Чтение онлайн

– Твою ма-ать. Я думал, я с Серегой разговариваю.

– Ну, как видишь, нет.

– А где вас вообще леший носит? – перешел в наступление Стас, видимо, решивший, что лучший способ защиты – нападение. – Трубку не снимают, на работу не приехали, Гудвин рвет и мечет, да и у меня как-то муторно на душе. Вы чем там вообще занимаетесь?!

– Вообще, мы чиним мою машину, – изобразила я из себя оскорбленную добродетель. – Серега вчера полдня с ней провозился, вот доделывает сейчас. Ругается на чем свет стоит, говорит, что таких как я вообще ближе чем на десять метров к рулю подпускать нельзя. Так что если он меня не убьет в ближайшее время, то скоро приедем. Тебе дать его?

– Да не, не надо. – Гнусно заржал Стас. Судя по всему, мои объяснения полностью укладывались в его представление о женщинах-автовладельцах. – А трубку-то вы чего не снимали?

– Да я свой телефон дома оставила, а Сергей мобильник в карман пальто положил, а пальто в салон кинул, чтобы не испачкать. Вот и не слышали.

– Ну понятно все с вами. Пойду Гудвину доложусь, а то он уже копытом бьет. Если будет помощь нужна – свистите.

– Свистнем. – Пообещала я, вешая трубку. – Ну вот, пара часов у нас еще в запасе есть. Рассказывайте дальше, – попросила я Егора.

Тот помолчал немного, а потом мрачно сказал:

– Дальше… А дальше было вот что. После встречи с Денисом дело пошло быстрее. Но и сильно усложнилось одновременно. Когда я поделился с ним своими намерениями избавить мир от препарата, уничтожив все, что имелось по нему у компании – записи, образцы, технологии, – он посмотрел на меня как на умственно отсталого. Представляю ли я, спросил он тогда, каким образом хранятся записи об исследованиях, о создании новых лекарственных средств и тому подобные вещи? Я честно ответил, что в моей голове был образ некого склада, наполненного бумагами с формулами, уничтожив который, я бы свел на нет все, что компания знала о «Радаманте». Денис долго смотрел на меня, видимо, пытаясь понять, не шучу ли я, а когда понял, что не шучу, схватился за голову. По его словам, в наш век компьютеризации, бумаге доверяют в последнюю очередь. Да, безусловно, какая-то информация о препарате имелась в виде бумажных распечаток, отчетов и описаний, но все основное хранилось на сервере, на стримерной кассете. Более того, дубликаты всех исследований отправлялись в головной офис в Штаты. Это было обязательным правилом для всех лабораторий «Тристар Фармасьютикал» по всему миру – результаты любых исследований обязаны были дублироваться на специальный, выделенный для этого адрес. И хранились на случай, если с первоисточником данных что-то случится. Я в шоке переваривал его слова. Такое мне и в голову не приходило. Но окончательно меня добил последний вопрос: «А что делать с людьми?» – спросил он меня. – «С теми, кто создал «Радамант»? Можно сжечь бумаги, уничтожить компьютерные записи, но что делать с теми, у кого информация в голове?». Ответа на него я не знал.

Егор встал и прошелся по кухне. Было заметно, что он нервничает и старается справиться с собой. Рей поднял голову и следил за его перемещениями, глубоко втягивая носом воздух. Смотреть на эти метаниями было неприятно – из-за болезни у Егора была своеобразная, пританцовывающая походка, от нервного напряжения подергивалась рука, и все вместе это производило тяжелое, гнетущее впечатление. Так бывает, когда встретив на улице инвалида: волей-неволей стараешься поскорее отвести глаза, испытывая чувство неловкости за собственное здоровье.

– Слушай, да сядь ты, не маячь! – не выдержал, наконец, Сергей. – Что ты дергаешься как на допросе? Тебя никто не заставляет рассказывать.

Егор резко остановился, потер виски и, слава Богу, сел на место.

– Все-все. Уже сижу. Ты не прав, я должен рассказать, хочу, чтобы вы поняли. Для меня это важно. Итак, на чем, бишь, я остановился? Ах, да.… То, о чем поведал Денис, усложняло мою задачу в несколько раз. Как уничтожить информацию, отправленную в Штаты, я даже отдаленно не мог себе представить, но необходимо было хотя бы начать что-то делать. И я решил заняться тем, что представлялось наиболее простым: Денис узнал, что некоторые данные о ранних стадиях разработки препарата были отправлены на старый склад компании, использовавшийся в основном для хранения отчетов об аудитах и каких-то бухгалтерских заморочек. Эти данные были как раз на бумаге – именно то, что мне было нужно! О том, что делать с теми, кто создал препарат, я пока предпочитал не думать, загоняя этот вопрос в самый дальний уголок сознания. Уж больно нехорошие мысли в голову лезли. Узнать местонахождение склада было делом недолгим. Когда Денис передавал мне бумажку с адресом, внутри все дрожало от нетерпения – наконец-то настало время действовать! Все оказалось даже проще, чем я полагал. Самым сложным было найти склад – Денис нарисовал мне схему, но я все равно пропетлял там минут тридцать, прежде чем отыскал то, что нужно. Остальное было делом техники – пока я жил «у себя» в Тасино, я тренировал свои способности. Мне уже с легкостью удавалось вызывать в голове тот самый щелчок, после которого появлялись бабочки. Более того, я научился ими управлять, они не летели больше бесконтрольно в разные стороны, поджигая все на своем пути, как это было возле моста, а появлялись и исчезали там и тогда, где и когда мне это было нужно. Мне не надо было проникать на склад, достаточно было пристроиться неподалеку и мысленно направить туда бабочек. Через несколько минут, увидев струйки дыма, я мог спокойно уходить. Следующим на очереди был еще один склад. Там, как нам удалось выяснить, хранились практически все образцы препарата. Кучуков даже спецсейф какой-то велел для них соорудить. Ха! Пробраться на территорию оказалось немного сложнее, но, тем не менее, вполне выполнимо. Это была моя вторая маленькая победа.

