нежная натура просит хотя бы булочку к чаю. Не говоря уже о сосисках для твоего живоглота. Так что дай мне пять минут, у нас круглосуточный магазинчик во дворе, я быстро сбегаю и вернусь.