Егор замолчал и посмотрел на часы.

– Ну? – Поторопила я. Но он неожиданно качнул головой:

– Не могу, время поджимает. Остальное я расскажу чуть позже.

– Когда это позже? – подозрительно поинтересовалась я.

– Когда у нас будет на это время.

– А почему его нет сейчас?

– Потому что сейчас нам надо решить один важный вопрос. Дело в том, что отдел по связям с общественностью «Тристар Фармасьютикал» отслеживал все статьи, которые вышли в различных изданиях после пожара в лаборатории, проверяя, правильно ли журналисты изложили преподнесенную им версию. Все эти статьи ложились на стол Ланской. И на днях она неожиданно вспомнила, что газета «Новая Эра», чья милая журналистка так неудачно упала в офисе, промокнув буквально до нитки, почему-то не написала ни слова, несмотря на довольно большое интервью, полученное от самой Ланской. Заинтересовавшись этим фактом, Виктория Валерьевна даже попросила своих сотрудников позвонить в газету и узнать причину, по которой не вышла статья. И каково же было ее изумление, когда в редакции ее уверили, что никаких журналистов они в офис «Тристара» не посылали, и в их штате не числятся ни Яна Славина, ни Михаил Григорьевич Свиридов. А, учитывая, что имена вы назвали настоящие, найти вас не составило особого труда. Насколько я знаю, сегодня, выйдя с работы, вы не доехали бы до дома. Примерно на середине дороги вас остановили бы милые молодые люди и попросили проехать с ними на Павелецкую. А там бы вам пришлось объяснить, что сотрудники агентства частных расследований пытались найти в офисе «Тристар Фармасьютикал».

– Ну, заставили бы они нас вряд ли, – высокомерно вскинул подбородок Сергей.

– Включите голову, молодой человек! – не впечатлившись, резко бросил Егор. – Вы что, в Спиди-гонщика поиграть захотели?! Я, по-моему, только что рассказал вам, чем заканчиваются подобные игры в догонялки! Себя не жаль, так хоть девчонку пожалей!

– Да пошел ты! – тут же взвился задетый за живое Сергей. – Ты кто такой, чтобы указывать, что мне делать?!

– Тот, кто решил оказать вам услугу и предупредить обо всем заранее, в обмен на вашу помощь, – неожиданно спокойно ответил Егор.

– И что же ты от нас хочешь?

– Погоди, Сереж! – бросив взгляд на кипевшего от возмущения телохранителя, вмешалась я. – Я одного не могу понять, откуда вам все это известно? И про Ланскую, и про нас, и про то, где мы работаем? Сережа ведь вытащил жучок из моей машины.

Егор усмехнулся. С видом фокусника полез в карман и достал оттуда нечто маленькое и черное, при виде которого у Сергея стал настолько растерянный вид, что я не выдержала и рассмеялась.

– Не может быть! Я всю машину вдоль и поперек излазил, там больше не было ни одного жучка!

– Не было. – Легко согласился Егор. – Зато твоя милая манера таскать в портмоне тот аппарат, что ты отлепил от сиденья Яниной машины, позволила мне узнать о вас очень многое. А его собрат, помещенный Денисом в кабинет Ланской – про то, что вас вывели на чистую воду.

– Но ведь я его отключил!

– Отключил ты всего лишь обманку. Этот жучок сделал я сам. Недаром же у меня образование соответствующее. В нем два передатчика: один – липовый, чтобы в случае обнаружения, тот, кто его найдет, подумал, что дезактивировал устройство. А второй – настоящий, он хитро замаскирован.

Смотреть на Сергея было одно сплошное удовольствие. Покраснев, он пробурчал себе под нос нечто подозрительно схожее с недавней тирадой Стаса, демонстративно полез в карман и, достав кошелек, вытащил оттуда брата-близнеца прибора, который держал в руках Егор. Повертел, видимо, раздумывая, не проще ли шандарахнуть по нему молотком для верности, но передумал и передал законному владельцу. Тот, усмехнувшись, спрятал оба жучка обратно в карман. А я вернулась к интересующему меня вопросу:

– Я все-таки не поняла, откуда Вы вообще про нас знаете? Почему Вы решили поставить жучок именно в мою машину, а не в машину одного из нескольких десятков журналистов, побывавших в те дни в «Тристаре»?

Егор тоскливо вздохнул. Было заметно, что он не хочет вдаваться в подробности и мои расспросы ему крайне неприятны. Интересно, почему?

Я выжидательно подняла брови и, немного поколебавшись, Егор ответил:

– Все дело в том, что Денис видел, как начальник службы безопасности передавал вам диск с записью пожара в лаборатории.

– Но как?..

– Дверь в кабинет Ланской была неплотно закрыта, и он очень заинтересовался тем, почему их директор сидит с абсолютно идиотским выражением на лице, а журналисты и «силовик» мило беседуют, точно хорошие знакомые. Он застал только конец разговора и видел, как Волин передал вам диск.